A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Only variable references should be returned by reference

Filename: core/Common.php

Line Number: 239

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: core/Common.php

Line Number: 409

Области тьмы — Глава 22 скачать, читать, книги, бесплатно, fb2, epub, mobi, doc, pdf, txt — READFREE
READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Области тьмы

Глава 22

За выходные я привык к новой дозировке, и внимательно отслеживал ход дела. Я решил на улицу не выходить - вдруг что случится, но ничего плохого со мной не происходило. Время не проскакивало, не было никаких перещёлкиваний, и казалось, что декстерон работает, как надо - отсюда не следовало, конечно, что я в безопасности, или что у меня больше не будет отключек, но я с большим удовольствием вернулся. Во мне окрепла уверенность, в голове прояснилось, я бурлил идеями и энергией - если дексерон будет работать и дальше, дорога в будущее открыто лежит передо мной, камень за камнем, и надо просто по ней идти, не отвлекаясь и не мучаясь сомнениями. Я снова разберусь в материалах по сделке MCL-”Абраксас” и порешаю все вопросы с Карлом Ван Луном. Я снова начну торговать, заработаю какие-то деньги и перееду в Здание Целестиал. В конце концов, я развяжусь с такими людьми, как Ван Лун и Хэнк Этвуд, и построю собственный, независимый бизнес - Корпорацию Спинола, СпинолаСистемз, Эдинвест, в таком ключе.

Пока я тешился этими мыслями, у меня из головы не шла Джинни Ван Лун, и я попытался и для неё найти место. Она, однако, сопротивлялась - или идея о ней сопротивлялась - и это сопротивление лишь увеличивало моё возбуждение. Но в конце концов я вычеркнул эти мысли, выкинул из головы и сосредоточился на материалах по MCL-”Абраксас”.
Я читал документы и поражался, как же раньше не мог в них разобраться. Конечно, это было не самое забавное чтиво в мире, но вполне себе очевидное, и я снова осознал, как работает ценовая модель Блэка-Шоулза и проделал на компьютере все расчёты. Разобрался со всеми шероховатостями, включая отличия в третьей возможности, про которые тогда спрашивал Ван Лун.
Чем я ещё занимался в выходные - не считая сотни приседаний каждое утро и вечер - это начал активно копаться в новостях. Я читал новости в Сети и смотрел новостные передачи по телевизору. О расследовании убийства Донателлы Альварез говорили мало, иногда упоминали, что в полиции готовы выслушать каждого свидетеля - а значит, у полиции не было выхода на Томаса Коула и теперь они хватались за соломинку.
Много говорили про Мексику. Там шли громкие нападения - на туристов, на граждан США, по большей части бизнесменов, живущих в Мехико. Директора одной компании застрелили, ещё двоих похитили, и до сих пор о них не было ничего известно. Эти происшествия были напрямую связаны с обсуждением внешней политики, развернувшимся в прессе - и где не стеснялись использовать слово “интервенция”. Теперь, кроме разговоров о безопасности граждан США и мексиканских угрозах экспроприировать иностранный капитал, оставалось логично обосновать для общественности необходимость вторжения - и они работали над этим.
Ещё я наблюдал за поведением рынков после большого обвала технологических акций в прошлый вторник, и сделал предварительные заготовки на утро понедельника, когда собирался восстановить свой счёт в “Клондайке”.
Позднее, вечером в воскресенье, я не мог успокоиться и решил пойти прогуляться. И только когда тёплый вечерний воздух овевал меня, а я шёл по улицам, мне стало ясно, до чего же лучше я себя чувствую. У меня появилось сильное физическое ощущение МДТ, почти наркотическое пощипывание в конечностях и голове. В то же время не было никакого дурмана. Я полностью контролировал свои чувства и способности - сильнее, яснее, резче.
Я сходил в несколько баров, выпил газировки и весь вечер протрепался с людьми. Куда бы я ни пошёл, за пару минут я заводил с кем-нибудь разговор, а потом вокруг собиралась толпа слушателей - этих людей зачаровывали мои слова, а я говорил о политике, истории, бейсболе, обо всём, что приходило на ум. Я видел, что возбуждаю женщин и даже некоторых мужчин, но сексуально они меня не интересовали, и я мягко заворачивал их заигрывания, повышая накал разговора, который мы вели. Понимаю, что это звучит оскорбительно и манипулятивно, но тогда мне действительно не хотелось интима, зато пока вечер превращался в ночь, и они становились всё пьянее или обдолбаннее, и потихоньку отваливались, я ощущал прилив возбуждения, и - скажем прямо - чувствовал себя местным богом.
Домой я пришёл в 7:30 утра и сразу начал копаться на финансовых сайтах. Когда я начал работать с “Лафайет”, я снял со счёта в “Клондайке” все средства, кроме минимальной суммы, необходимой, чтобы счёт не закрыли. Теперь я радовался, что не стал его закрывать, это облегчило моё возвращение в торговлю, хотя мне и не хватало компании других трейдеров и атмосферы в “помещении”. Тем не менее, я потрясающе быстро вернул уверенность в себе и начал заключать крупные сделки с высоким риском, и во вторник утром - когда позвонил Геннадий - у меня на счету уже скопилось 25 тысяч долларов.
Я совсем забыл, что он будет звонить, он поймал меня в процессе разработки сложной торговой стратегии на этот день. Я был бодр и не хотел, чтобы меня отвлекали, так что сказал ему, что к пятнице у меня будет 10 таблеток для него. Он тут же начал выяснять, могу ли я достать их пораньше, и может ли он прийти и забрать их. В раздражении я отказал ему, сказал, нет, не могу, нельзя, увидимся в пятницу с утра. Когда я положил трубку, мне стало ясно, что с Геннадием надо разбираться. Он мог стать очень серьёзной проблемой, и хотя в этот раз я буду вынужден отдать ему десяток таблеток, мне не нравилось, что он будет там строить планы, как вскарабкаться по лестнице Организации - и может даже точить нож на меня. Мне придётся нанести Удар первому - и скоро.
В среду я пошёл в магазин за новыми костюмами. Благодаря тому, что я ничего не ел и приседал по сто раз, за пять дней я сбросил вес - и решил, что теперь самое время оживить свой гардероб. Купил два шерстяных костюма, один стального серого цвета, а другой - полуночного синего. Оба от Хьюго Босс. Ещё рубашек, шёлковых галстуков, носовых платков, трусов, носков и ботинок.
Сидя в такси по дороге домой, заваленный ароматными, постмодернистскими магазинными пакетами, я был бодр и готов ко всему - но когда поднялся на третий этаж своего здания, я снова ощутил, как часто бывало на МДТ, что я зажат, мне не хватает места. Квартира моя - слишком маленькая и захламлённая, и я собирался решить и этот вопрос.
Позже вечером я написал длинную и тщательно продуманную записку Карлу Ван Луну. В записке я извинялся за своё недавнее поведение и списывал его на курс лечения, который теперь закончился. В конце я попросил его разрешения на встречу с ним, и к записке приложил папку с проделанными расчётами. Я собирался отправить посылку с курьером на следующее утро, но потом решил отнести её сам. Если столкнусь с ним в вестибюле или в лифте - замечательно, если нет - подожду, как он на неё отреагирует.
Остаток вечера и большую часть ночи я изучал 800-страничный талмуд по корпоративному финансированию, который купил пару недель назад.
Утром я поприседал, выпил соку и принял душ. Выбрал синий костюм, белую рубашку *н однотонный рубиновый галстук. Оделся перед большим зеркалом в спальне, а потом взял такси до Здания Ван Луна на Сорок Восьмой улице. Я был свеж и уверен, когда входил в вестибюль и шагал к лифтам. Люди сновали во всех направлениях, и у меня появилось стойкое ощущение, будто я пробиваюсь сквозь плотную суету гражданской войны. В ожидании лифта я смотрел на зеркальное окно, у которого я рядом с Джинни пережидал паническую атаку, и думал, что вся эта сцена была начисто лишена смысла. А когда лифт возносил меня на шестдесят второй этаж, я не чувствовал ни капельки страха или тревоги. Наоборот, я разглядывал своё отражение в стальных стенах и оценивал, как сидит костюм.
В приёмной было тихо. Какие-то ребята стояли, болтали и изредка разражались гоготом. Секретарша смотрела в монитор, чем-то увлёкшись. Подойдя к её столу, я прочистил горло и привлёк её внимание.
- Доброе утро, сэр. Чем могу помочь?
Я увидел в ней отблеск узнавания, и ещё замешательства.
- Спасибо, мне нужен мистер Ван Лун.
- Боюсь, сейчас мистера Ван Луна нет в стране. Он должен вернуться не раньше завтра. Если хотите...
- Всё в порядке, - сказал я, - я оставлю для него конверт. Это очень срочно, ему необходимо ознакомиться с бумагами, как только он появится.
- Конечно, сэр. Она улыбнулась.
Я кивнул и улыбнулся в ответ.
Едва удержавшись, чтобы не щёлкнуть каблуками, я развернулся и снова пошёл к лифтам.
Я вернулся домой и до вечера торговал, увеличив свой капитал на десять штук.
До сих пор комбинация МДТ и декстерона действовала как надо, и я скрестил пальцы. Прошла уже неделя, и никаких следов отключек. Но к визиту Геннадия я намеренно решил навести в квартире бардак. Я хотел скрыть интенсивный приём МДТ и убедить его, что употреблять больше одной таблетки раз в несколько дней опасно. Чтобы он притормозил, и у меня появилось пространство для манёвра. Однако я понятия не имел, что теперь с ним делать.
Когда он появился в дверях в пятницу с утра, я увидел, что он на спаде. Он не сказал ни слова, только вытянул руку и жестом изобразил “давай сюда”.
Я вытащил из кармана пластиковый пакет с десятью таблетками МДТ и отдал ему. Он сразу его открыл, и прежде чем я успел начать выступление про дозировку, закинул таблетку в рот.
Он закрыл глаза и несколько секунд так стоял - и я тоже стоял и молчал. Потом он открыл глаза и огляделся. Я попытался создать грязь, но получилось не очень - и в любом случае, никакого сравнения с тем, что тут творилось в прошлый раз.
- Себе ты тоже достал? - сказал он, кивая на обстановку.
- Да.
- Так ты достал больше десяти? Мне ты сказал только десять.
Блядь.
- Я взял двенадцать, - сказал я. - Удалось договориться на двенадцать. Две сверху для себя. Но они обошлись мне в штуку. Больше я себе брать не могу.
- Ладно, на следующей неделе возьмёшь двенадцать для меня.
Я хотел сказать “нет”. Хотел сказать “иди на хуй”. Броситься на него и проверить, позволит ли мне его МДТ-голодание справиться с ним и задушить его насмерть. Но я ничего не сделал. Я сказал:
- Ладно.
А вдруг не получится, и задушат меня - или, в лучшем случае, приедет полиция? Они снимут мои отпечатки пальцев и загонят их в свою систему? Мне нужен более безопасный и эффективный способ разобраться с ним. Раз и навсегда.
Геннадий снова помахал рукой и сказал:
- Семнадцать пятьсот?
Я заранее приготовил деньги, и теперь молча их ему отдал.
Он убрал их в карман. Выходя из дверей, он бросил:
- На следующей неделе двенадцать. Не забудь.
Карл Ван Лун позвонил мне в тот же день в семь вечера. Я не ждал, что он так быстро откликнется, но обрадовался - потому что так или иначе, но ситуация развивалась. Меня распирала энергия, мне нужно было дело, которое будет поглощать моё время и силы.
- Эдди.
- Карл.
- И сколько раз ты будешь выкидывать такие номера? Я счёл этот относительно мирный комментарий добрым
знаком и разразился потоком словес в свою защиту, достигшим апофеоза в мольбе дать мне ещё один шанс поработать над сделкой MCL-”Абраксас”. Заявил, что из меня так и хлещут новые идеи, и если он посмотрит расчёты, то поймёт, что я серьёзно подхожу к вопросу.
- Я уже просмотрел их. Внушает. Хэнке тут, я их ему показывал. Он хочет встретиться с тобой. - Он помедлил. - Мы хотим запустить эту штуку в полёт.
Он опять помедлил, теперь уже дольше.
- Карл?
- Эдди, скажу тебе прямо. Ты меня здорово разозлил. Не знаю, с кем - или с чем - я говорил. Чёрт его знает, что у тебя там за два полюса личности, но нельзя позволять себе такую степень неуравновешенности, если хочешь играть на нашем уровне. Когда объявят о поглощении, пойдёт волна давления, пресса будет освещать каждый шаг, - пока не испытаешь, ты не поймёшь, каково это.
- Карл, давайте встретимся и в личной беседе всё обсудим. Если вы не удовлетворитесь моими объяснениями, я уйду. И больше вы обо мне не услышите. И я подпишу бумаги о неразглашении. Пять минут.
Ван Лун молчал добрых полминуты. Я слышал его дыхание. И всё-таки он сказал:
- Я дома. Потом я буду занят, так что если хочешь прийти, приходи сейчас.
У Ван Луна я был через десять минут. Мы сидели в библиотеке, пили виски, и я разворачивал перед ним подробную историю моей полностью вымышленной болезни, от которой я якобы страдаю. Она, мол, легко лечится слабыми лекарствами, но у меня оказалась непереносимость одного из действующих веществ, которая вылилась в странное поведение. Лекарство мне сменили, я закончил курс лечения и теперь в порядке. История была не ахти, но и Ван Лун не особо прислушивался к моим словам - скорее его загипнотизировало что-то в тембре моего голоса, моё физическое присутствие, и мне показалось, что больше всего он хочет протянуть руку и прикоснуться ко мне - и получить заряд энергии. Я видел в нём усиленную версию того,, как люди реагировали на меня прежде - Пол Бакстер, Арти Мель-цер, Кевин Дойл, да и сам Ван Лун. Я был не против, но надо с такими вещами обращаться осторожно. Я не хотел таким способом влиять на людей и на ситуацию. И решил, что лучший путь обуздать этот эффект - чем-нибудь занять и себя, и окружающих. Поэтому я аккуратно перевёл разговор на сделку MCL - “Абраксас”.
- Тут всё очень тонко, - сказал Ван Лун, - и вопрос во времени. Несмотря на ряд затычек, Хэнку Этвуду хочется довести сделку до логического завершения. Теперь, когда ценовая структура готова к представлению, следующий шаг - предложить, кому достанутся руководящие должности, и какую форму примет получившаяся компания. Тогда начнутся встречи, переговоры, трепология - люди из MCL-Parnassus с людьми из “Абраксас”... И мы посередине.
Мы?
Я отхлебнул виски.
- Мы?
- Я, и если всё получится, ты. Джим Хич, один из моих старших вице-президентов, в курсе дела, моя жена всё знает - и больше никого. Со стороны участников сделки - та же картина. Хэнк привлёк пару советников, он очень осторожен. Вот почему мы хотим завершить процесс за пару недель, максимум за месяц. - Он допил виски и посмотрел на меня. - Нелегко выдерживать секретность в таких делах.
Мы поболтали ещё с полчаса, потом Ван Лун сказал, что ему пора. Мы договорились встретиться на следующее утро у него в офисе. Мы позавтракаем с Хэнком Этвудом, и серьёзно примемся за дело.
Ван Лун пожал мне руку в дверях и сказал:
- Эдди, я искренне надеюсь, что всё получится. Честно. Я кивнул.
По дороге из библиотеки к выходу я осматривался в надежде увидеть Джинни...
- Не подведи меня, Эдди, ладно? ...если она дома.
- Не подведу. Я в деле, поверь мне. Не видать.
- Конечно. Я знаю. До завтра.
Завтрак с Хэнком Этвудом прошёл как по маслу. Его впечатлило моё владение материалом по сделке, как и мои широкие познания в мире бизнеса. Я без проблем отвечал на все его вопросы, и даже умело сумел вернуть ему парочку. Ван Лун радовался, что процесс наконец пошёл, и я чувствовал, что он доволен тем, как моё выступление отражается на “Ван Лун и Партнёры”. Мы снова пошли в “Четыре Сезона”, и я сидел, разглядывал помещение, играл с соломинкой в пустом винном бокале, и пытался вспомнить, что испытывал, когда был здесь в прошлый раз. Но скоро у меня появилось странное чувство, что воспоминания, как забытый сон, обманывают меня. Даже показалось, что я раньше не бывал тут, но помню заведение по чужому рассказу или по книге. И такое положение дел меня вполне устроило, потому что я был здесь сейчас, и считалось только это.
Я наслаждался переговорами - хотя заказал себе только еду, и ничего не пил. За завтраком Хэнк Этвуд расслабился, и я увидел в нём даже проблеск потребности в моём внимании, которая так часто появлялась у людей прежде в подобных обстоятельствах. Я был доволен. Я сидел в “Четырёх Сезонах” и наслаждался опьяняющей атмосферой, время от времени размышляя - когда напоминал себе, кто эти люди - что мои переживания могут быть прототипом крайне запутанной игры в виртуальной реальности.
Этот завтрак должен был стать началом насыщенной, странной и волнительной полосы в моей жизни. В ближайшие две-три недели я погружусь в непрерывный поток встреч, завтраков, обедов, ночного трёпа с крепкими, загорелыми людьми в дорогих костюмах - все мы будем искать то, что Хэнк Этвуд называет “единством взглядов”, миг, когда две стороны договорятся об общих чертах сделки. Я буду встречаться с разными персонажами - адвокатами, финансистами, корпоративными стратегами, парой конгрессменов, сенатором - и сумею управиться со всеми. Более того, к вящей тревоге Карла Ван Луна, я стану, в некотором роде, осью всего предприятия. Когда мы наберём критическую массу для единства взглядов, те, кто работал над сделкой, подружатся, в корпоративном смысле этого слова, но социальным цементом стану я. Я смогу замазать трещины между двумя заметно различными корпоративными культурами. Вдобавок, я стану необходим самому Ван Луну. Поскольку он не может привлечь к работе над сделкой свою привычную команду, он всё больше будет полагаться на мои наблюдения, я буду для него систематизировать и обрабатывать большие объёмы информации - от инструкций Федеральной Торговой Комиссии до лабиринтов широкополостного вещания, от назначенных встреч до имён жён и детей.
В процессе я занимался и другими делами. Ходил в спортзал Ван Луна, чтобы сжигать лишнюю энергию, занимался на разных тренажёрах, рассчитывая всесторонне развиться. Следил за портфелем в “Клондайке” и даже успел навестить трейдинговый зал, о котором говорил Ван Лун. Купил мобильник, что называется, собрался, наконец. Подобрал себе новую одежду, каждый день надевал новый костюм - у меня их было штук семь. Поскольку сон перестал занимать много времени, я успевал читать газеты и собирать информацию, сидя за компьютером - поздно вечером, и до глубокой ночи...
Частью моей жизни, которую я, к сожалению, не мог игнорировать, стал Геннадий. Учитывая, как я погрузился в размывающийся континуум бодрствования и активности, я стал на регулярной основе снабжать его дюжиной таблеток каждую пятницу, и каждый раз обещал себе, что к следующей неделе что-нибудь предприму. Но как? Я не знал.
Каждый раз, как он приходил, я поражался, до чего он изменился. Его наркоманская бледность исчезла, кожа его лучилась здоровьем. Он подстригся и начал носить пиджаки - хотя по качеству они и рядом не лежали с моими. Ещё он начал приезжать на машине, на чёрном “Мерседесе”, и внизу его ждали телохранители. Он не стеснялся сам указывать на всё это, предлагал выглянуть в окно и посмотреть на свиту, ждущую его на улице.
Что ещё меня бесило в Геннадии, это что он вытряхивал одну из таблеток, когда я их ему отдавал, и сразу глотал её, как будто я барыжу кокаином, а он проверяет продукт. Потом он убирал оставшиеся таблетки в серебряную коробочку, которую носил в нагрудном кармане. Хлопал по ней и говорил: “Всегда будь готов”. Геннадий был мудаком, и я физически не мог выносить его присутствия. Но я был бессилен остановить его, потому что он явно поднимался у себя в Организации, и что мне было с ним делать?
Так что я старался выкинуть его из головы, вытерпеть его визит и сразу же переключиться. Это были насыщенные деньки.
Большую часть времени я проводил в разных кабинетах и переговорных комнатах в Здании Ван Луна на Сорок Восьмой улице, с Карлом и Хэнком Этвудом, с Джимом Хичем, или с Карлом и Джимом и Дэном Блумом, председателем “Абраксаса”, и его людьми.
Однажды поздно вечером я оказался наедине с Карлом в переговорной. Мы пили, и поскольку приближалось заключение сделки, он поднял денежный вопрос, о котором мы так и не говорили с первой нашей встречи у него дома на Парк-авеню. Он упомянул комиссионные, который мы получим за посредничество, так что я решил спросить прямо, какова будет моя доля. Не моргнув глазом, рассеянно листая папку на столе, он сказал:
- Учитывая твой вклад, Эдди, не меньше сорока. Ну, скажем, сорок пять.
Я молчал и ждал, что он скажет ещё, потому что не был уверен, что именно он имеет в виду. Но он лишь молча листал папку.
- Тысяч? - рискнул спросить я.
Он посмотрел на меня, нахмурив брови. Казалось, он смущён.
- Миллионов, Эдди. Сорок пять миллионов.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE