A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Only variable references should be returned by reference

Filename: core/Common.php

Line Number: 239

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: core/Common.php

Line Number: 409

Западные земли — Глава 9 скачать, читать, книги, бесплатно, fb2, epub, mobi, doc, pdf, txt — READFREE
READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Западные земли

Глава 9

Холл в своей жизни прочел немало книжек о врачах. Его собственный доктор Бенуэй в сравнении с другими выглядит просто ярким образцом ответственности и компетентности. Пожалуй, наиболее тошнотворное произведение в этом жанре – книга, которая называется «Гордость врачевателей». Не забывайте, что есть у пациента рак или нет, решает патолог. Врач вскрывает пациента. Находит нечто подозрительное, отрезает кусочек и посылает патологу. Врачи стоят и ждут, крутя в пальцах скальпели. Вспыхивает зеленая лампочка.

– Она злокачественная, парни! Поехали. Надо успеть, пока не пошли метастазы.
Так вот, среди всей этой самой гордости врачевателей рукосуев один приземистый, неказистый и к тому же страдающий импотенцией патолог обнаруживает, что один здоровенный хирург время от времени вставляет его старушке. И тогда он организует все так, что у блудливого хирурга находят рак простаты, а от этого, как всем известно, есть только одно спасение. Хирурга кастрируют, а яички относят к патологоанатому. Сжимая яйца врага в своей руке, он удивляет свою супругу тем, что принимается ебать ее по первому разряду. Но это не последний сюрприз, припасенный им для нее: кончая, патолог запихивает отрезанные яйца в глотку дамочке. Unappelitlich , как выражаются немцы.
Но большинство из них все же не такие жуткие типы. Обыкновенные, никудышные, жадные, бессердечные, нетерпимые к чужому мнению человечки с раздутым самолюбием. Вот, например, МайкСеддонс из «Окончательного диагноза»: рыжий, привлекательный и пустой, как приемный покой. Как кто нибудь может поверить в экстрасенсорное восприятие или во что нибудь подобное перед лицом громадных больничных комплексов и прочих монументов, возведенных во славу прогресса, науки, рациональности и врачевания? Этот порочный типчик втюрился в девятнадцатилетнюю медсестру. Они делали это в шкафу для швабр, где воняло «Мистером Клином». Он предложил. Она согласилась.
А затем у нее обнаруживают костный рак. Приходится срочно отнять ей левую ногу, суеверно скрестив скальпели, в надежде на то, что рак не пойдет дальше Желает ли он ее по прежнему после того, что случилось? Она дает ему пять дней на размышление. Он размышляет. С унылой ясностью он видит, что ждет его в будущем. О да, когда речь идет о его собственных интересах, он становится весьма прозорлив. Вот он плетется в операционную, Большой Сильный Мужчина С Комплексами.
– Хирургу необходима сила воли, – говорит он. И он прав. Что бы он делал без силы воли? Наш пациент, плетущийся в операционную, явно при смерти – он взялся бы сейчас оперировать даже мумию, – а она хромает за ним следом на своем новеньком протезе.
– Не могла бы ты шевелиться побыстрей?
– Я и так стараюсь изо всех сил, милый.
«Ну почему она не хочет ходить на костылях», – думает он раздраженно. А вслух произносит:
– Почему бы тебе не научиться использовать реактивную тягу, раз уж ты так вонюче пердишь?
Конечно, звучит это грубо, но рак и в самом деле воняет. Разумеется, не ее вина, что она находится в таком вызывающем отвращение состоянии, или все же ее? Его мать постоянно повторяла:
– Сын, в этой жизни каждый получает именно то, чего он хотел, и именно то, чего он заслужил.
Люди неизменно верят в такие вещи, по крайней мере, покуда получают именно то, что, по их мнению, они заслужили.
Внезапно Майку приходит в голову неуместная старая шутка. Неизбывный коммивояжер, главный герой неизбывных анекдотов, замечает привлекательную женщину в вагоне ресторане. Когда он возвращается в купе, то обнаруживает, что по прихоти судьбы место этой женщины – на нижней полке напротив его верхней полки. И тогда он начинает пожирать женщину взглядами. Она снимает парик. Она вынимает стеклянный глаз. Она выплевывает искусственную челюсть. Она отстегивает деревянную ногу, нахально смотрит на коммивояжера и спрашивает:
– Тебе что нибудь от меня надо?
– Ты же знаешь, что мне надо, так отстегни это и брось мне на верхнюю полку.
Он начинает хохотать. Она интересуется причиной смеха. Наконец он раскалывается, и она пинает его своим протезом. На рану приходится наложить пять швов.
Итак, Джо, словно спасающаяся бегством каракатица, оставляет за собой облако чернил в виде Оргонной Терапии Рака, которая напоминает лекарство от смерти, – ибо рак и смерть почти синонимы. Возбуждение охватывает онкологические палаты и избавившихся от рака выписанных пациентов, а вместе с вернувшимися жизненными силами возвращается вопрос: почему врачи скрывали этот метод лечения? Почему ФДА во внесудебном порядке сожгло книги Райха и запретила публикацию результатов его исследований? (Один судья отказался выслушивать любых свидетелей по этому делу.)
Врачебная профессия перенесла ужасающую потерю престижа и доверия к себе, усиленную отчаянными попытками дискредитировать новый метод лечения, невзирая на огромное количество свидетельств в пользу его эффективности. Были времена, когда табличка «доктор медицины» прикрепленная к машине, служила защитой от вандализма. А теперь врачи то и дело сталкиваются с проколотыми шинами или с надписью УБЛЮДОК ДУШЕГУБ мылом на ветровом стекле.
Одно нагромождается на другое. Излишние операции, пациенты, умирающие в карете скорой помощи. «Мы не можем допустить, чтобы бригада скорой помощи самостоятельно ставила диагноз».
У женщины сердечный приступ. Ее муж вызывает скорую.
– Я не могу послать к вам скорую, пока вы точно не скажете мне, что с вашей женой.
– Я же сказал вам – у нее СЕРДЕЧНЫЙ ПРИСТУП!
– Я не могу послать к вам скорую, пока вы точно не скажете мне, что с вашей женой.
– У НЕЕ КОРОНАРНАЯ НЕДОСТАТОЧНОСТЬ! СЕРДЕЧНЫЙ ПРИСТУП!
– Я не могу послать к вам скорую, пока вы точно не скажете мне, что с вашей женой.
Потенциально полезные и безвредные медикаменты и методы лечения вытесняются с рынка… смертельно опасные средства продвигаются на рынок. Последний пример: так называемые нестероидные противовоспалительные препараты для лечения артритов. В Англии восемь человек скончались от печеночной недостаточности, вызванной препаратом «Орафлекс», и тем не менее из продажи его так и не изъяли – просто сменили торговое имя.
Я видел телешоу, в котором представитель компании, так и сочащийся враньем тип пытался убедить женщину, что ее гепатит может быть вызван совершенно посторонней причиной.
– Я уверена, что это из за лекарства. . Обширный бюрократический заговор, основанный на злоупотреблении властью…

Медицинские бунты 1999 года: все началось в ожоговом центре одного из госпиталей на Среднем Западе. В ожоговых центрах действует политика сведения использования обезболивающих средств к незначительным дозам, поскольку заживление ожогов может потребовать многих недель лечения. Все это – на основе утверждения, что частое использование анальгетиков может привести к зависимости. Поэтому пациентам приходится выносить муку обработки ран, при которой мертвая кожа и плоть удаляются с поврежденных частей при помощи жесткой щетки. Крики слышны по всей больнице и даже на автостоянке.
Группа космонавтов любителей, которая именовала себя «Космами», приземлилась в ожоговом центре после того, как их самодельная ракета взорвалась, обдав их дождем горящего ракетного топлива и градом раскаленных добела осколков.
Всего в ожоговый центр поступило десять «Космов». Все они получили при поступлении по 25 мг демерола. После этого – ничего, кроме аспирина и дарвона. «Космы» не кричали, когда с них сдирали старую кожу, но излучали такую ненависть и злобу, что трое медсестер уволились в первый же день. Единственной медсестрой, оставшейся на дежурстве, оказалась высокая, потрясающе красивая негритянка с примесью китайской крови.
– Если бы тут решала я, то я вам, парни, дала бы столько джанка, сколько душа пожелает. Ну и что такого, если вы на него слегка подсядете? В eaiuev возрасте с иглы слазят за пять дней.
После первой же обработки ожогов «Космы» выдвинули ультиматум: «Морфин каждые четыре часа или мы сбежим из больницы».
– Что за ахинея? Никакого вам морфина, и никуда; вы от нас не сбежите!
– Поговорите с моим братом, он у меня юрист по медицинским делам!
– Вы собираетесь удерживать здесь этих люде! против их воли?
– Ради их же собственной пользы. Если они уйдут из больницы, то погибнут через несколько дней от инфекции.
На чердаке организовали частную клинику. Когда полиция организовала на клинику налет, чтобы найти запрещенные наркотики, два пациента погибли от полицейских пуль, а один полицейский скончался от полученных ран. Все это показали по телевизору. Вскоре пациенты начали демонстративно покидать палаты. После того как угроза рака была устранена, больничные комплексы начали казаться всем недопустимой и дорогостоящей роскошью.
– Пятьдесят лет эти ебаные коновалы прятали от народа лекарство!
У Джо в почке был камень, но в больнице ему не поверили. Перепутали его рентгеновский снимок с чужим. Говорят, что нет боли страшней, чем когда выходит камень из почки. Неудивительно, что Джо стал вождем Медицинских Бунтов 1999 года.
Вскоре движение пациентов за уход из больниц распространилось по всей стране:
– МОРФИН, ИЛИ МЫ УХОДИМ!
– МИМУ! МИМУ!
Врачи неуверенно топчутся, словно скотина, почуявшая опасность..
– Ничего от них не дождешься, кроме больничной койки!
– Бей ебаных коновалов!
Охранники незаметно ускользают куда то, и толпа врывается внутрь.
– Вот, поймал одного мясника!
– Да, похоже, ему придется сейчас сделать операцию!
– Черт побери, еще как придется! Он нуждается в срочной потрохэктомии! Подайте ка мне скальпель!
– Вызываются доктор Фриденхоф и доктор фон Штрейсшнитт!
Входит профессор фон Штрейсшнитт, окруженный своими скальпеленосцами, сжимающими в руках пилы и двухфутовые ножи.
– Мы обязаны произвести – как вы сказали? – потрохэктомию. Две почки? Сразу видно, что жид. Rauschmit!
По оценкам, за неделю Длинных Скальпелей было уничтожено более десяти тысяч врачей, медицинских бюрократов и директоров фармацевтических компаний. Убийства ни в коем случае не носили хаотического характера. У бунтовщиков имелись при себе списки. «Вот ублюдок, который не помог мне, когда у меня камень выходил в приемном покое».
А еще в пламени эфира погибло на миллиарды долларов бесполезной аппаратуры.
ПАНИКА… СПАСИТЕ… БЕЗУМИЕ!
День, когда выбило пробку. Время невероятных опасностей и экстазов. Любое желание, любая мечта, любой кошмар внезапно обернулся реальностью на прокопченных улицах, в подземных переходах. Коп на углу, который молотит дубинкой всех, кто попадает в его поле зрения, – законопослушных пассажиров с дипломатами в руках, хорошеньких женщин прямо со страниц Vogue, собак на поводках, – вопя при этом: «Я не люблю тебя, и я не знаю тебя, / И будь я проклят, если я не проучу сейчас тебя!»
Изголодавшие леопарды и тигры, выпущенные из зверинца в Сентрал Парке, заполонили «Лютецию». Один проворный посетитель спасся, швырнув свой шницель из оленины леопарду, который сожрал его в один присест. Перепрыгнув через выпотрошенные тела гурманов, хитрец укрылся в безопасном месте.
Пилот выпрыгивает с парашютом из горящего самолета, показывая пассажирам средний палец:
– Увидимся в церкви!
Доктор Бенуэй вновь появляется на сцене. Он созерцает палату интенсивной терапии, полную мертвых пациентов. Их убила одна шведская медсестра, которая принимает ванну дважды вдень. Она подливала им аммиак и «Мистер Клин» в капельницы.
– Я думала, что это прочистит их организмы, доктор.
– Гм, да, неожиданная мысль, сестра. Один день – и все кончено. Вынесите этих жмуриков отсюда, и пусть мертвецы сами хоронят своих мертвецов. Мир существует для тех, кто жив, а мы отчаянно нуждаемся в свободных койках. Разместите на них следующую смену!
Бенуэй поворачивается к герру профессору. Его глаза сверкают от безумной решимости и веры.
– An die Arbeit.

Авенида Пятого Мая в Мехико Сити имеет загадочной вид: здесь, в этом районе, сохранились вышедшие из употребления ремесла. На доме номер 23
Джо обнаруживает табличку с потемневшими золотыми буквами: HERNANDEZ DESAMPARADO, ABOGADO/ ASUNTOS DE DOCUMENTOS Y EMIGRACION .
Три этажа вверх в скрипучем открытом лифте, дверь которого – в конце длинного коридора. Джо стучит: тире – точка – точка. Дверь немедленно открывается, и из нее как чертик из коробочки появляется человек. Такое ощущение, словно он за ней прятался. Он элегантно одет в темный костюм, начищенные до блеска сапожки и жемчужно серый галстук с жемчужной булавкой.
– Сеньор Хеллбрандт?
Десампарадо протягивает худую смуглую руку, гладкую и холодную на ощупь, словно брюхо ящерицы, выползшей из под камня. Он проводит Джо в маленькую комнатку со старым письменным столом с откидной крышкой, перед которым стоит кресло качалка. Возле стола стоит еще один стул – старый дубовый стул с сиденьем и спинкой, обтянутыми кожей. Джо садится на него.
Abogado садится в кресло качалку, закидывает одну тощую ногу на другую и поворачивается к Джо. Это семидесятилетний старик с презрительным выражением лица, очевидно хроническим. Он берет со стола четыре листа бумаги, скрепленные медной скрепкой. Джо замечает, что от скрепки на бумаге остался зеленоватый след. Бумага старая и толстая, словно пергамент. Изучив бумаги через очки с бифокальными линзами в золотой оправе с таким видом, словно то, что в них написано, является одновременно скучным и отвратительным, Десампарадо наконец начинает говорить свистящим, словно шелк, шепотом.
– Генетические исследования. Если разобраться с Расой, можно разобраться со всем остальным.
Сказав это, он посмотрел на Джо с таким видом, словно оценивал его способность понять «все остальное». Джо сразу признал в нем такого же мертвеца, как он сам – по затрудненным, болезненным жестам, интонациям и мимике, которые давались адвокату только немалым усилием воли.
– В рамках проекта вам будет предоставлена полная свобода действий.
Какое то время кажется, что старик слишком устал, чтобы продолжать говорить. Его слова повисают, словно остывший пепел, в воздухе кабинета, в который через единственное закопченное зарешеченное окно из армированного проволокой стекла льется тускло серый свет.
С очевидным усилием Эрнандес Десампарадо снимает одну ногу с другой.
– Нужно подписать эти бумаги.
Джо приходится мобилизовать все свои силы, чтобы достать перо из кармана и просмотреть все контракты и формы, которые abogado положил перед ним на стол. Затем, сделав глубокий вздох, он концентрируется на Одной Точке, аккуратно подписывает документы один за другим и кладет лицевой стороной вниз на лист промокательной бумаги в кожаной рамке.
Десампарадо берет подписанные документы и помещает их на полку, скрытую где то в глубинах старого стола.
Во время этого фарса, который, казалось, будет длиться вечно, Джо чувствовал, как весь его скопленный буквально по крупицам запас жизненной силы вытягивается из него, превращаясь в холодную серую дымку. Он покрылся мурашками, почувствовав, что находится в присутствии вампира, принадлежащего в вампирической иерархии к намного более высокому рангу, чем он сам. Но у Джо не было времени на политес.
Существует множество разновидностей вампиров. Старые вампиры, лежащие в гробу, завернувшись в плащ, вымерли вместе с Белой Лугоши .
В настоящее время вампиры объединились и наняли хороших пиарщиков для улучшения своего публичного имиджа. Парень по имени Уинстон изложил давно назревшую концепцию благотворного вампиризма: «просвещенная взаимозависимость» – вот как он это описывает. Брать понемногу, оставлять на потом.
Однако, в соответствии с неумолимой логикой вампиризма, они всегда берут больше, чем оставляют. В этом вся суть вампиров. И существуют вампиры наоборот, которые отдают часть своей энергии, словно удобрение, чтобы в будущем иметь лучший урожай. На вершине иерархической лестницы стоят, если можно так выразиться, астрономические вампиры, напоминающие по своей природе черные дыры, которые всасывают абсолютно все и ничего не выпускают наружу. Джо надеется, что ему так и не придется пойти на практическое использование антивещества.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE