16 - Команда

Эхо  Лоуренс (автосалочница): Каждую Ночь Медового Месяца я надевала  одну и ту же счастливую фату. Платья разные — длинное или короткое. В конце  августа, если в машине нет кондиционера, совсем не хочется задыхаться в  многослойном тюле под плотным шелком. За всеми юбками рычаг переключения  передач не найдешь. А зимой, если съедешь по гололеду в сугроб, тот же самый  тюль спасет тебя от верной смерти.

Шот  Даньян (автосалочник): В ту ночь в команде были Эхо за рулем  и Грин Тейлор Симмс рядом с ней, я справа сзади и девица по имени Тина Самсинг  слева сзади. Она вечно пинала Эхо в сиденье и говорила ей, куда повернуть за  тачкой с «флагом».
Если пассажир командует водителем, это плохо. Но если  командуешь, сидя за водителем, — это уж слишком. Ни в какие, блин, ворота. Эхо  тормозит, Грин говорит:
— Хватит!
Тина Самсинг в ответ:
— Прекрасно! — Рывком открывает дверь, собирает юбки  своего розового платья. И бросает: — Даже Крошкой Бекки быть лучше, чем вашей  рабыней!
Мы с Грином смотримся в смокингах шикарно: с черными  бабочками, с фальшивыми гвоздиками, приклеенными к лацканам. На тачке с обеих  сторон написано жирным слоем белой зубной пасты: «Молодожены». К заднему  бамперу привязаны коровьи колокольчики и консервные банки — явное нарушение  шумоограничи-тельных норм, но на молодоженов смотрят сквозь пальцы даже  Дневные.
Мы подъезжаем к бордюру — колокольчики гремят, на  антеннах развеваются белые ленты. Какой-то парень стоит на тротуаре, руки в  брюки. Тина Самсинг швыряет букет в лицо:
— Эй, чувак! Лови!
Шелковые цветы ударяют его по лицу, но он ловит букет.  Хорошая реакция. У парня хорошая реакция, а нам не хватает одного наблюдателя.  Что, прикольно?
Я кричу ему:
— Эй, ты! Бабки на бензин есть? Так получилось, что  этот парень — Рэнт Кейси.
Эхо  Лоуренс: Вот смотрите: когда попадаешь в авто-команду, это как  начальная позиция в любом спорте. Если команда уже была готова, ты начнешь с  самого худшего места: левый задний наблюдатель, то есть который сидит за  водителем. Позиция номер три — это правый задний наблюдатель. Номер два — тот,  кто сидит на переднем сиденье рядом с водителем. А водитель — то же самое, что  квотербэк, центральный защитник, питчер или вратарь. Позиция номер один.  Почетное место.
Тина  Самсинг (автосалочница): Моя старая тачка — я называла ее  Бомба-Ягодка — оказалась на свалке, так ее расколошматили. Бывает и такое.  Приходится снова начинать снизу, садиться за спину тому, чьи колеса пока в  целости и сохранности. Вроде Эхо Лоуренс. Не подумайте, что я не люблю Эхо.  Просто она всем врет. Спросите, чем она зарабатывает на жизнь. Если скажет — не  сексом, значит, врет.
Эхо  Лоуренс: Слушайте внимательно. Команды создаются прямо на  улице. «Акула», одинокий водитель, которому нужна команда помощников,  защитников или просто собеседников, будет ездить и искать «окно», чтобы нанять  игроков с обочины. Если у тебя нет машины, встань где-нибудь на углу и выставь  большой палец. Перед тобой притормозит машина, и тебя спросят:
— Играешь?
Ты говоришь:
— А какие места?
Они говорят:
— Нужен левый наблюдатель. Бабки на бензин есть?
Некоторые команды попросят показать, можешь ли ты  поворачивать голову быстро и плавно, чтобы внутри ничего не хрустнуло. Нет  смысла брать наблюдателя с травмой спины или шеи после аварии. Деньги на бензин  давать не обязательно, но это показывает, насколько серьезно ты настроен.
Тина  Самсинг: Всякие калеки со сросшимися позвонками, неудачники,  которые не видят в темноте или вообще полуслепые, — эти стоят на обочине всю  ночь. Может, какая-нибудь команда над ними сжалится. В большой машине  неудачнику иногда дают место «талисмана» — посреди заднего сиденья. Там можно  только болтать и веселить других. «Остров потерянных игрушек», короче.
Если у тебя короткая шея или плохое зрение, копи деньги  на бензин и молись, чтобы тебя подобрала хорошая команда с большим задним  сиденьем. Учи анекдоты и приемы общения с людьми.
Эхо  Лоуренс: «Окно» — это время с начала до конца игры. Например,  четыре часа в субботу. Или в понедельник на всю ночь, с восьми до восьми.
Шот  Даньян: В ту ночь, когда мы встретили Рэнта, он сбежал из  какой-то государственной гостиницы, где должен был ждать временного жилья для  Ночных. В городе, где большинство по ночам либо работает, либо подключается к  «пикам», вполне понятно, если безработный парень без порта бродит по улицам.
Рэнт садится в салон и дает мне четвертак. Фигня, да?  Четвертак на бензин, блин. Только вот монетка золотая, 1887 года. Уж не знаю,  что это была за монета, но Эхо живо нажала на газ, и мы вписались в поток  машин. Рэнт сел сзади, словно всю свою долбаную жизнь стоял и ждал нас на том  углу. А Грин оборачивается и тянет руку:
— Можно взглянуть на монету поближе?
Эхо  Лоуренс: Хороший водила смотрит только вперед. Хороший задний  наблюдатель — только назад и по сторонам. Следить, куда машина едет, — не его  дело. Передний наблюдатель отвечает за свою сторону и за поллобового стекла.
Вы не просто ищете, какую машину протаранить. Вы  следите, кто собрался ударить вас. Кто кому уже подсел на хвост. Где полиция.  Не только во время гонки — всегда, даже на стоянке, и когда ловишь «на живца»  или «на блесну». И когда выслеживаешь других. Ловить «на живца» — значит вести  какую-нибудь шикарную тачку, новенькую, чистенькую, отполированную, по середине  дороги — «поля», «маршрута» или «лабиринта». Если видишь двухдверную ярко-красную  тачку прямо из автосалона, которая мурлыча катится по центральной полосе,  демонстрируя знак, что она в игре: консервные банки молодоженов, раскраска  «Футбольной Мамы», — не вздумай за ней погнаться.
Многие новички-идиоты ловятся: рвут с места в карьер,  чтобы вдарить по свежей красной краске.
А опытные команды, которые знают, что такое ловить  «наживца», подождути приглядятся. В квартале от «живца» обычно широким неводом  едут машины-шпионы — команды, которые сговорились с «живцом» и готовы выбить  обнаруженных новичков. В следующий раз, как услышите, что в «Дорожных  картинках» сообщают о засилье плохих водителей, знайте, что это «шпионы»  выбивают новичков.
Из  радиопередачи «Дорожные картинки»: Львы, тигры, медведи, ну  и ну! Каким бы ни был символ вашей команды, следите сегодня вечером за потоком  футбольных фанатов. Похоже, все гордые мамы возят по городу команду, распустив  флаги. Пумы, вперед! У Почтового Круга, к северу, не пропустите столкновение из  шести машин. Где победители, не разберешь, но все явно из любительских  спортивных команд. Травм нет, но камеры видеонаблюдения показывают, что на  аварийной полосе спорят друг с другом много людей.
Эхо  Лоуренс: А когда наткнетесь на кучу столкнувшихся машин, быстро  смотрите вперед. Может, заметите «живца», хорошенькую красную машинку, которая  скрывается за углом далеко-далеко впереди.
Тина  Самсинг: Очень легкий вид преследования называется «флиртом».  Просто чуть-чуть толкаешь кого-то в бампер аркой передних колес. Если цель тебя  увидела и ты ей понравился, ты отъезжаешь, а она едет за тобой. Обычно люди  играют в автосалки, чтобы потусоваться. Это отличное средство общения: ты  знакомишься с новыми людьми и часами сидишь с ними и слушаешь всякие истории.  Можно сидеть и дома, но даже если подключиться к вечеринке — ты все равно одна.  «Пик» заканчивается, а ты все равно провела ночь одна.
Автосалки тоже бывают скучными, если не находится  команда с условным знаком, но по крайней мере скучно всем. Как в семье.
Из  полевых заметок Грина Тейлора Симмса (Историка): Автосалки — любимое занятие людей слишком бедных или слишком богатых, чтобы  стремиться к материальному успеху, что характерно для среднего класса. Мистер  Даньян и мисс Лоуренс считали, что им нечего терять.
Шот  Даньян: Не проехали мы и двух долбаных кварталов, как машина  дергается, шины визжат. В нас врезалась «акула» и нацелилась на левое заднее  крыло.
Не выпуская из рук букета, Рэнт резко оборачива-ется:
— Этот чувак в нас врезался!
Кричит:
— Он нас протаранил!
Эхо смотрит в зеркало заднего вида и говорит:
— А зачем ты ему дал? Следи, блин, за своим гребаным  квадратом!..
Грин держит золотой четвертак, чуть касаясь краев  пальцами, и говорит:
— Откуда у тебя эта удивительная монета?
Эхо жмет на газ и резко заворачивает вправо; «акула»  остается ни с чем.
Тина  Самсинг: Все знают, что полнолуние — это Ночь Молодоженов.  Медовый месяц для всех и бесплатно. Если пару лет ездишь так каждый месяц, у  тебя накопится полшкафа свадебных платьев. Куча вешалок. Гофрированные рубашки  и смокинги. Мои любимые платья — для подружки невесты. Они такие красивые,  розовые, как фруктовое мороженое. Хотя все обычно носят свадебные платья —  большая пышная юбка и педерастическая фата. В половине случаев одна команда  таранит зад другой, и из обеих машин на аварийку выскакивают восемь невест и  начинают друг на друга орать. У некоторых невест волосатые руки, а под  квадратными щетинистыми подбородками прыгают кадыки. Все команды в платьях и  фатах: черные, белые, мужчины, женщины — все невесты похожи.
Эхо  Лоуренс: В полнолуние начинать лучше всего. «Флаг» заметить  очень легко. Пишешь на дверцах машины, кузове и капоте «Молодожены» кремом для  бритья. Привязываешь белые ленты к радиоантеннам и надеваешь лучшую воскресную  одежду. Начинающей команде на вход в игру надо максимум десять баксов.
Молодоженам-ветеранам, чтобы вспомнить все свои машины,  приходится загибать пальцы: «Тойота», «Бьюик», «Мазда», «Додж», «Понтиак».  Красный, синий, серебристый, черный... В данный конкретный момент у ветерана  может быть пятая машина, и ее вот-вот разобьют.
Шот  Даньян: Каждой Ночью Медового Месяца разукрашенные тачки стоят  в каждом квартале. Невесты мнутся на углу, ищут бесхозных женихов. Женихи в  цилиндрах ждут на обочинах, хотят снять невесту с собственной тачкой.
Из полевых заметок Грина Тейлора Симмса: Наряжаясь на  Ночь Медового Месяца, обязательно прикрепляйте бутоньерку кусочком  двустороннего скотча. В случае аварии мало кому понравится, если длинная прямая  булавка вонзится ему около сердца.
Эхо  Лоуренс: Еще один совет: пропитайте сиденья «скотчгардом». До  Тины Самсинг у нас была наблюдатель-новичок. В нас врезается «акула», ударяет в  правый задний угол так сильно, что нас закручивает вбок, со всех сторон на нас  едут машины, светят фарами и сигналят. И эта девчонка возьми и обмочись! Все следы  от удара мы зашпаклевали на раз. А мочу вымывали из заднего сиденья неделями.
Шот  Даньян: «Акула», которая опять таранит нас в зад, — какой-то  козел в бордовом «Мазерати-Кваттро-порте-Экзекьютив-Джи-Ти». Я поворачиваю  голову и выглядываю из заднего окна: это не одинокая «акула». Рядом с ним —  розовое облачко. Подружка невесты. Тина Самсинг, которую мы выбросили. Рот  разинула так, что челюсти похожи на овал. Хохочет, пока бампер «акулы» бьет нас  по заднице.
Рэнт, который еще держит букет Тины, крутится в ремне  безопасности, пытается рассмотреть, в чем дело:
— Почему он за нами гоняется?..
Эхо  Лоуренс: Когда тебя протаранили, невесты и женихи, шаферы и  подружки невесты — все делают вид, будто злятся. Притворно орут, вытаращив  глаза. Делают вид, будто дерутся. Это все для тех, кто притормозил, чтобы  посмотреть. Эффект зеваки. Автомобили не едут мимо, а ползут. Как же,  бесплатное шоу. Если столкновение легкое, полиция никогда не приезжает.
А свадебные поезда просто хотят до конца использовать  момент, когда жизнь замедляется. «Импульс», миг удара двух машин.
Они — обычные люди, которые видят, как их жизнь  сжимается в доллары. Как их дни и часы сжимаются, будто автомобильные зоны  смятия. Время, пока они обслуживают посетителей в кафе, сортируют письма или  продают туфли, идет на то, чтобы накопить денег и вскладчину купить машину. И  свадебное платье.
В следующее полнолуние они водители, или пассажиры. Они  машут всем, кто не попал в игру. Смотрят по сторонам, чтобы не пропустить  «акулу», вслушиваются в гром вражеских консервных банок. Наконец их замечает  другая команда «молодоженов» и пускается вдогонку. Крутой поворот, черные следы  шин на асфальте — одна машина бросается за другой так быстро, что банки  отрываются от дороги. Красный свет и — вот тогда-то и взрывается время.  Происходит, как говорят автоиспытатели, «импульс».
Из  полевых заметок Грина Тейлора Симмса: Начиная с когнитивного  упражнения в виде веры в Санта Клауса, ребенка побуждают понимать реальность  так же, как его сверстники. Даже если эта реальность явно выдуманна и  смехотворна, веру в нее поддерживают подарками, которые укрепляют и поощряют  общекультурную ложь.
Система дорожного движения — самый большой консенсус в  современном обществе. Целому потоку незнакомых друг с другом людей удается  вступать во взаимодействие друг с другом и перемещаться по одной дороге  практически без инцидентов. Чтобы возникла анар-хия, достаточно всего лишь  одного водителя, который не соблюдает правила.
Эхо  Лоуренс: Когда задняя машина таранит переднюю, пристегнутых  невест бросает вперед. Фаты отлетают так быстро, что на лице остаются красные  следы. Игроки называют это «кружевным ожогом». В этот момент время  останавливается. Все долгие годы и скучные дни — все это взрывается и заполняет  одну долю секунды. Один «толчок».
Время сжимается и взрывается в замедленном движении, в  миге, который будет длиться вечно.
Машина, на которую ты столько копил, мнется,  уменьшается, зато твоя жизнь раздувается. Растет. Становится большой или даже  огромной. Когда невесты на обочине бросаются рисом, они просто хотят растянуть  этот миг. Выжать из «толчка» все до капли.
Шот  Даньян: Тина и «акула» растут в нашем заднем окне. Хохочут,  наклонясь вперед, так сильно хохочут, что их дыхание затуманивает стекло. Их  бампер врезается в нас слева, наши рессоры и амортизаторы визжат. Их передние  колеса так близко, что запикала парковочная сигнализация. Пиканье учащается.  Колеса «акулы» уже совсем близко, откусывают одну из наших консервных банок,  давят банки, рвут веревку. Вот они так близко, что парковочная сигнализация  заходится долгим гудком.
Рэнт наклоняется вперед, хлопает Грина по плечу  смокинга с подплечником и говорит:
— Кстати, мои поздравления.
Все еще глядя на золотой четвертак, Грин спрашивает:
— За что?
Из  полевых заметок Грина Тейлора Симмса: Закрепление веры в Санта  Клауса и Пасхального Кролика создает предпосылки для дальнейшей социализации,  включая подчинение правилам дорожного движения, которые позволяют максимальному  числу водителей совместно пользоваться дорогами. Кроме того, нас учат, что  путешествие — лишь средство для какой-то более великой цели, а волнительность и  опасность путешествия должны быть сведены к минимуму. Это укрепляет ошибочное  мнение, будто само путешествие малоценно.
Шот  Даньян: Тина и «акула» откусывают еще одну банку, снова в нас  врезаются, отстают. Смеются. Рэнт говорит:
— Вы... — и тыкает пальцем то в Грина, то в Эхо. —
Вы поженились...
Грин говорит:
— Впереди справа новая команда.
А Эхо:
— Ищи просвет!
Эхо  Лоуренс: Я жму на газ двумя ногами, уже воображая, как ослеплю  эту Тину Самсинг горстью сырого риса. Представляю, как моя тачка валяется на  какой-нибудь свалке вся в зубной пасте.
Из  полевых заметок Грина Тейлора Симмса: Занятие, которое  неформально именуется «автосалками», отвергает идею, что поездку нужно  вытерпеть, чтобы перейти к более полезной и удовлетворительной деятельности.
Тина  Самсинг: На следующем аукционе конфискованных автомобилей я,  блин, буду перебивать цену Эхо. Меньше чем через один щелчок одометра нам обеим  понадобятся новые машины.
Эхо  Лоуренс: Тину бросает на подголовник. Ее груди и жемчуг  взлетают к шее. Фата царапает лицо. За их машиной что-то дымится — их ударили  сзади. Выбили из игры.
Из  полевых заметок Грина Тейлора Симмса: На нашу «акулу» нашелся  другой охотник. «Мазерати» убили прямо в куче наших коровьих колокольчиков,  стекла и консервных банок.
Шот  Даньян: Эхо выезжает на темную улицу и останавливается.  Выключает передние и задние фары, но не мотор. Разводит свою фату, всматриваясь  в Рэнта, и говорит:
— Ты, Дневняк, вали из моей машины!
Грин протягивает ей золотую монету и говорит:
— Знаешь, сколько это стоит?
А Рэнт Кейси, тот трогает заднее сиденье, нюхает свои  пальцы и говорит:
— Девушка, которая обмочилась три или четыре недели  назад... — Он смотрит на нас: — Ела в тот день болгарский перец.
Рэнт улыбается нам, показывая черные от гудрона зубы:
— Вы не знакомы с Честером Кейси?