READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Пространство Мертвых Дорог

Глава 12 - Портрет работы его отца

Во времена Большого Прыжка, когда пятьдесят членов банды «Лесные Ягодки» совершили самоубийство в Форт Джонсоне, клонирование находилось еще в зачаточном состоянии. Поэтому мы поместили образцы биологических тканей в холодный погреб. В ожидании, пока будут преодолены мелкие технические трудности, мы начали добиваться полного совпадения голосов и полового поведения у существовавших копий. У каждого оказалось не по одному, а по нескольку приблизительных двойников. Все, в сущности, зависит именно от имплантированных голоса и полового поведения. Затем отобранного субъекта постепенно снабжали информацией о предыдущей жизни внедренной в него личности, после чего два присутствующих в нем существа окончательно сливались в одно.

Ким Карсонс, двадцати лет от роду, был одним из десяти клонов, полученных от Кима Карсонса Основного. Поскольку он поддерживал контакт с другими частичными клонами самого себя и семействами клонов, такими как Грейвуды, Далфары, Уэнтуорты, Саммервили, Гайсины, Джонсы, Малыши Риверсы, Йенги Ли и Энрикесы, ему не приходилось испытывать постоянную необходимость оборонять границы своего эго, что оставляло ему много времени для размышлений. Пунктом его приписки являлся Нью Йорк; решения о том, где кому находиться, обычно принимались на неформальных собраниях семейств.

Сказать, что Ким Карсонс все еще жив, означает поставить вопрос: а что такое жить? Его мыслительные паттерны продолжают существовать в различных мозгах и нервных системах, так же как и его речевое и половое поведение, со всем присущим им своеобразием. В мире не существует двух людей с одинаковым голосом или одинаковым членом. Клоны обладают коллективным разумом, и все их тела находятся в общем пользовании, словно квартиры, которыми они время от времени меняются между собой. По мере того как гости прибывают на вокзал и шофер встречает их на перроне, мы начинаем понимать, насколько пестр состав семейства Карсонсов. Среди них можно увидеть и блондинов, и рыжих, и юношей восточного вида, и негров, и индейцев – продукты применения различных рекомбинантных методик.
Они играют несложные роли гостей, приехавших с Севера, с глубокого Юга или с Запада, миллионеров, которым принадлежит по целому округу, включая шерифа и все население. Вот Ким сходит с поезда вместе со своими родителями и младшим братом, над ними веет аура богатства и уверенности в себе, которую невозможно спутать ни с чем. Носильщики шатаются под тяжестью их багажа. Ким дает каждому носильщику по сверкающему новенькому десятицентовику. Они ворчат у него за спиной:
– Маленький хуеныш! Ну погоди, настанет твое время таскать чье нибудь барахло!
Ибо роли тоже все время меняются. Ты можешь сегодня оказаться fib de famille , а завтра басбоем – son cosas de la vida . К тому же так и жить интереснее. Ким любит исполнять роли прыщавого шофера, собирающего компромат па хозяев, или дерзкого коридорного, которому дали денег, чтобы он остался в номере, и вот он уже сидит, развалившись, в кресле, со щеками, раскрасневшимися от шампанского из той самой бутылки, что ему велели доставить.
– Ну и что все это значит? – вопрошает Том Мальчик потирает у себя в паху, улыбается и дерзко брызгает Тому в область ширинки водой из сифона.
– Ах, сэр, похоже, вы обмочились! – Он подскакивает к Тому, начинает распускать ремень и стягивать брюки.
– Какого черта ты делаешь?
– Всего лишь меняю вам штанишки, сэр! – А может, это Том пристает, а Ким коридорный дает крутого.
– Ах, сэр, за одним столом с вами? Нет нет, это невозможно! Я знаю свое место, сэр, простите мне откровенность, сэр…
Система обменам ролями основывается на чем то вроде сложно организованной лотереи… Некоторые люди освобождаются от нее на непродолжительное время – на месяц, чаще даже на пару недель, – а затем все равно следует ненавистный звонок. Сними с себя костюм промышленного магната и сдай реквизитору.
«Семья Джонсонов» организована наподобие кооператива. Босса как такового не существует. Люди знают, что им положено делать, и делают это. Мы все актеры, мы все играем разные роли. Сегодняшний миллионер может оказаться завтрашним басбоем. Все не так, как в старые дни, когда каждый был прочно прикован к своему классу… «Эй, бой, сделай ка мне педикюр и смотри не ленись… а ты, бой, маши опахалом, не отлынивай, а то у меня уже все яйца вспотели… а ты, ниггер, седлай моего коня…»
Мы демонстрируем всему миру, что организация может работать эффективно без вечного страха перед боссом и без отношений между работниками, основанными на законе джунглей.
Узнав об этом, сможешь ли ты вновь и вновь подставлять правую щеку?
Уильям Сьюард Холл… это был холл со множеством дверей, ведущих к множеству коридоров. Он вспоминал долгие годы странствий, прошедшие после падения Вагдаса, неся в себе знание, словно тайную болезнь. Скитания, опасность, постоянная настороженность… встречи украдкой с другими носителями крупиц знания, огромная картинка паззл, медленно собирающаяся из рассыпанных элементов.
А затем вновь встаешь и трогаешься в путь. Тебе платят не за то, чтобы ты молчал о том, что знаешь, а за то, чтобы ты никогда не догадался о том, что ты знаешь. Но в его случае уже слишком поздно. Он прожил слишком долго для того, чтобы об этом не догадаться, поскольку именно в этом заключалась цель его жизни… страж знания и тех, кто может им воспользоваться. А страж обязан быть беспощадным, защищая тех, кого ему положено охранять.
Поэтому он разработал новые способы, как делиться знаниями с другими. Старый метод, когда знание передавалось устно от наставника к посвящаемому, был слишком медленным и ненадежным (Смерть постоянно сокращает ряды Учеников). Поэтому он научился передавать и раскрывать знание в форме литературных произведений. Но понять их в состоянии только те, кому они адресованы.
Уильям Сьюард Холл, человек со многими лицами и многими псевдонимами, живший в разных эпохах и странах… как это скучно – время от времени делать перерыв, отдыхать, ржаветь в бездействии, не сверкать как сталь в бою… пилигрим по дорогам вражды и опасности, позора и печали. Путешественник, Летописец, самый гонимый и скрывающийся из всех людей, поскольку знание, возвещаемое через него, несет в себе погибель его врагам. Вскоре он сможет продемонстрировать самый смертельный из своих трюков… Крысолов Рвет Бумажное Небо. Его рука не дрогнет.
Он познал пленение и пытку, отверг страх и стыд и унижения, которые жгут подобно кислоте. Его рука не дрогнет поднять выкованный им меч, антимагнитный артефакт, рассекающий слова и образы на фрагменты… Совет трансмигрантов в Вагдасе достиг таких высот в пророческом искусстве, что может предсказать жизнь человека от рождения до смерти и, следовательно, переписать его судьбу, изменить его планиду. Некоторым людям потом может понадобиться не меньше нескольких столетий, чтобы догадаться, что судьба их была переписана кем то и превращена в бессвязную цепь случайностей…
Между тем на этой планете его труп не заказал только ленивый. Убийцы – медленные, беспощадные жернова времени и пустоты… злобное, острое жало презрительной ненависти… неповоротливые громады корпораций… «Самый опасный человек в мире».
Насколько он смог преуспеть? При таких обстоятельствах даже верить в успех – уже победа. Победа потому, что тогда другие смогут поверить в больший успех.

И даже ветер вольный имя
Вовек твое не позабудет;
Твои друзья – восторги, битвы, страсти
И непокорный разум человека .

Лицо и тело Холла были непохожи на те лицо и тело, что вы ожидаете увидеть у человека средних лет, ведущего оседлый образ жизни. Лицо у него внимательное и моложавое, привыкшее к опасностям и в то же время несколько утомленное, потому что опасности стали настолько привычными, что превратились в рутину. Хотя при этом его жизнь была не особо богата событиями. Битвы разворачивались у него внутри, постоянные отчаянные схватки за территориальное преимущество, перемежаемые долгими периодами относительного равновесия сил… война разыгрывалась на шахматной доске его произведений, которые постоянно меняли свою форму и насыщенность, в зависимости от того, какие донесения приходили с переднего края. То, что вчера было отчаянно удерживаемым рубежом, сегодня превращалось в супермаркет и прачечную автомат. Самые тяжелые удары по его армии наносили время и банальность.
Отсутствие непосредственной угрозы таит под собой смертельно опасные вылазки врага. «Война идет все время», – сказала однажды Холлу дама, ходившая в ученицах у Шри Ауробиндо, последние слова которого были «Все кончено!». Она имела в виду просто то, что по самой своей природе и предназначению планета Земля является полем боя. .Счастье является побочным продуктом в контексте битвы: в этом и заключена фатальная ошибка всех утопистов.
(Я никого не просил воевать со мной, размышляет Ким, а может быть, и просил. Ведь Хассан и Саббах в свое время специально подстраивал так, чтобы против него постоянно организовывались военные экспедиции. Это позволяло ему держать в готовности оборону своей горы и время от времени перевербовывать пару другую адептов. Ничто так не провоцирует противника, как когда ты занимаешься собственными делами.)

В доме на окраине Боулдера Старик Бикфорд совещается с начальником своих сил безопасности Майком Чейзом…
– Они отстреливают ребяток, словно уток на пруду. В чем дело, Майк?..
Майк пожимает плечами…
– Может быть, дело в том, что ребятки слабоваты?.. Такое ощущение, что все старые бойцы повывелись.
– Тогда откуда у этого Карсонса такие способности? Послушай меня, он просто сумел их развить в себе, – Старик Бикфорд улыбается. – Знаешь, Майк, я тут подумал – может, вам с Карсонсом устроить дуэль в старом добром духе Дикого Запада?..
Он хохочет во всю глотку, и Майк вторит ему, хотя это все ему совсем не по душе и кишки у него сворачиваются от страха ледяным узлом.
Старик Бикфорд чует его испуг и улыбается. Они оба знают, что Майк теперь подготовит программу тренировок и положит ее на стол Старику как миленький завтра в восемь часов утра.
– Как насчет того, чтобы перекинуться в картишки? – тянет Старик, сузив глаза в щелки. Его улыбка становится еще шире.
Старик всегда предлагает это тем своим подчиненным, кому на следующий день предстоит выступать с докладом на ответственном совещании. Старик заставляет молодых людей досиживать до пяти часов утра, постоянно подливая им в стакан (у него у самого к бурбону, похоже, врожденный иммунитет), и выигрывает у них сумму, соответствующую, по его представлениям, штрафу, который полагается взыскать с них за их упущения. «У поражения нет смягчающих обстоятельств» – таков девиз Старика.
Пять часов спустя Майк ковыляет к своей постели – голова у него кружится, а его карманы полегчали на десять тысяч долларов.

Острый запах разнотравья… Старик Бикфорд улыбается и хлопает мистера Харта по спине. Мистер Харт ненавидит, когда его хлопают по спине. Он сердито оборачивается, но Бикфорд говорит ему:
– Знаешь что, Билл?
Блеск в глазах мистера Харта гаснет, и в них появляется страх, когда он замечает коня и револьверы за поясом у Бикфорда.
– В первый раз за тысячу лет мы вступаем с врагом в открытое противоборство. Время садиться в седло, Билли.
Мистер Харт ненавидит, когда его называют так.
– Ка – египтяне так называли душу… или что то в этом роде. Короче, у меня есть новости для Ка. Она уязвима и не бессмертна. – Бикфорд берет в руку револьвер и поглаживает его. – В ее основе лежит магнитное поле… которое можно разрушить. ПУФ! – и нет больше Билли.
Губы мистера Харта бледнеют от желчной злобы.
Наймиты Бикфорда соглашаются на перемирие. В схватках гибнет слишком много народу. А многим из них и вовсе хотелось бы никогда больше не видеть ужасной улыбки Бикфорда, не участвовать в его ночных покерных посиделках, не терпеть больше его жестокий и злобный нрав.
Бикфорд теряет контроль над ситуацией. Он помешался на безопасности. Каждый день он покупает какую нибудь новую хитроумную электрическую сигнализацию или сторожевого пса особой породы.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE