READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Западные земли

Глава 4

Джо Мертвец опускает ствол винтовки, который растет из гнезда на его культе, словно какой то странный металлический отросток, и едва заметно улыбается. Румянец покрывает его изуродованные щеки, словно привет из юности, окутанной пороховым дымом. Быстрыми, точными движениями он разбирает телескопическую винтовку, снимает с нее глушитель и укладывает компоненты в металлическую коробку. Ким Карсонс и Майк Чейз лежат мертвые в пыли Боулдерского кладбища у него за спиной. На календаре – 17 сентября 1899 года.

Джо уходит с кладбища, возвращаясь на Перл стрит, к центру города, насвистывая на ходу какую то мелодию – резкую и колючую, словно змея, меняющая кожу. Он добирается до вокзала, покупает билет до Денвера и вкалывает себе дозу морфина в вокзальном сортире. Двумя часами позже он уже у себя, на своей денверской базе.
Ему совсем не жалко Кима. Беспринципный тип, как все эти творческие люди. И без головы на плечах. Рано или поздно из за своих театральных педерастических выходок он вовлек бы всех в какую нибудь катастрофу, которой вполне можно было бы избежать… шахматная фигура, которую лучше убрать с доски, чтобы, возможно, использовать позднее в какой нибудь более подходящей партии.
Майка Чейза собирались выдвигать на пост президента, и это кончилось бы катастрофой, увенчалось бы принятием кучи идиотских законов при полной поддержке Старика Бикфорда – одного из тех пьющих виски и играющих в покер злых старцев, что закулисно правят Америкой из отдельных кабинетов в закрытых клубах. Ничто не может расстроить сильней субъекта вроде Бикфорда, чем известие о том, что в игру, которую он считал уже выигранной, вступил неизвестный игрок. Подобные люди не выносят ни малейших сомнений. Они должны держать все под контролем.
Джо, разумеется, мог вступить в игру на стороне Бикфорда, но это означало бы всего лишь пересадку на другое, тоже тонущее, только несколько медленнее, судно. Дикий капитализм уходил в прошлое, превращаясь на глазах в капитализм корпоративный, которому и будет суждено завести человечество в тупик. Ни одна проблема не может быть решена в своих собственных рамках. Человеческая проблема не может быть разрешена в рамках человечества;. Только решительная реформа шахматной доски и расставленных на ней фигур может дать нам шанс на выживание. Вспомните о древнеегипетской концепции семи душ с их различными и несовместимыми интересами. Семь душ должны стать единым целым. Иначе человеческое существо будет оставаться беззащитным перед атакой психических паразитов.
Для того чтобы устранить Кима и Чейза, имелся целый ряд весомых причин. Они оба были повинны в гибели Тома Дарка. Чейз организовал засаду, Ким в нее угодил. Неосмотрительность не подлежит прощению. Джо и Том принадлежали к одной и той же древней гильдии – гильдии лудильщиков, кузнецов, повелителей огня… Локи, Анубис и майянский бог Как У Пакат, Тот, Кто Работает С Огнем. Повелитель чисел и мер… техников. С появлением современной технологии гильдия эта стала включать в себя физиков, математиков, компьютерщиков, электронщиков и фотографов. Джо все это умел, но по воле Кима, игравшегося с оружием как мальчишка, он вынужден был заниматься тем, на что способен любой ловкий оружейник.
Но истинной причиной была БОЛЬ. Во вселенной, которую задавал и контролировал Ким, испытывавший патологическую одержимость устарелым огнестрельным оружием, Джо испытывал ужасную и неотступную боль. Его левый бок и левая рука казались ему наброшенным на плечо огненным плащом. Но с этой болью легко справлялся морфин. Другая же боль, боль душевная, оказалась не по зубам ни морфину, ни героину. Джо вернули из Страны Мертвых, вернули из ада. Любое движение, любой увиденный им предмет – все это причиняло ему мучительную боль.
Сейф, который взорвался у него перед лицом и чуть не убил его, находился в заброшенном Бог весть когда складском помещении. Древние ящики из под апельсинов громоздились по углам… они выглядели так, словно их открывали консервным ножом. Джо носил взрыв с собой – запах горелых гнилых апельсинов, бездымного пороха и опаленного металла. Морщинистое, обезображенное лицо Джо, иссушенное адским пламенем, вырвавшимся наружу из расплавленного ядра проклятой планеты.
Покидая кладбище и насвистывая себе под нос мелодию песенки «Велосипед для двоих», Джо чувствовал себя великолепно. В первый раз за долгие годы боль покинула его. Это было лучше, чем укол морфина на четвертый день ломки. Убивая людей, Джо всегда испытывал некоторое облегчение, словно боль выплескивалась из него с каждым выстрелом. Но облегчение, которое он чувствовал в тот момент, было несопоставимо с обычным облегчением после убийства, потому что Ким был одной из основных причин боли, которая терзала Джо. Путь к свободе надо прокладывать выстрелами, думал Джо. Он знал, что боль еще вернется, но к тому времени он наверняка придумает какой нибудь выход.
Он свернул на Плезант стрит… деревья, лужайки и дома из красного кирпича. Улица была неожиданно пустынна. Даже собаки не лаяли. Только шум ветра в робкой листве тополей и журчание воды… Запах сгоревших листьев. Мальчишка в красном свитере проехал мимо на велосипеде и улыбнулся Джо.
Сейчас самое время притаиться и не высовываться наружу. Его будет не так то легко найти, когда Бикфорд поймет, что все пошло не по плану, и начнет искать неизвестного игрока. Бикфорд, разумеется, знал о прошлом Джо, но считал его незначительной фигурой. Оружейник, всего лишь шашка, даже не пешка.
В течение столетий и тысячелетий Джо служил многим хозяевам – и многим богам, поскольку люди – не более, чем наместники богов. Он служил многим, но не почитал никого. «Они даже не знают, где какая кнопка и что случится, если на нее нажать! Только их пусти, так они сами себя тут же угробят!»
Джо Лудильщик, Кузнец, Повелитель Ключей и Замков, Времени и Пламени, Мастер Света и Звука, Техник. Он знает Как и он знает Когда. А на Зачем ему наплевать. Он сбежал уже со многих тонувших кораблей. «Да чтобы я выслушивал приказы от выпендривающегося педрилы с куриными мозгами? «Пусть деталями занимается Джо…» Он взял на себя слишком много. Впрочем, это с ними со всеми случается».
Надо пошевеливаться, пока не вмешались Бикфорд и компания и не заделали течь. Он знал только одного человека, который мог найти выход из человеческого тупика: Хассана ибн Саббаха, ХИС, Горного Старца. Но ХИСа подвергли такой блокаде, по сравнению с которой Врата Анубиса – всего лишь навесной замок из лавки старьевщика.
Джо понимал Кима так хорошо, что мог позволить себе избавиться от него, словно от части самого себя, которая по каким то причинам бесполезна или неуместна в сложившейся ситуации. Он понимал попытки Кима преодолеть ограниченность собственной физической структуры, с которой тот никогда не мог смириться, при помощи ледяных, нечеловечески совершенных поз, безукоризненно выдерживаемых и доведенных до невыносимой отточенности. Джо отрицал позы как таковые, считая их чисто функциональным приемом, следовать которому можно, только если этого требует выполнение какой нибудь рискованной задачи.
Самые простые повседневные дела причиняли Джо невыносимую боль: такие, например, как наведение порядка в мастерской, когда каждый предмет нужно было или положить на предназначенное ему место, или отнести в другую комнату, куда Джо переходил, покончив с первой, и продолжал там уборку тем же самым методом, пока в мастерской не оставалось ни одного предмета, к которому бы он не прикоснулся, а те предметы, которые в конце так и оставались неприкаянными, он складывал в отдельную кучу, которую он называл «Мюриэль» – некое высшее выражение хаотического беспорядка.
Постоянная боль была наказанием, которое Природа наложила на Джо за то, что он нарушил ее законы, восстав из мертвых. Единственным, что связывало Джо с жизнью, была его любовь к определенным видам животных. Собаки, завидев Джо, тотчас же начинали люто ненавидеть его, чувствуя в нем Чужака, но он научился становиться невидимым для собак; они были не в состоянии его заметить, потому что при первом же взгляде на него у них так начинали болеть глаза, что они забивались обратно в конуру.
Кошки же видели в нем друга. Они терлись о его ноги и мурлыкали, а еще он умел приручать ласок, скунсов и енотов. Он владел забытым искусством одомашнивания животных. Прикасаться к зверю надо отважно, но в то же время очень ласково. Он чувствовал в такие моменты, как его Ци (жизненная сила. – Прим. ред.)заполняет утерянную руку и животное выгибает спину, почувствовав фантомное прикосновение. Если же первое прикосновение не удавалось, тогда животное могло наброситься на человека с дьявольской яростью. Несколько человек погибли при попытках приручить тигрового кота, десятикилограммового дикого кота, который водится в Центральной Америке. Только те, кто не знают страха, могут позволить себе любимца, домашнего духа. А Джо уже нечего было бояться.

Легкий румянец скрывал его года и намекал на юность его обладателя. Он сбросил с себя капитализм, словно змея, меняющая кожу. Смена терминала. Купил билет, чтобы получить шанс из сортира. На час души… ибо Майк Чейз Джо знает из гнезда на его культе на пост президента, легкий румянец намекал на кучи идиотских законов включая Старика Бикфорда на свидание с катастрофой еще один утонул в азотистом дымке сгоревшей пленки быстрый точный Джо отсоединил еще один тупик. Только в железный ящик. Насвистывая на ходу выживание шахматной доски и расставленных на ней фигур. Представьте семь путей к сцене должны стать единым целым. На Кладбище остался только один человек – ХИС. Как может быть прорвана блокада и тупик одного дня?

Джо Мертвец принадлежит к избранному сорту преступников, известному как ПОП, Преступник От Природы, поскольку основным занятием подобного преступника является нарушение так называемых законов природы, которые навязаны вселенной физиками, химиками, математиками, биологами – в первую голову, благодаря монументальному мошенничеству, именуемому «причинно следственной связью», которую необходимо заменить более перспективной концепцией «синхронности».
Обыкновенный преступник нарушает законы, написанные людьми. Законы, направленные против воровства и убийства, нарушаются ежесекундно. Но закон природы достаточно нарушить единожды. Для обыкновенного преступника нарушение закона – средство, а не цель: способ получить деньги, устранить источник опасности или раздражения. Для ПОП нарушение закона природы является целью, ибо после нарушения закон перестает существовать.
Обыкновенные преступники делятся на различные специальности в зависимости от своих пристрастий и способностей – по меньшей мере, когда то делились. Многие виды уголовников старого пошиба теперь можно смело отнести к вымирающим. Ну вот, например, «мерфи». Сейчас, наверное, считай, никто и не знает, кто такой «мерфи». «Мерфи» – это псевдосутенер, который заманивает лохов в гости к несуществующей шлюхе, проживающей почему то обязательно в доме без привратника и без замка на входной двери.
– Хочешь развлечься, приятель?
– Эээ, ну да, вроде того…
«Мерфи» звонит куда то по телефону: все в порядке. Он подводит лоха к входу в подъезд жилого дома.
– Вверх на один пролет, первая дверь налево, квартира 1А. Девочка первый сорт, приятель, и она ждет тебя с распростертыми объятиями. Плати мне сейчас, чтобы потом у нас не возникло проблем.
Только негр может иметь голос настоящего «мерфи» – спокойный, убедительный, непринужденный – и лицо настоящего «мерфи» – искреннее, невозмутимое и абсолютно не внушающее доверия.
А еще отдельной профессией считались те, кто «втирали очки» или «лечили кассира» – вид жульничества, связанный с разменом денег. Купив в лавке товар ценою в четвертак, берешь и расплачиваешься за него двадцатидолларовой купюрой. Когда кассир высыпает на прилавок кучу мелочи, возмущенно говоришь ему: «Да вы что, рехнулись! Зачем мне эта куча мелочи. Вот, дайте ка лучше мне десятку вместо этого!» – и протягиваешь ему обратно деньги – только десятки то там не набирается. Ну, или что нибудь примерно в этом роде. Очень трудно осудить жуликов этого рода, потому что пострадавшие обычно не могут толком объяснить, что произошло.
Основной принцип можно понять из зарисовки Эдгара Алана По, где он рассказывает о мелких жуликах девятнадцатого века, которых тогда называли «стрекулистами». Стрекулист входил в табачную лавку и просил плитку жевательного табака. Затем, когда плитка уже лежала на прилавке, он передумывал:
– Дайте ка мне лучше сигару!
Взяв сигару, стрекулист направлялся к выходу из лавки.
– Минуточку! Вы не заплатили за сигару!
– Разумеется! Я же обменял ее на жвачку!
– Но за нее то вы мне тоже не платили!
– А за нее то я почему должен платить, она же у вас осталась! Знаем мы все ваши штучки, чтобы обманывать бедных путешественников!
Неприметные и настойчивые «очковтиратели» часто оказываются наркоманами «на заработке».
И наконец, «разводилы»: интересно, они еще существуют? Разводилы вроде Желторотого Вайля и его Большой Конторы. Желторотый Вайль являлся в какой нибудь город, открывал там бутафорскую маклерскую или букмекерскую контору и стриг клиентов в течении нескольких дней, перед тем как исчезнуть с хабаром. Еще заслуживает упоминания такая мерзость, как трюк с яхтой, который практиковал в свое время один хорошо известный священнослужитель, да не будет имя его упомянуто. Мы купим вместе судно, отправимся плавать по южным морям… для этого мошенничества требуется, чтобы лох и жулик жили вместе в одном трейлере, пили вместе каждый вечер и ходили к одной и той же шлюхе. Желторотый Вайль пришел бы в ужас от подобной идеи. «Никогда не пей с фраерами», – было его девизом.
Старомодные банковские грабители, взломщики, которые перед тем, как отправиться на дело, покупали у страховщиков опись имущества ювелирной лавки, чтобы точно знать, что они будут брать, карманники, которые учились своему ремеслу с младых ногтей, – говорят, что самые лучшие были родом из Колумбии – где они все теперь? Все эти «мерфи», «очковтиратели», разводилы? Вымерли, вымерли все.
Обыкновенные преступники делятся на различные специальности: точно так же поступают Преступники От Природы. Джо Мертвец специализируется на эволюционной биологии. Он употребляет все свое, купленное дорогой ценой, знание боли и смерти на то, чтобы преступить два закона биологии.
Закон первый: Гибридизация возможна только между близкородственными видами и то далеко не всегда, причем полученные гибриды чаще всего оказываются не способными к продолжению рода. Биологическая Полиция настойчиво предупреждает: «Покушаться на границы, которая Мать Природа в своей великой мудрости провела между видами, означает провоцировать биологический и социальный хаос».
Джо говорит: «А я тут для чего? Да будет так!»
Закон второй: Эволюционный скачок, сопровождающийся биологической мутацией, непоправим и необратим. Тритоны начинают жизнь в воде, где они дышат жабрами. В предопределенное время тритон сбрасывает жабры и выползает на сушу, уже обладая легкими для дыхания воздухом. Затем он возвращается в воду, чтобы доживать свои дни. Тогда, наверное, было бы разумно позволить ему вновь отрастить жабры для дыхания под водой?
– Нисево нет. Плиходи в пятниса! – говорит Космический Дядюшка.
Таков закон!


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE