Глава 10

“Гальера”, большое помещение размерами шесть на пятнадцать метров, освещенное парой грязных электрических лампочек, было излюбленным местом собраний рыбаков. Здесь пили пиво, обливались потом, играли в карты, давали прозвища, рассказывали байки о морских приключениях и призраках, и все время под потолком флегматично вращались длинные лопасти вентилятора, хотя никто из присутствующих не ощущал ни малейшего дуновения.

- Сирены существуют на самом деле, брат, клянусь тебе, я своими глазами видел на Кабо-Сан-Лукас, они вылезают по ночам в полнолуние! А в бухте Бискаино плавали сразу четыре и очень жалобно причитали, прямо как жена Капи! Вот так-то, приятель! - Остальные занимались починкой сетей и не пропускали ни слова.
Все было спокойно, пока не заявился Ривера, который только что закончил конопатить и красить свой баркас.
- “Звезда моряка, укажи мне дорогу к моей любви!” - напевал он, осушая одну за другой три чекушки. - Эх-х, черти окаянные, с каждым разом все больше недоливают бутылки! - Потом подошел к столу, за которым играли в карты.
- Что скажет великий Ривера?
- Когда наконец откроют путину, терпение мое кончилось!
- Уж в этот сезон ты точно разбогатеешь, а, каброн? Казначей кооператива, ни больше, ни меньше, даже гуаяберу напялил, вылитый кандидат в президенты!
- А мне чужого не надо, но и свое не упущу!
- Все мы так говорим! - заметил Капи; когда его выбрали казначеем, он ежедневно присваивал не меньше килограмма экспортных креветок.
- Ну, ты хотя бы обменивай креветок на пиво, это не так уж страшно, тем более что и нас угощал; плохо, когда их продают для собственного обогащения, как делают многие, кого я знаю.
- Я не такой!
- Конечно, ребята, мы же верим Ривере, потому его и избрали, так ведь? К тому же до начала путины остаюсь еще полтора месяца!
Давид слушал да ломал кивал, зная, что здоровяк выискивает любую возможность затеять с ним драку, а победить его практически невозможно. Он понимал, что Риверу мучает унизительное воспоминание о том, как Давид прилюдно показал ему свой пенис, а потому посматривал на него с опаской. Вообше-то он не слишком переживал из-за того, что приобрел врага, но все же предпочитал держаться от задиры подальше. Ривера же был готов разорвать Давида на части - интеллигент чертов! - жаждал убить его и закопать...
- Ты его ненавидишь, потому что он оставил тебя с носом! - говорила ему Ребека. - Посмеялся над тобой легко и красиво.
Ребека, любимая избранница; после их свиданий Ривера всегда возвращался домой, насвистывая “Звезду моряка”! Свадьба состоится сразу после путины, и тогда эта женщина будет принадлежать лишь ему одному. Ривере уж не будет жизни без ее запаха, все его помыслы были только о ней; если Ребека куда-то исчезала, у него все валилось из рук, не клеилась ни работа, ни занятия бодибилдингом. Он вспоминал ее даже теперь, проходя мимо лотков с мидиями, вареными креветками, чиуауанским сыром, душицей, устрицами, лимонариями и консервированными сардинами. Весь день он ждал наступления вечера, чтобы найти ее на привычном месте и отдаться во власть одержимости и желания женщины. Будь ему ведомо, что его возлюбленная гуляет по ночам не с кем иным, как с его ненавистным обидчиком, он умер бы на месте.
Сегодня Ривера очень хотел как следует проучить Давида, поэтому направился прямо к нему.
- Сыграем в поддавки?
Однако Давид на этот крючок не клюнул.
- Будь здоров, не кашляй, - сказал он, вставая со стула.
- Боишься, говнюк?
- Ага, боюсь.
- Засранцев на войну не берем! - Ривера картинно напряг мускулы в соответствии с инструкциями учебника Чарльза Атласа.
- Вижу, вижу, ты здесь самый крутой мачо.
- Что, не нравится? - Давид не ответил и направился к выходу, прихватив с собой недопитое пиво. Ривера вышел вслед за ним. - Я с тобой разговариваю, сучий сын! - Но Давид ускорил шаг и спрятался в темном закоулке позади “Гальсры”. Ривера продолжал выкрикивать оскорбления в его адрес. Вдоволь наоравшись, он направился к дому Ребеки.
Давид оставался в своем укрытии, пока дюжий бугай не скрылся из виду, и только после этого поплелся к лодке. Но едва он устроился поудобнее и приготовился заснуть, как прибежала Ребека: на его беду, взошла полная луна.
- Поплыли, мой песик! Мариано занят разговорами с папой.
Они столкнули баркас на воду и отплыли подальше от берега в сторону мангровых зарослей Авандаро. Ривера, шагавший последам своей возлюбленной, успел заметить, как отчаливала лодка.
- Ах, каброн, баркас крадет! - И хотел было бежать к старику Мансо сообщить об угоне, но тут его остановила проживающая поблизости соседка:
- Ты куда торопишься?
- У дона Данило баркас угоняют!
- Ох и олух же ты, недаром говорят, любовь незряча, глаза прячет! Да они каждую ночь на лодке катаются, а чем там в море занимаются, одному богу известно!
В Риверу будто бес вселился. От ярости кровь бросилась ему в голову. На складе кооператива он схватил первый подвернувшийся под руку лодочный мотор и поспешил к своему баркасу. На некотором расстоянии от цели заглушил мотор и замер в изумлении, не в силах поверить собственным глазам: Ребека сняла с себя юбку, блузку и стала танцевать перед дураком, двигаясь со сладострастным упоением, словно жрица в священном экстазе. Давид молча разглядывал ее, по обычаю разинув рот.
- Ну, теперь все! - выдохнул Ривера, твердо решив убить его на месте, но сначала надо остановить женщину! - Ребека, что ты делаешь! - выкрикнул он, перепрыгивая к ним в баркас, и прежде, чем те успели опомниться, одним ударом кулака отшвырнул Давида.
- Прекрати немедленно, Мариано!
- Прикройся. - Ривера схватил за руку свою возлюбленную. - Одевайся, я отвезу тебя на берег! - Он стал набрасывать на нее одежду.
- Чего ты хочешь?
- Чтобы ты оделась!
- Ах ты, пендехо, сам убирайся отсюда!
- Ребека, что с тобой?
- Не желаю с тобой разговаривать!
- Ребека, пожалуйста! - Его сводил с ума этот сдобный аромат, исходящий от тела женщины.
- Как ты смеешь кричать на меня? За кого ты себя принимаешь? Убирайся!
- Но, Ребека, мы же решили пожениться?
- Убирайся и не показывайся мне на глаза! Знать тебя не хочу!
Ривера отступил, рыча от отчаяния. Он слишком хорошо знал Ребеку; если ее разозлить, да еще так сильно, то не помогут ни серенады, ни подарки, ни колдовские заклинания. Ему доводилось наблюдать, как она прогоняла ухажеров и за гораздо меньшие провинности. Теперь Ребека его к себе не подпустит, и все из-за этого зубастого придурка!
В ту ночь Давид не мог заснуть, хотя чувствовал себя смертельно уставшим. Ривера знал, что он ночует в лодке, и мог заявиться в любую минуту. А потому Давид решил покинуть свое пристанище и искать спасения за околицей деревни. Вскоре дома остались позади, а с ними и уличное освещение, и ноги его ступали по твердой поверхности шоссе в полной темноте. Впервые он по-настоящему боялся расстаться с жизнью, поэтому ему стало не по себе, когда встречная машина осветила его фарами; проскочив мимо, водитель вдруг резко затормозил, включил заднюю передачу и начал сдавать прямо на Давида. В чем дело?
“На нас напали!” - возопил внутренний голос.
Давид со страху подпрыгнул на олимпийскую высоту, и в то мгновение, когда находился в воздухе, перед его мысленным взором возник Рохелио Кастро с пистолетом в руке, поднятым кверху перед выстрелом. Упав на шоссе, он увидел, как водитель открыл дверь.
- Эй, Санди Коуфакс, как дела? Куда топаешь? - Из машины выглядывал Чоло и радостно смеялся.
“Такие друзья хуже недругов!” - проворчал голос.
- Чертов Чоло!
Сантос возвращался после несостоявшегося отчета дону Серхио Карвахалю о проделанной работе.
- Чертов Санди, а ты что делаешь в Альтате? Я-то думал, ты уже давно с Дженис!
Давид вкратце рассказал другу о своих приключениях:
- Я убегал от Сидронио, приехал сюда, нашел работу.
- Так ты живешь здесь? А где работаешь?
- Рыбу ловлю, научился даже трат забрасывать!
- Вот почему ты такой загорелый! Чего ж не уехал в Лос-Анджелес?
- Денег не хватило...
Давид с облегчением оперся о бок автомобиля и счастливо улыбался. От его внимания, однако, не ускользнуло, что, несмотря на шуточки, Чоло оставался очень серьезным. Неожиданно Сантос положил свою руку ему на плечо и крепко сжал его пальцами.
- Я должен сообщить тебе кое о чем, братишка, приготовься, потому что будет горько.
- Говори.
- Я от Нены узнал - батю твоего убили. - Сантос, обняв друга, повторил рассказ Марии Фернанды со всеми подробностями, какие запомнил. У Давида подкосились ноги, и он повалился на песок; по его почерневшим на солнце щекам потекли слезы. “Это ты виноват! - терзала его карма. - Не стал бы танцевать с Карлотой Амалией, ничего такого не случилось бы. А теперь ты должен понести наказание!”
У Давида не было ни сил, ни доводов, чтобы возразить своей бессмертной части, чьи обвинения звучали неопровержимо. Именно в эту минуту им начала овладевать жажда возмездия.
- Держись, Давид, - подбадривал его Чоло. - Знаю, как тебе тяжело, но раскисать нельзя.
- Я хочу поехать в Чакалу!
Сантос понимал, насколько это опасно для Давида, и был готов пообещать другу что угодно, лишь бы удержать его от опрометчивого шага.
- Конечно, ты должен луда ехать, мы вместе поедем! - сказал он. - Арендуем самолет, самый быстрый, и полетим!
- А еще мне надо в домик на холме, у меня там вещи.
- Были! Полиция все обшмонала.
- Мне необходимо попасть туда!
- Нельзя, дом под наблюдением!
- В стене дома спрятаны деньги, в тайнике рядом с бугенвиллеей.
- Ох, хитрец! И сколько?
- Пятьсот.
- Ладно, когда засаду снимут, заберем их.
- Я деньги очень хорошо спрятан, они мне понадобятся, чтобы доехать до Чакалы.
- Сделаем, только не будем суетиться, всему свое время. А теперь поехали!
Они сели в машину, и Чоло помчался по шоссе.
- Куда мы?
- В Кульякан.
- Заедем к тете Марии?
- Потом.
- А Нену повидаем?
- Позже, не сегодня.
- Почему?
- Потому что по дороге к их дому наставили контрольно-пропускных пунктов.
- Так куда же ты меня везешь?
- Ко мне на ранчо. Угадай, кто там сейчас!
- Чато?
- Вот черт! Почему-то мне кажется, что тебе не очень хочется встречаться с ним.
- Нет, я хочу, только мне завтра на работу, дон Данило будет ждать.
- Не беспокойся, привезу тебя рано утром, мне тоже надо возвращаться - я ведь сейчас еду из дома дона Серхио Карвахаля Кинтеро!
- А кто он?
- Мой шеф.
До места доехали в мгновение ока, помешав Чато завершить очередной сеанс двадцатичетырехчасового сна.
Он предстал перед ними заспанный, с пистолетом на изготовку. Брату обрадовался, но довольно скупо выразил свои чувства, как, впрочем, и Давид.
- Откуда он, где ты его нашел? - только и спросил Чато Сантоса.
Накануне утром он ненадолго проснулся, чтобы перекусить, и узнал от Чоло о печальной судьбе дяди Альфонсо.
- Бедняга Давид, не повезло ему! Они сели под гуанакастль пить пиво.
- А где ты живешь, Давид?
- Нигде, ночую в лодке.
- Плохо, брат. А мне вот выпала козырная карта и продолжает фартить. Я теперь работаю вместе с Карвахалем Кинтеро!
- Да ладно тебе! - перебил его Чато. - Громко сказано!
- Я правду говорю, разве не так?
- А что за работа?
- Всего понемногу.
- Ездишь с товаром на.ту сторону?
- Ага, вожу грузовые фуры, доверху набитые травкой.
- Отлично, у меня есть к тебе деловое предложение; мы располагаем двумя миллионами...
- Разве не шестью? В газетах писали, что вы содрали с них выкуп в шесть кило...
- Да, я читал, такую сумму назвал этот каброн Иригойен. Чертовым буржуям ни в чем нельзя верить! На самом деле мы его опустили на два с половиной, причем полмиллиона уже уплыло, а на оставшиеся два мы хотим закупить оружие.
- Не хило!
- Ты часто ездишь в Лас-Вегас?
- Почти каждую неделю.
- А если на обратном пути ты захватишь оружие, чтоб не ехать порожняком, как тебе такое предложение? От тебя требуется только назвать дату и время, а все остальное сделают мои партнеры: подвезут оружие к назначенному тобой месту, погрузят, ты им заплатишь и будь здоров, не кашляй! Оставишь кое-что себе на взятку таможенникам и командировочные, но львиную долю, конечно, составит заслуженное вознаграждение!
- А что, почему бы и нет, как думаешь, Давид? - Но Давид будто не слышал. Как раз в ту минуту внутренний голос говорил ему: “Ты обязан отомстить за своего отца, это вопрос чести!”
Чтобы расшевелить брата, Чато предложил построить для него дом в Альтате.
- Мне не нужен дом.
- Каброн, еще как нужен! И потом, это будет и мой дом тоже! Может, хоть в Альтате можно будет отдохнуть без помех.
- Ну, если и твой тоже, тогда ладно... - Давид с сожалением подумал о своих сбережениях - не хотелось их тратить, но для своего двоюродного брата он был готов на любую жертву. - Я умею строить деревянные дома, научился, когда работал с папой; купи мне досок, а хижину сколотить дело нехитрое!
Чато растроганно посмотрел на брата; ради таких вот ребят он покинул родительский дом и не сомневался, что поступил совершенно правильно.
- Нет, братишка, я специально денег отложил, чтобы мы построили себе кирпичный дом!
- Я тоже хочу участвовать в строительстве, - оживился Чоло. - Вхожу в долю!
- Ладно, за тобой обустройство ванной комнаты, - согласился Чато. - Нам нужен туалет с канализацией и водопроводом.
- Ах, так вам, сеньор, требуются удобства? Хорошо, деньги можете вычесть из моего гонорара! - Чоло принялся со смехом фантазировать по поводу их будущей ванной комнаты, но тут их веселье прервалось из-за непредвиденного обстоятельства.
Именно в этот момент послышался рев не меньше двух автомобильных моторов на пониженных передачах, преодолевающих ухабы на грунтовой дороге, ведущей к воротам ранчо.
- Мать твою! - прохрипел Чато, у которого мгновенно пересохло в горле.
- Вот черт! - Чоло вскочил на ноги. - Отец и брат в отъезде, мама одна сюда не приедет, сестры не умеют водить машину - значит, это чужие.
- И так ясно, умник! Это полиция! - воскликнул Чато и побежал в спальню. Там он достал свой “смит-вессон”, проверил, заряжен ли барабан, и на этом - все, решение принято: свободная родина или смерть, ублюдки! Он зашагал к выходу, но Сантос его остановил:
- Чато, спрячься в доме Чалио, может, туда не полезут!
- Пусть Давид остается с тобой!
- Нет, его тоже разыскивают, прячьтесь оба!
Хотя сторож уже знал, что Чато гостит на ранчо, он все же сильно обеспокоился, завидев его с оружием в руке и зверским выражением на лице.
- Нас прислал Сантос!
- Понятно, полезайте под кровати! - предложил Чалио.
- Нет, вы двое полезайте! Если сюда явятся, все равно найдут, так что я лучше буду наготове, присмотрю за ними! - Он занял наблюдательную позицию у маленького окошка. Давид смотрел на него с испугом, он мог только догадываться о том, на какую жестокость способен Чато.
“Наберись мужества, если оно у тебя есть! - отчитана его карма. - Ты должен быть достойным своего брата!”
Между тем Мохардин на всякий случай нацепил ко- . буру с “таурусом”. Он знал, что все дальнейшее будет происходить очень быстро. Едва Чоло вышел на передний двор, как прямо перед ним веером остановились два джипа и роскошный седан. Несколько мгновений прибывших не было видно из-за полумрака и поднятой колесами пыли. Когда она осела, из одного джипа выскочили два охранника. Второй был набит людьми в форме военнослужащих генеральной прокуратуры, вооруженными “АК” сорок седьмыми; все они остались на своих местах. Первым, кто вышел из лимузина, был Закариас.
- Уф-ф! - перевел дух Чоло.
Вторым появился адвокат Угарте со словами:
- О тебе уже поговаривают, Сантос. - Он указал на “гранд-маркиз”.
Последним вылез дон Серхио Карвахаль Кинтеро, который пребывал в недобром расположении духа.
- Ты заставляешь себя ждать! - начал он.
- Простите, сеньор, я был вынужден заняться решением одного дела, могу все объяснить!
- Будешь объяснять кому-нибудь другому! Послушай, Сантос, у меня мало времени, через пятнадцать минут мне надо быть в аэропорту, а ехать до него еще тридцать километров, так что перейдем прямо к сути: я знаю, что Грасьела сказала тебе все; дело обстоит не совсем так, как она изложила, но в общем похоже. Для меня на первом месте стоят интересы семьи, а ты, как я уже говорил, молод, постигаешь науку, имеешь жизненные цели, мне понравился стиль твоей работы во время поездки в Лас-Вегас, так вот: это соглашение, я полагаю, устраивает тебя даже больше, чем мою внучку. - Дон Серхио жестом подозвал адвоката Угарте, тот открыл чемоданчик и показал Сантосу содержимое: один миллион долларов, документы на передачу в его собственность ресторана в Лос-Анджелесе, дома в Кульякане, другого в Чулавистси третьего в Альтате.
- Это тот, где я был?
- Тот самый. Кроме того, я оставляю тебе бизнес в Лас-Вегасе и Финиксе.
“Ни хрена себе, - подумал Чоло, - прямо как в кино!”
- А Грасьела?
- Она в аэропорту, проходит регистрацию. Так что скажешь? Решай сейчас, ждать не буду.
- Скажу, что я стану богатым.
- Тогда решено, встретимся, когда вернусь. И не вздумай снова прятаться от меня!
- Да, сеньор.
- Ну-ка, Закариас, скажи охране, чтобы ехали вперед, освобождали дорогу.
Все три автомобиля умчались прочь. Когда осело облако пыли, к Чоло подошли Давид и Чато; наблюдая с расстояния, они так и не поняли, что происходит. Сантос невесело улыбался, круги у него под глазами стали еще темнее.
- Угадайте, какая судьба постигла меня только что! - И в двух словах поведал о случившемся.
- Как ты мог так дешево купиться? - воскликнул Чато. - Это же ловушка, наверняка им нужен козел отпущения, и они решили подставить тебя!
- Спокойно, не забывай, это вас разыскивает полиция! Кроме того, если включаться в игру, так не с пустыми руками.
- Если включаться в игру, то надо хотя бы изучить ее правила.
- Изучим! А пока готовьте себе телок, поскольку на рассвете мы уезжаем в Альтату; завтра приедет отец, и встречаться вам с ним не надо.
Давида эта идея слегка покоробила. “Тебе нельзя возвращаться в Альтату, - внушала ему карма. - Убийцы твоего отца находятся в сьерре!”
- Я с вами не поеду! - заявил он. - Мне надо в Чакалу! “Вот так, правильно”, - одобрила карма.
- Не советую тебе так поступать, - сказал Чато. - Брат, твоя миссия в жизни гораздо более важная, для тебя наступил переломный момент, ты вступил в схватку с “драконами”, а потому пора тебе взяться за оружие - родина или смерть, Давид!
- Мне до этого нет дела, я должен отомстить за отца!
- Послушай, Санди, - вмешался Чоло, - тебя разыскивает полиция. Сейчас не самое лучшее время для возвращения домой, это очевидно. Я уже пообещал, что через несколько дней сам отвезу тебя, однако завтра мы поедем на побережье, сейчас там безопаснее всего, а кроме того, не отказываться же от предложения дона Серхио! Придется подписать его документы. Опять же, каким образом ты надеешься справиться с Сидронио? Стрелять умеешь?
- Нет.
- Знаешь хотя бы, как снять пистолет с предохранителя?
- Нет, не знаю, но мне этого и не надо: чтобы его прикончить, достаточно пары камней.
- А если он не один?
- Убью всех по очереди!
- Ну нет, друг мой Санди, об этом и думать забудь!
- Ни за что, ты обещал мне!
В течение нескольких часов друзья пытались отговорить Давида; затем, устав от споров, Чоло пошел спать в свою комнату, а Чато уснул в кресле-качалке - очень уж напряженным выдался день. Давид остался в одиночестве. Он посмотрел на свое пиво, еще не успевшее нагреться, и едва заметно покачал головой.
- Сидронио нарушил соглашение, - и снова покачал головой. - Папа наверняка уже на небесах. - Веки Давида опустились. Рай представился ему в виде сьерры, где отца окружали олени и другие животные. Потом, по мере погружения в сон, перед ним возникло платье Дженис Джоплин, из-под которого - что за черт? - вместо женской ножки высунулось раздвоенное копыто.