READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Джанки. Гомосек

Я умираю, ми-истер?

Панама прилипла к нашим телам - Наверное, обрезанные - Все, что угодно сотворило эту мечту - Она уничтожила покупателей допотопного оргазма - Столкнулся со своим старым приятелем Джонсом - Так нуждался, забытый, кашляя в фильме 1920 года - Водевильные голоса теснят больное дыхание рассвета смены постельного белья - Идиот Мамбо обрызган сзади - Я почти задыхался, прислушиваясь к дыханию мальчика - Это Панама - Азотистая плоть сметена твоим голосом и антенной принимающего устройства - Пожирающие мозг птицы патрулируют низкую частоту мозговых волн - Почтовая открытка, ожидающая забытых жителей, и все они бесхребетны, ми-истер - Панама фото города - Мертвая почтовая открытка джанка.

  Вялая рука обращает вспять течение времени - Закладная гениталий обнажила его член, стянула несвежее белье - Грубый мальчик на экране все время безудержно хохочет над моими трусами - Шепот темной улицы в Пуэрто-Ассисе - Ми-истер улыбается деревенскому бездельнику - Оргазм сифонирует ответной телеграммой: “Джонни стянул штаны” - (Этот затхлый летний рассвет пахнет в гараже - Виноградные лозы обвивают сталь - Босая нога в собачьих экскрементах.)
  Панама прилипла к нашим телам от Лас-Пальмаса до Давида в сладких камфорных запахах готовящегося парегорика - Засветил республику - Аптекарь не плишел плиходи пятниса - Панамские зеркала под клеймом 1910 года в любой аптеке - Он пошел на попятный, утренний свет в холодном кафе...
  Джанк продолжал пилить меня: “Пьянствовал в восточном Сент-Луисе”, я знал ты придешь ободранный до костей - Если был однажды джанки, то навсегда остался гнусным паразитом - Я знал твою жизнь - Джанковая ломка длилась там четыре дня”.
  Стол протухшего завтрака - Едва уловимая кошачья усмешка - Запах боли и смерти его болезни в комнате со мной - Три сувенирных снимка Панама-Сити - Пришел старый друг, оставался весь день - Лицо съедено “я хочу больше” - я заметил это в Новом Мире - “Ты идешь со мной, ми-истер?”
  И Хозелито переехал в Лас Плайас во время распродажи товаров первой необходимости - Застрял в этом месте - Флуоресцирующие лагуны, болотистая дельта, газовые вспышки - Пузырьки светильного газа по-прежнему говорят “A ver, Luckees!” через сотню лет с этого дня - Балкон из гниющего тикового дерева подпирается Эквадором.
  “Брухо принялся напевать особый случай - Как идти под эфиром в глаза сморщенной головы - Онемевший, покрытый слоем хлопка - Не знаю, получил ли ты мои последние советы, пытаясь избавиться от этого онемелого головокружения с китайскими персонажами - Все, что я хочу, это убраться отсюда - Поторопись, пожалуйста - Стал обладать мной - Сколько сюжетов организовало подобную ботаническую экспедицию еще до того, как они могут иметь место? - Театральные железные дороги - Я умираю, распятый, под винными парами - Я повторял снова и снова, “сменялись комиссии, где трепетали на ветру тенты”. Вспышки напротив моих глаз, твоего голоса и конца строки.
  Эта скулящая Панама прилипла к нашим телам - Я отправился в Бар “Чико” с заплесневелой закладной, ожидая в фильме 1920 года рома с колой - Азотистая плоть под этот хонки-тонк сметена твоим голосом: “Вбивайте гвозди в Мой Гроб” - Пожирающие мозг птицы патрулируют “Твое Одураченное Сердце” - Мертвая почтовая открытка ожидающая забытое место - Световое сотрясение фильма 1920 года - Случайные подростки подверглись особой армейской процедуре - Ветер обдувает обнаженную плоть мальчика - Продолжал пытаться коснуться во сне - “Трюк старого фотографа, поджидающего Джонни” - Здесь появляется мексиканское кладбище - на набережной встретил мальчика в красно-белой полосатой майке - Городок Пи Джи в пурпурном сумраке - Мальчик стянул с себя несвежее белье обдирая эрекцию - Теплый дождь бьет по железной крыше - Под потолком висит обнаженный вентилятор смены постельного белья - Тела касаются электрического фильма, контактные искры покалывают - Вентилятор обдувает молодой член, стирающий юношескую майку - Запахи крови утонувших голосов и конца строки - Это Панама - Печальное кино дрейфует к островам мусора, черным лагунам и рыболюдям, поджидающим забытое место - Допотопный хонки-тонк сметен вентилятором под потолком - Трюк старого фотографа игнорирует их.
  “Я умираю, ми-истер?”
  Вспышки напротив моих глаз обнаженные и мрачные - Гнилой рассветный ветер во сне - Гниль смерти на фотографии Панамы, где трепещут на ветру тенты.
  Уильям Берроуз


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE