READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Туннель Эго

Глава пятая Философская психонавтика

Что мы можем узнать из осознанных сновидений?

В течение вечера 6 мая 1986, я осознал, что сплю и, при этом, по спирали выхожу из моего физического тела, в типичной манере, описанной швейцарским биохимиком Ernst Waelti (см. главу 3). Вот мой «практический пример»:

Стоя перед моей кроватью, я сразу понял, что, впервые за два года, я снова вышел из тела. Та же ясность, то же самое электрическое ощущение свечения в моём телесной двойнике, возбудили и осчастливили меня и я немедля приступил к эксперименту. Я двинулся по направлению к закрытой стеклянной двери балкона на втором этаже дома моих родителей. Я прикоснулся к двери, осторожно толкая её до тех пор, пока я не проник сквозь неё и не попал на балкон. Я вылетел в сад и приземлился на газон, где я перемещался при тусклом свете Луны и разглядывал окружающие предметы. В целом, ощущения были очень ясными.
Когда я испугался, что не смогу поддерживать состояние достаточно долго, я полетел назад и каким-то образом вернулся в своё физическое тело. Я проснулся со смешанными чувствами гордости и удовольствия. Я не удосужился сделать каких-либо проверяемых наблюдений, но я получил очередной опыт выхода из тела, ясный и осознанный, полностью управляемый, без каких-либо промежуточных затмений. Я сел, намереваясь сделать записи по свежей памяти, но не смог найти карандаш.
Я выпрыгнул из постели и подошёл к своей сестре (которая спала в той же комнате), разбудил её и увлеченно рассказал ей, что мне только что удалось сделать это, что я только что был внизу, в саду, скакал по газону минуту назад. Моя сестра посмотрела на свой будильник и сказала: «Сейчас четверть третьего! Почему тебе нужно было будить меня? Это не могло подождать до завтрака? Выключи свет и отстань от меня!» Она перевернулась и снова уснула. Я был немного расстроен таким отсутствием интереса.
Я также заметил, что, неловко взяв будильник, она случайно включила его. Он начал издавать гудки, мне оставалось надеяться на то, что он никого больше не разбудит. Поздно! Я услышал, как кто-то приближается.

В этот момент я проснулся. Я был вовсе не на втором этаже дома моих родителей во Франкфурте, но в своей комнате на цокольном этаже, в доме, в котором я жил с четырьмя друзьями, и который находился от дома родителей на расстоянии тридцати пяти километров. Была вовсе не четверть третьего ночи; светило солнце и я, очевидно, задремал после обеда. Более пяти минут я сидел на краю своей кровати практически застывший, не смея пошевельнутся. Я не был уверен в том, насколько реальной была эта ситуация. Я не понимал, что только что произошло со мной. Я не осмеливался пошевелиться, так как боялся, что снова могу проснуться в очередной ультрареалистичной среде.

В исследовании сновидений, подобный феномен хорошо известен и называется ложное пробуждение. Действительно ли у меня был опыт выхода из тела? Или у меня было осознанное сновидение о внетелесном опыте? Можно ли соскользнуть из внетелесного опыта в обычный сон через ложное пробуждение? Являются ли все формы опыта выхода из тела осознанными сновидениями в первую очередь? Если так проснуться два раза к ряду, то можно усомниться во многих своих теоретических интуициях относительно сознания. К примеру, яркость, когерентность, свежесть сознательного опыта — доказательства того, что вы действительно имеете дело с реальностью. По-видимому, то, что мы называем «пробуждением», является тем, что может с вами случится в любой момент феноменологического времени. Это высокорелевантный эмпирический факт философской эпистемологии. Вспомните, как во второй главе мы обсуждали эволюцию человеческого сознания и то, как кажущееся нам различие между вещами и объективный факт становятся элементами нашей переживаемой жействительности? Теперь мы можем видеть, что значит, когда различие видимости/реальности возникает лишь на уровне видимости: Ложные пробуждения демонстрируют, что сознание есть не более, чем видимость мира. Нет никакой определенности даже относительно состояния — основной категории сознательного опыта, в контексте которого вы обнаруживаете себя. Итак, откуда вы знаете, что вы действительно проснулись этим утром? Не может ли быть так, что всё, что вы когда либо переживали, было всего лишь сном?1

Сны сознательны, так как они порождают видимость мира. Но, как было замечено во второй главе, они являются оффлайн-состояниями, то есть, глобальными состояниями сознательного опыта, в котором Эго изолировано от сенсорного входящего потока и не способно произвести явное двигательное поведение. Туннель сна содержит не только видимость мира, но также (в большинстве случаев) создаёт полностью телесную, пространственно протяженноую самость, которая перемещается в пространственно протяженной среде. Виртуальная самость, таким образом, рождается как исключительно внутренний феномен в даже более строгом смысле, чем когда мы говорим о собственном пробуждении: Она погружена в плотную сеть каузальных отношений, которые, все, без исключения, являются внутренними по отношению к мозгу. Видящие сновидение осознают себя, но, функционально, они не находятся где-либо. Сны — субъективные состояния, в которых присутствует феноменальная самость; однако, перспектива, из которой сознательная самость воспринимает мир, очень различна и гораздо менее стабильна, чем в состоянии бодрствования.

Замечали ли вы когда-либо, что не способны контролировать фокус внимания во время сна? Как правило, высокоуровневое внимание отсутствует. Соответственно, самости-во-сне, которая порождается в Туннеле Эго, не достаёт особого феноменального качества, которое я описал в предыдущей главе как агентство внимания, то есть, опыт сознательного, произвольного и избирательного направления луча вашего внутреннего фонарика на различные объекты. Но агентство внимания — не просто способность «увеличивать разрешительную способность» изображений определенный вещей или концентрации ума на определенных чертах вашей модели мира; оно также влечет за собой чувство обладания — обладания процессом выбора, который предшествует смещению внимания. Оба аспекта отсутствуют в состоянии сна. В некотором смысле, вы более похожи на ребенка или чрезмерно опьянённого индивида. Эго сна значительно слабее Эго бодрствования.

Если вникнуть глубже в специфическую феноменологию, созданную спящим Эго, то можно открыть для себя значительную слабость воли и сильные помехи в процессе мышления. В обычных снах, вы иногда не можете переживать себя в качестве какого-либо агента вообще. К примеру, трудно принять решение и следовать ему. Но даже если у вас получится, то, зачастую, вы не сможете приписать агентство себе. Спящая самость — это мыслитель в замешательстве, сильно дезориентированный относительно мест, времени и идентичности людей. Кратковременная память значительно ослаблена и ненадёжна. Также, в сновидении очень редко появляются такие сенсорные переживания, как боль, температура, запах или вкус. Ещё больший интерес вызывает экстремальная нестабильность перспективы от первого лица: Внимание, мышление и воление очень нестабильны и существуют лишь периодически; также, обычное спящее Эго вообще не замечает или не беспокоится об этом. Спящая самость напоминает анозогностического пациента, которому не хватает озарения относительно собственного дефицита, возникшего вследствие травмы головного мозга.

В то же самое время, спящая самость порождает сильные эмоциональные переживания — некоторые аспекты самости явно сильнее в туннеле сна, чем в туннеле бодрствующего сознания. Каждый, кто хотя бы раз пережил кошмар, знает, насколько сильным может стать чувство паники во время сна. В состоянии сна, эмоциональная себя-модель может быть охарактеризована необыкновенно интенсивными чувствами, хотя это справедливо не для всех эмоций; к примеру, страх, восторг, и гнев преобладают над грустью, стыдом и виной.2

Иногда, случается так, что туннель сновидения допускает Эго к информации о себе, которая недоступна в состоянии бодрствования. В то время, как кратковременная память, обыкновенно, ослаблена, долговременная память может значительно усилиться. К примеру, возможно пережить эпизоды из детства во всей их живости, включая воспоминания, которые успели стать недоступными в состоянии бодрствования. Мы склонны забывать такие сновидения; большинство из нас слабо припоминают свои сны. Но пока наше сновидение продолжается, у нас есть доступ к специфичным для данного состояния формам знания о себе.

Иногда, слепые люди могут видеть во сне. Helen Keller, которая стала слепой и глухой в возрасте девятнадцати месяцев, подчёркивала важность этих случайных визуальных переживаний: «Отнимите возможность видеть сны — тогда вы лишите слепого одного из главных удобств его жизни; ведь слепой верит, что в сновидениях он видит то, что видел бы, если бы был зрячим; в сновидении его ожидание увидеть свет за непроглядной пеленой пустой ночи, оправдывается.»3
В одном исследовании, слепые с рождения индивиды рисовали картины своих снов и судьи не могли отличить их от рисунков зрячих. Также корреляты ЭЭГ между ними были очень похожими, что наталкивает на мысль, что они могли видеть это во снах — но видели ли они в действительности?4
Также интересно отметить, что туннель сна Keller содержал феноменальные качества, связанные с запахом и вкусом, которые большинство из нас переживают очень редко в состоянии сна. Кажется, что её туннель сна стал богаче за счёт того, что туннель бодрствования утратил одно из своих качественных измерений.

Туннель сновидения показывает, в какой мере сознательный опыт является виртуальной реальностью. Он внутренне стимулирует поведенческое пространство, пространство возможностей, в котором можно действовать. Он стимулирует чувственные впечатления реальной жизни. Как обсуждалось в главе 3, это как раз то, чего пытаются достичь современные дизайнеры виртуальных реальностей (на самом деле, один из лучших научных журналов, посвящённый технологии виртуальной реальности, озаглавлен как Присутствие (в оригинале — Presence — прим. перев.). Это точное значение присутствия и полного погружения, которого наши биологические предки когда-то очень давно достигли. Появившееся в результате Эго, однако, породило более чёткое ощущение присутствия, равно как для состояния сновидения, так и для состояния бодрствования. Если бы это было не так, то мы, возможно, не пытались бы создать сегодня виртуальные реальности, равно как не исследовали бы способность человеческого мозга достичь этого чуда в самом себе.

Хотя сны и являются поведенческими пространствами, они не связаны каузально с реальным поведенческим пространством человеческого организма. Сновидцы не являются телесно воплощёнными агентами; их поведение — внутреннее, симулированное поведение. Подавление спинных двигательных нейронов уберегает от проявления телесного поведения во время сна, а именно — во время БДГ (быстрые движения глаз) сна. Таким образом, Эго сновидения отделено от физического тела. Когда подавление двигательной активности неуспешно, что имеет место при расстройстве, известном как «поведенческое расстройство фазы быстрого сна», тогда внутреннее поведение сна отрабатывается в мире бодрствования. Это расстройство, обычно, обнаруживается у мужчин после шестидесяти и связывается с потерей мышечной атонии, которая обычно сопровождает БДГ-сон. Пациенты, страдающие от поведенческого расстройства фазы быстрого сна, вынуждены отыгрывать драматические и, зачастую, жестокие сны. Они кричат или рычат. Они могут пытаться задушить партнёра по постели, поджечь постель, выпрыгнуть из окна и даже стрелять из оружия. После этого, они ничего (или почти ничего) не вспомнят о своей физической активности, если, конечно, они не упадут с постели или не столкнутся с мебелью или не повредят себя или кого-нибудь другого и проснутся. Но сами сны они, обычно, могут вспомнить. Эти сны обычно включают такую двигательную активность, как драка, бег, погоня, нападение. Также, эти пациенты, как кажется, видят сны с жестоким и агрессивным содержимым гораздо чаще, чем здоровые индивиды. Очевидно, что это опасное условие, так как оно может привести к нанесению повреждений себе и серьёзной бессоннице. На этом примере мы мы можем понять, каким образом, при нормальных условиях, тело сновидения отделяется от физического тела. Обычно, сновидцы не являются телесно воплощёнными агентами и всё их поведение всецело внутреннее, симулированное поведение. Но когда подавление двигательной активности происходит неуспешно, как это бывает в случае с двигательным расстройством БДГ-сна, внутреннее поведение сна отыгрывается физическим телом.

Наиболее интересная черта обычных снов ведет к определенным философским соображениям относительно природы сознания. Туннель сновидения порождается в довольно специфических условиях: Во время БДГ-сна, как уже говорилось, происходит блокада исходящих импульсов, благодаря чему достигается паралич спящего; также происходит блокада входящих раздражений, которая предотвращает (по крайней мере, до определенной степени) проникновение сенсорных сигналов, получаемых от взаимодействия со средой, в сознание спящего. В то же самое время, беспорядочные внутренние сигналы порождаются тем, что известно нам под названием МКЗ (в оригинале PGO, Ponto-geniculo-occipital waves — прим. перев.) волн. Это электрические вспышки нейронной активности, названные в соответствии с участками мозга, в которых они наблюдаются (варолиев мост, латеральное коленчатое ядро гипоталамуса и затылочная первичная зрительная кора) и тесно связаны не только с движениями глаз, но также и с обработкой зрительной информации.6

По мере того, как мозг пытается понять и интерпретировать этот беспорядочный внутренний паттерн сигналов, он начинает рассказывать себе сказку, в главной роли которой играет Эго сновидения. Любопытно, что Эго сновидения не знает о том, что оно спит. Оно не понимает, что сигналы, которые оно превращает во внутренний нарратив — это самопорождённые стимулы; пользуясь философским жаргоном, эту особенность состояния сна можно назвать «метакогнитивный дефицит.» Эго сна находится в заблуждении, ему не хватает понимания природы того состояния, которое оно само порождает.

Осознанные сновидения

Естественным будет задать вопрос о том, существуют ли сны с дополнительными озарениями, сны, в которых себя-модель сновидения становится настолько сильной и богатой, что позволяет нам понять, что происходит. Можно ли сознательно наслаждаться собственной внутренней виртуальной реальностью? Возможно ли видеть сны, не пребывая в состоянии метакогнитивного дефицита? Ответ — да. У вас могут быть сны, в которых мы не только осведомлены относительно того, что мы спим, но также и обладаем полноценной памятью как о жизни бодрствования, так и о жизни сновидения, равно как и о феноменальной собственностью агентства на уровнях внимания, мышления и поведения. Такие сны называются осознанными сновидениями. Они очень интересны, не столько из-за понятного удовольствия от драмы, сколько из-за того, что они открывают новые пути исследования феномена сознательного опыта. В частности, они помогают нам понять, как различные слои себя-модели конструируются и вплетаются в туннель сновидения.

Датский психиатр Frederik van Eeden, который ввёл термин «осознанные сновидения (lucid dreaming)», сообщил о следующем опыте в Обществе Психических Исследований в 1913:

В январе 1898… Я смог повторить наблюдение… Мне снилось, что я лежал в саду, перед окнами своего кабинета и видел глаза моей собаки сквозь стекло. Я лежал на груди и очень проницательно глядел на собаку. В то же время, однако, я знал с определенной уверенностью, что мне снится сон и я лежу на спине в своей постели. Затем я решил медленно и с осторожностью, подняться и пронаблюдать, как моё ощущение лежания на груди изменится на моё ощущение лежания на спине. Я так и сделал — медленно и произвольно и переход — который впоследствии я переживал многократно — просто замечателен. Он подобен чувству соскальзывания из одного тела в другое, причём, отчётливо ощущалась двойная концентрация двух тел. Я помнил, что я чувствовал во сне, когда лежал на груди; но по возвращении к дневной жизни, я помнил также то, что моё физическое тело спокойно лежало всё это время на своей спине. Это наблюдение двойной памяти повторялось у меня после того случая много раз. Оно настолько несомненно, что почти неизбежно приводит к концепции тела сновидения.7

«Тело сновидения» van Eeden — это он сам-модель, в состоянии сна. Осознанные сновидения восхитительны, потому, что наш наивный реализм, то есть, наша неосведомлённость о проживании наших жизней в Туннеле Эго, временно приостанавливается. Поэтому, они представляют собой многообещающее направление исследований для разрешения вопроса о том, что я назвал Проблемой Реальности в нашей прогулке по туннелю, во второй главе. Осознанное сновидение — глобальная симуляция мира, в котором мы неожиданно узнаём о том, что это, в действительности, всего лишь симуляция. Обитатель туннеля начинает понимать, что он или она, в действительности, всё время действует в туннеле.

Hugh G. Callaway, британский экспериментатор в области выхода из тела, который публиковался под псевдонимом Оливера Фокса, записал следующий классический эпизод, произошедший в 1902, когда он был молодым студентом в Harley Institute at Southhampton:

Мне снилось, что я стою на тротуаре перед своим домом… Я собирался войти в дом, когда, неожиданно взглянув на камни [тротуара], моё внимание оказалось приковано к происходящему странному феномену, настолько необычному, что я не мог поверить своим глазам — кажется, всё сместилось за ночь так, что длинные стороны (sic! — прим. перев.) стали параллельны обочине! Тогда, в моём уме вспыхнуло решение: несмотря на то, что это славное летнее утро выглядит настолько реально, насколько оно может быть реальным, я сплю! С пониманием этого факта, качество сна изменилось в манере, которую очень трудно передать тому, у кого не было этого опыта. Мгновенно, яркость жизни увеличилась стократ. Никогда ранее ни море, ни небо, ни деревья не сияли такой изящной красотой; даже обычные дома казались живыми и мистически красивыми. Я никогда не чувствовал себя так абсолютно хорошо, в таком ясном сознании, так невыразимо свободно! Это ощущение было невыразимо прекрасно; но оно продолжалось лишь несколько минут, после чего я проснулся.

Может быть, у вас самих были осознанные сновидения; это феномен не редкий. Если нет, ты вы можете попробовать разные индуктивные техники. К примеру, вы можете взять в привычку делать «проверку действительности» несколько раз в день. Каждая проверка действительности должна длиться не меньше одной минуты. Она состоит в тщательной проверке вашей данной внутренней и внешней окружающей среды на предмет каких-либо признаков того, что это может быть не обычная реальность бодрствования. Приведенный ниже чеклист заинтересованный читатель может использовать в качестве основы для такой проверки:

• Действительно ли вся мебель расставлена так, как она обычно стоит?

• Действительно ли камни мостовой, плитка или паркет на полу образуют тот же узор, как и обычно?

• Происходит ли неожиданное появление или исчезновение объектов людей? Изменяют ли они свою идентичность?

• Знаете ли вы, кто вы и где вы находитесь?

• Помните ли вы, какой сейчас день недели и когда вы просыпались в последний раз?

• Есть ли провалы в вашей кратковременной памяти относительно последних событий?

• Фокус вашего визуального внимания перемещается с объекта на объект так, как это происходит обычно?

• Не вовлечены ли вы в необычную физическую деятельность, вроде полёта?

• Не пытаетесь ли вы безуспешно вспомнить нечто очень важное, что вы точно знаете?

• Имеет ли ваша настоящая ситуация метафорический или символический характер? Возможно, вы чувствуете, что близки к некоему важному открытию?

Если вы предпринимаете проверки реальности по нескольку раз в день, тогда у вас есть шанс стать осознанным сновидцем. Просто по привычке, однажды вы проведете проверку реальности во сне и тогда, если вам повезёт, вы правильно осознаете, что вы спите.

Другие методы индуцирования осознанных сновидений гораздо эффективнее. Попробуйте установить будильник рано утром и тщательно запишите события вашего прошлого сновидения. Встаньте, походите по комнате какое-то время, после чего снова ложитесь в постель. Пока вы засыпаете, попробуйте повторить последнюю последовательность событий сна во всех возможных деталях. Возможно, у вас получиться сознательно повторно войти в тот же самый сон и оставаться в нём на всём протяжении осознанно.10

Будучи бесстрашным философским психонавтом, я, конечно же, попытался построить устройство, которое позволило бы проводить подобного рода исследования, которое включало наушники и запись на магнитной плёнке, которая проигрывалась циклично всю ночь; раз в тридцать минут в наушниках звучал шепот: «Смотри — это сон». Я также купил дорогое устройство для осознанных сновидений, которое называлось Nova Dreamer, которое выглядело как маска для глаз наподобии тех, которые можно увидеть на пассажирах авиарейсах дальних перелётов. Nova Dreamer включался тогда, когда быстрые движения глаз сигнализировали о начале сновидения. После пары минут, устройство начинало производить ненавязчивые подсознательные визуальные стимулы, так, что спящий мог воспринимать эти мягкие красные кольцеобразные вспышки света через закрытые веки. Эти вспышки сообщали спящему о том, что он спит; на деле же они скорее интегрировались в историю сновидения. Вот один из моих снов, модифицированный при помощи Nova Dreamer:

Я астронавт. Я ждал этого момента годами. Я и мой друг лежим на спине в космическом шаттле и ждём взлёта со смешанными чувствами тревоги и возбуждения. Далеко за нашими спинами мы услышали грохот и скрежет зажигания, которое повлекло за собой громовой рёв. Тогда, красные лампочки начали мигать по всей бортовой панели управления. Неожиданно оказалась активирована каждая система сигнализации на корабле. Кто-то сказал: «Что-то пошло не так». Мы почувствовали, как космический корабль медленно наклонился и потерял своё вертикальное положение, в то время, как рёв за нашими спинами продолжал усиливаться.

К сожалению, всё, что я получил от использования устройства осознанных сновидений — ужасные кошмары с интересным поворотом событий. В Германии у сирен полицейских машин огни синие. Так что, от использования этого устройства, у меня были американские кошмары, в которых американские полицейские машины с красными мигалками преследовали меня и загоняли в тупик. Примерно раз в два года я давал ещё один шанс своему Nova Dreamer; в конце концов, он произвёл на меня другой эффект. Я проснулся утром и обнаружил, что устройство пропало. Оказалось, что кто-то бросил устройство в угол спальни. Очевидно, что этот кто-то внутри меня не хочет быть ни философским психонавтом, ни серьёзным практиком феноменологических исследований от первого лица — тот, кто просто хотел спать.

Чем же, на самом деле, являются осознанные сновидения? В осознанном сновидении, спящий знает, что он или она находится в состоянии сна и может приписать это свойство себе. Очерчивая границы определения этого феномена, мы должны учесть условие, что осознанный сновидец имеет доступ к воспоминаниям о предшествующих снах и жизни в состоянии бодрствования. Автобиографическая память всецело доступна. У сновидца есть полный доступ к воспоминаниям не только о прошлых сознательных переживаниях жизни вне сна и содержанию обычных сновидений, но также и к воспоминаниям о ранее пережитых осознанных сновидениях. Общий уровень ясности ума и познавательного озарения настолько же высок, как и в состоянии бодрствования. Дальнейшая определяющая характеристика — это то, что, согласно субъективному опыту, все пять чувств функционируют так же хорошо, как и в состоянии пробуждения. Наконец, что особо важно, свойство бытия агентом полностью осознаётся в осознанном сновидении. Феноменологически, видящий осознанные сновидения знает о свободе своей воли: В данном случае, сновидец не только может управлять фокусом своего внимания, но и может делать всё, что вздумается — летать, проходить сквозь стены, вступать в беседу с фигурами сновидений. Субъект осознанного сновидения не является пассивной жертвой, потерявшейся в последовательности странных эпизодов, но скорее полноценный агент, который способен выбирать из множества возможных поступков.

Полный контроль над собственным вниманием является чертой, которая отличает осознанные сновидения от обычных. Озарение относительно полной свободы действий — также важный критерий осознанных сновидений (но озарение ли это?). Во время того, что мы иногда называем пред-осознанные сновидения, мы часто осознаём, что ничего из того, что воспринимается, не является реальным, что это, должно быть, сон, но мы остаёмся пассивными наблюдателями. С наступлением полной осознанности, сновидец, зачастую, превращается из пассивного наблюдателя в агента — того, кто предпринимает, двигается, исследует и экспериментирует; он становится тем, кто произвольно начинает взаимодействовать с миром сновидения и преображает его.

Мой излюбленный эксперимент из контекста исследования осознанных сновидений был предпринят психофизиологом Stephen LaBerge из Stanford University и его коллегами более четверти века назад.11
Основой для эксперимента послужил известный факт, что наша сознательная модель себя жёстко закреплена в мозгу удивительным образом: Существует прямое и достоверное взаимоотношение между смещением взгляда, о котором сообщают осознанные сновидцы, и движениями глаз их спящих тел. В лаборатории, эти движения глаз можно регистрировать при помощи полиграфа. Тот факт, что движения глазных яблок тела сновидения прямо пропорционально движениям глазных яблок физического тела LaBerge использовал в довольно остроумном эксперименте. Опытные индивиды могли произвольно оповещать о начале осознанного сновидения при помощи особых глазных сигналов, установленных до начала эксперимента, а именно — быстрым движением своих глаз вверх и вниз. Два таких движения информировали экспериментатора о начале осознанного сновидения; четыре движения сигнализировали о пробуждении. Полиграфический анализ обнаружил, что наступление осознанности обыкновенно коррелирует с первыми двумя минутами БДГ-фазы, либо с короткими интервалами пробуждённого сознания во время БДГ-фазы или повышенной Фазовой активности БДГ (характеризуется всплесками движений глаз, иногда сопровождающееся подёргиваниями тела, а также повсеместно синхронизированной активностью в особых таламокортикальных сетях.)12
Проще говоря, осознанность сновидения, по-видимому, появляется тогда, когда наблюдается короткое и внезапное повышение общего уровня возбуждения коры больших полушарий. Все нервные клетки становятся активнее, в результате чего внезапно появляется способность к большей «вычислительной мощности» или способности к обработке информации. По отношению к самому сну, осознанность ведёт к повышению яркости сновидения, повышению страха или стресса, обнаружению противоречий в мире сна и, конечно, субъективный опыт распознавания «нереального» качества реальности.

Мне нравятся эти эксперименты, так как они представляют собой редкий пример транстуннельной коммуникации. Когда осознанный сновидец в лаборатории сна испускает сигналы в глазах тем, что произвольно двигает вверх и вниз своими глазами-в-сновидении и то, что учёные, находящиеся в бодрственном состоянии, расшифровывают эти сигналы при помощи инструментов, устанавливается многопользовательская связь между туннелем сна и туннелем бодрствования. Из-за того, что смещения взгляда, предпринимаемые телом-в-сновидении, функционально связаны с сигналами физического тела, а также из-за того, что сознательный сновидец осведомлён об этом, воздвигается мост, соединяющий эти два туннеля. В этой экспериментальной установке, информация из туннеля сознательной действительности одного типа может быть перенесена в туннель другого типа, который создан мозгами других человеческих существ.

Нам нужно больше хороших эмпирических исследований осознанных сновидений. Вполне допустимо, что осознанность зависит от степени, до которой префронтальная кора, в которой происходит организация познавательной и общественной деятельности, а также располагаются так называемые исполнительные функции, может образовать стабильную функциональную связь с другими участками мозга, которые производят самость осознаваемого сна. Префронтальная кора, как предполагается, распределяет мысли и действия в соответствии с внутренними целями. Она также отвечает за разделение конфликтующих мыслей, планируя и утверждая будущие последовательности данных действий, предсказывая результаты, производя ожидания т. п.

Allan Hobson, психиатр и исследователь сна в Massachusetts Mental Health Center и автор Спящего Мозга, писал, что для возникновения осознанности, «обыкновенно выключенная дорсолатеральная префронтальная кора (DLPFC) должна быть активирована, но не настолько сильно, чтобы подавить поступающие к ней понтолимбические сигналы.»13
Эта часть мозга позволяет нам относиться к себе, применяя рефлексивное мышление. В туннеле осознанного сновидения, это приводит к восстановлению исполнительного управления и возвращению бытия полноценным агентом. Если Гобсон прав, тогда момент, в который мы сознательно думаем: «О Боже, я сплю!», может быть моментом, когда модель себя сновидения оказывается пристёгнутой к префронтальной коре, делая соответствующее рефлексивное само-осознание вновь возможным и восстанавливая познавательное агентство.

Вот несколько вопросов для будущих исследований: Что именно происходит с сознательной самостью во время перехода от обычного сновидения к осознанному сновидению? Каковы тончайшие функциональные различия между моделью себя сновидения и моделью себя осознанного сновидения? Возможно ли нечто на подобии «осознанного пробуждения»? И что именно происходит во время ложного пробуждения?

Как мы уже видели, ложные пробуждения могут происходить со всеми из нас. Это поднимает другую классическую философскую проблему — вопрос солипсизма (с латыни: solus, один и ipse, сам/сама). Как, в точности, я могу опровергнуть скептическую гипотезу о том, что мой ум — то единственное, по поводу чего я могу быть уверен, что оно существует? Как я могу исключить возможность того, что внешний мир и, в частности, другие сознательные умы, не могут быть познаны и могут вообще не существовать? В конце концов, вот маленький мысленный эксперимент в прикладной эпистемологии туннеля, представленная и проиллюстрированная осознанным сновидением, о котором сообщил поздний немецкий исследователь снов Paul Tholey:

Я кратко оглянулся. Человек, шедший за мной, не был похож на обычное человеческое существо; он был высокий, словно гигант, и напомнил мне Рюбецаля [Rubezahl — горный дух из германской легенды]. Теперь мне было совершенно ясно, что мне снился сон и, с чувством огромного облегчения, я продолжил убегать. Затем, я неожиданно понял, что мне не нужно убегать, но способен сделать что-то другое. Я вспомнил о своём плане поговорить с другими действующими лицами во сне. Так, я перестал бежать, обернулся и позволил преследователю догнать себя. Затем, я спросил его, чего он, собственно говоря, хочет. Он ответил: «Откуда мне знать? В конце концов, это твой сон и, более того, это ты изучал психологию, а не я».14

Представьте, что, пребывая в туннеле сна, вы неожиданно стали осознанными и обнаружили, что находитесь на большой интердисциплинарной конференции, на которой снящиеся учёные и философы обсуждают природу сознания:

Пока все стоят в коридоре во время кофе-брейка, один из них заявляет, что то, что вас не существует на самом деле, так как вы лишь являетесь фигурой своего собственного туннеля осознанного сновидения, это просто возможность. Обрадованный, вы заявляете: «Нет, это вы все — фигуры моего сна, просто вымысел моего воображения». Этот ответ встречают смехом и вы замечаете, также, что коллеги за другими столиками улыбаются и поворачивают головы в вашу сторону. «Всё это происходит в моём мозгу» — продолжаете настаивать вы. «Мне принадлежит аппаратная часть и вы все — просто симулированные персонажи сна в симулированной среде, созданной моей центральной нервной системой. Мне ничего не стоит…». Тут вас прерывает смех, переходящий в рёв. Молодой аспирант высокомерно начинает объяснять основные положения относительно природы действительности, которые разделяло, в частности, это научное сообщество: Никогда не существовало таких вещей, как мозги или физические объекты. Содержимое сознания — это всё, что есть. Так что, все феноменальные самости равны. Нет такой вещи, как индивидуальный «туннель», в котором самость-модель представляет истинного субъекта опыта, а все другие модели людей являются всего лишь персонажами сновидения.

Странный философский концепт, который разработало это сообщество учёных в качестве своего основополагающего допущения, называется элиминитивный феноменализм. Как объяснил аспирант со слегка завышенными амбициями: «Элиминитивный феноменализм — тезис о том, что физика и нейрологическое описание человека создают радикально ложное знание, теорию, настолько фундаментально дефектную, что её принципы, равно как и её онтология, будут смещены (а не плавно изменены) завершенной наукой чистого сознания». Вся действительность, соответственно, это феноменальная действительность. Единственный способ, который может позволить вам выпасть из этой действительности — допущение грандиозного (но фундаментально ложного) предположения о том, что существует внешний мир и что вы — субъект феноменологической действительности (то есть, тот, кто её переживает); предположения о том, что существует туннель сознания (червоточина, как её можно иронично назвать) и что это ваш собственный туннель. Увлекшись этим верованием, вы, однако, неожиданно становитесь нереальными и превращаетесь в нечто даже меньшее, чем просто фигура сновидения сама по себе: возможный персонаж — именно то, что ваш оппонент заявил в начале дискуссии.

«Ребята, послушайте» — произносите вы немного раздраженным голосом — «я могу продемонстрировать вам, что это мой туннель сознания, потому, что я могу прервать это состояние, и само ваше существование, в любой момент времени. Широко известная техника прекращения осознанного сновидения — держать руку перед глазами и сконцентрировать на них своё внимание. Если я сделаю это, я прекращу быстрые движения глаз своего физического тела и, таким образом, оборву состояние сна в своём мозгу. Я проснусь в Туннеле Пробуждения. А вы просто перестанете существовать. Хотите я покажу вам?» Вы замечаете, что тон вашего голоса звучит победно, но вы также замечаете, что удовольствие в глазах других учёных и философов сменилось на сожаление.

Высокомерный аспирант выпалил: «Неужели вы не понимаете, что просто вернувшись в ваше “пробуждение”, вы ничего и никому не докажите? Вы должны доказать истинность ваших онтологических заключений этому научному сообществу, на этом уровне действительности. Вы не можете ответить на вопрос просто низведя себя до виртуального персонажа и исчезнув с нашего уровня. Проснувшись, вы не узнаете ничего нового. И вы не сможете ничего никому доказать, причём, не только нам, но и себе самому. Если вы хотите унизить себя, скрывшись в своей червоточине бодрствования, тогда вперёд! Однако, серьёзное отношение к исследованию сознания и философской теории науки предполагает нечто, совершенно иное!»

Как бы вы отреагировали? Если бы я не сделал правильного решения в тот момент, возможно, я никогда не закончил бы эту книгу. Но ладно, хватит об эпистемологии туннеля.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE