READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Джанки. Гомосек

Глава 42

Продолжал бухать. Спустя несколько дней, после упорного восьмичасового текильного возлияния, я напился до столбняка. Домой меня доставил кто то из моих друзей. На следующее утро был худший опохмел за всю мою жизнь. Каждые десять минут я блевал как заводная игрушка, пока не исторг из себя зеленую желчь.

В тот момент возник Старый Айк:
– Тебе надо завязывать с пьянством, Билл. Ты слетаешь с катушек.
Мне никогда не было так хреново. Рвота сводила мое тело в судорогах. Когда я начал выблёвывать порцию желчи, Айк приподнял меня над унитазом. Затем, крепко сжимая меня подмышками, помог добраться до постели. Блевать я перестал в пять часов вечера и смог опорожнить бутылку виноградного сока со стаканом молока.
– По моему, здесь воняет мочой, – заметил я. – Должно быть одна из этих сраных кошек нассала под кровать.
Айк стал принюхиваться:
– Да нет, под кроватью вроде ничего.
Потом он придвинулся ближе к изголовью, где я возлежал на подушках:
– Билл, это от тебя несет мочой.
– А а?
С нарастающим ужасом, словно обнаружил проказу, я принялся тщательно обнюхивать свои руки.
– О Боже! – воскликнул я, а в животе похолодело от страха. – У меня уремическое отравление! Айк, дружище, скорей беги за коновалом.
– О’кей, Билл, притащу одного прямо сейчас.
– И только не приходи с одной из этих пятипесовых рецептовых задниц!
– О’кей, Билл.
Завалившись обратно на подушки, пытался сдержать обуявший меня страх. Об уремии я толком ничего не знал. Слышал об одной своей дальней знакомой в Техасе, которая от этого померла, выдувая в сутки, в течение двух недель, по ящику пива в день. Мне об этом рассказывал Роллинз: «Вся распухла, тело пошло чёрными пятнами, начались судороги и она померла. А весь дом пропах мочой!»
Расслабившись, я мысленно пытался врубиться в процессы, охватившие мои внутренности, чтобы понять, в чём, собственно, дело. Я не чувствовал приближения смерти или проявления симптомов серьезной болезни. Я чувствовал себя усталым, помятым, вялым, но не более того. Так и лежал с закрытыми глазами в затемненной комнате.
Вошедший вместе с доктором Старый Айк включил свет. Врач – китаец, один из выписчиков Айка. Он сказал, что с того момента, как я смог мочиться и прошла головная боль, нет никаких признаков уремии.
– Как же я мог так провонять?
Доктор пожал плечами. Тут вмешался Айк:
– Он говорит, что ничего серьезного. Говорит, тебе надо прекратить пить и чем так загибаться, лучше вернуться на прежние позиции. Доктор согласно кивнул. Мгновение спустя я услышал, как Айк раскручивает в коридоре коновала на рецепт морфия.
– Айк, я не думаю, что этот узкоглазый просекает фишку. Хочу, чтобы ты сделал следующее. Зайди к моему другу Роллинзу – сейчас я напишу его адрес, и попроси прислать для меня хорошего врача. Он должен знать, у него жена недавно болела.
– Ладно, хорошо, – отозвался Айк. – Но по моему, ты просто теряешь деньги. Этот доктор вполне компетентен.
– Да а, для выписки у него вполне компетентная клешня.
Айк рассмеялся и развел руками:
– Как хочешь.
Через час он вернулся вместе с Роллинзом и другим врачом. Когда они вошли в квартиру, последний, поводя носом, усмехнулся и повернувшись к Роллинзу, многозначительно кивнул. Круглая, ухмыляющаяся азиатская физиономия. Врач провел быстрый осмотр, спросил, могу ли я мочиться. Затем, обратившись к Айку, поинтересовался, случались ли со мной припадки.
Айк сообщил мне:
– Он спрашивает, ты всегда такой ненормальный. А я ему говорю, нет, только ты иногда с котами забавляешься.
Роллинз, подбирая каждое слово, сказал на ломаном испанском:
– Esto senor huele muy malo and quirre saber por que. (Этот человек плохо пахнет, и он хочет знать, почему).
Врач объяснил, что это была уремия в начальной стадии, но на данном этапе, опасность миновала. Поднял пустую бутылку из под текилы. «Ещё одна такая и вы труп».
Убрав свои инструменты, он выписал рецепт на антацидные препараты, которые я должен принимать каждые несколько часов, пожал руки мне и Айку, и свалил.
На следующий день меня пробрало на еду, и я стал пожирать всё съестное, которое только попадалось на глаза. Три дня провалялся в постели. Метаболическая структура алкоголизма приостановила своё действие. Когда я снова стал пить, то пил умеренно, и никогда до позднего вечера. И воздерживался от джанка.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE