Глава 10

— Вряд ли вам известно, что в этом мире живет три тысячи людей овец, — начал человек овца. — На Аляске, в Танзании, в Исландии, в разных разных местах. Но это не тайное общество, не революционная организация, не религиозная секта. Нет ни общего собрания, ни печатного органа. Просто мы — люди овцы и желаем жить в мире как люди овцы. Как люди овцы думать, принимать пишу, иметь семьи. Именно поэтому мы — люди овцы. Надеюсь, до сих пор понятно?
Я толком ничего не понял, но на всякий случай что то промычал.

— Однако есть несколько человек, препятствующих нашему пути. Самый известный — этот самый профессор овца. Я не знаю ни его настоящего имени, ни возраста, ни гражданства. Я не знаю, это один человек, или их несколько. Но то, что он в возрасте, — это точно. Всю свою жизнь он обрывает уши людей овец для своей коллекции.
— А это еще зачем? — спросил я.
— Профессору овце не нравится стиль жизни обычных людей овец. Вот он и пакостит тем, что обрывает уши. И еще радуется.
— Весьма буйный тип.
— Но мне кажется, что он не настолько плох. Просто однажды столкнулся с неприятностями, вот и стал чуточку ненормальным. Вернет мне ухо, и я на него в обиде не буду.
— Хорошо, человек овца, — сказал я, — я верну вам ухо.
— Большое спасибо, — поблагодарил человек овца.
— Плата — тысяча иен в день, вернется ухо — пять тысяч. Потрудитесь сделать предоплату за три дня.
— Предоплату?
— Предоплату, — сказал я.
Человек овца достал из нагрудного кармана большой кошелек, отсчитал три аккуратно сложенные купюры по тысяче иен и грустно выложил их на стол.