Глава 39

Джанк резко сокращает половую активность. Тяга к платоническому общению одинакового с сексом происхождения, так что сидя на морфе и Эйче, я полностью замыкался в себе. Если кто то хочет поговорить, о’кей, поговорим. Но нет потребности в знакомствах. Слезая с джанка, я всегда оказывался втянутым в период неконтролируемой общительности и болтал с каждым, кто хотел бы меня выслушать. Джанк забирает всё и ничего не даёт взамен, за исключением подстраховки на случай ломки. Порой я трезво оглядывал жизнь, которую сам же себе и устроил, и решал начать лечение. Когда джанка полно, то сам факт торчания не кажется чем то серьёзным. Говоришь себе: «Что то от этих уколов я больше удовольствия не получаю, слезу, как не хуя делать». Но в радужные планы вмешивается ломка, и всё выглядит иначе.

Примерно за год моей подсадки на джанке в Мексике, я принимался за лечение раз пять. Пытался сократить число вмазок, пробовал китайское лекарство, но ничего не помогало.
После фиаско с китайским методом я собрал все пакетики и отдал жене, чтобы та спрятала их и выдавала строго в соответствии с графиком. Собирать и распределять дозняки мне навязался помогать Айк, но поскольку в голове его царил хаос, он составил такую схему, что в самом начале ты рубился на предельном дозняке, который затем резко сокращался без постепенного уменьшения. График пришлось составлять самому. Некоторое время я придерживался его, но настоящего рывка к улучшению не произошло. Тогда взял у Айка добавку, найдя предлог для дополнительных вмазок.
Я понимал, что больше не хочу принимать джанк. Если бы я мог принять единственно возможное решение, то отказался от джанка раз и навсегда. Но это всё в теории, а когда переходил от слов к делу, сил уже не хватало. Видя, как летят к чертям все составленные мною графики, я чувствовал себя ужасно беспомощным, будто бы был уже не в состоянии контролировать свои поступки.