8 час. 55 мин

Дым ест детям глаза.
– Закройте салфеткой и глаза тоже. Нос, рот, глаза – все лицо должно быть закрыто, do you read me?

И Джерри и Дэвид превратились в Касперов – два маленьких привидения с салфетками на голове, а синее небо Армагеддона уронило на наши щеки первые слезы. Слава богу, салфетки не позволили сыновьям увидеть на 106-м этаже два человеческих факела: горящие трупы перед дверью лифта, красно-коричневая кожа, глаза без век, волосы, превратившиеся в пепел, лица, разодранные в клочья, покрытые пузырями, влипшие в расплавленный линолеум. Они еще явно дышали, их животы шевелились. Все прочее было неподвижно, как статуя. Я ничего не сказал детям, и они ничего не заметили, хотя, подозреваю, учуяли запах горелой баранины.
Нужно было взять себя в руки. Простейшее дело – дышать – теперь давалось с великим трудом. Хотя бы из-за невыносимой вони. Жирный, тяжелый дым нес с собой запах горелой резины, жженого пластика, обугленной плоти. Сладковатый запах керосина, пугающий и тошнотворный, костяной порошок и пепел от человеческого мяса. Смесь ядовитого облака, едкого сжиженного газа и крематория: такой запах доносится с какого-нибудь завода, и, проезжая мимо на машине, вы жмете на газ и стараетесь побыстрее удрать. Наверно, так пахнет смерть – если у нее вообще есть запах. Рухнувший потолок не давал подняться обратно в «Windows». Приподнимать бетонную плиту пришлось вдесятером. Наконец мы просочились по одному и вернулись на крышу Города в облаках.
На 107-м этаже официантка и двое братьев, ишачивших на кухне, выбили стекло одноногим столиком. (Информация к размышлению: чтобы выбить огромное стекло, не годится ни кресло, ни компьютер «Макинтош». Лучше всего бить чугунной ножкой столика, используя ее как таран.) Теперь они вывесились из окон в 400 метрах над землей и машут белыми скатертями. Дым совершенно черный и толстый, как пропитанная машинным маслом промокашка. И все же через разрывы хоть немного видно, что происходит снаружи. Больше всего меня поражают листы бумаги формата А4, летающие в небесной синеве: архивы, фотокопии, срочные досье, списки на бланках холдингов, рекомендательные письма, папки с секретными документами, портфолио, распечатки в четыре цвета на лазерном принтере, самоклеящиеся конверты, крафтовые пакеты, этикетки, стопки договоров со скрепками, пластиковые обложки, разноцветные бумажки для заметок, фактуры в четырех экземплярах под копирку, сводные таблицы и графики, – распавшийся бумажный круговорот, разлетевшаяся канцелярия, вся наша якобы важная суета. Тысячи летящих бумажек напоминают фонтаны конфетти и серпантина, которые американцы обожают устраивать во время грандиозных праздничных шествий на Бродвее. Вот только какой сегодня праздник?
Бытие. XI:4.
И сказали они: построим себе город и башню, высотою до небес; и сделаем себе имя…