A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Only variable references should be returned by reference

Filename: core/Common.php

Line Number: 239

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: core/Common.php

Line Number: 409

Крысиный король — Часть третья Уроки ритма и истории - Глава 9 скачать, читать, книги, бесплатно, fb2, epub, mobi, doc, pdf, txt — READFREE
READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Крысиный король

Часть третья Уроки ритма и истории - Глава 9

Почти сразу после ухода Фабиана пришел Пит. Его рвение было подозрительным. В другой раз Наташа рассердилась бы, но тут она на время будто забыла о Соле.

Они с Фабианом допоздна засиделись на ее маленькой кухне. Обычно Фабиан упрекал Наташу за минимализм в отделке квартиры и жаловался, что ему неуютно, но той ночью их мысли были заняты совсем другим. Сквозь закрытую дверь проникали глухие удары драм-энд-бейса.

Наутро Наташа поднялась в восемь, жалея, что поделилась с Фабианом сигаретами. Он услышал, как она возится на кухне, и вылез из спального мешка, который она бросила ему на пол. О Соле больше не говорили. Оба выглядели вялыми, утомленными. Фабиан быстро ушел.

Наташа побрела обратно из кухни, на ходу стягивая пижаму, натянула бесформенный свитер. Включила стереосистему, опустила иглу на пластинку. Это был лучший из прошлогодних сборников — вышедший несколько месяцев назад, а значит, уже замшелая классика, по меркам стремительно меняющегося драм-энд-бейса.

Она провела руками по волосам, пригладив спутавшиеся пряди.

В дверь позвонили. Она догадалась, что это Пит.

Наташа устала, но все же позволила ему войти. Пока Пит пил кофе, она рассматривала его, упершись локтями о стол. Очень бледная кожа, до неприятного тонкие руки и ноги. Не стиляга, отнюдь. А миру джангла был не чужд снобизм. Она еле заметно улыбнулась, представляя себе реакцию хопперов и хард-степперов из клуба «Самоволка» при виде этого бледного привидения с флейтой под мышкой.

— Что ты знаешь о драм-энд-бейсе? — спросила она.

Он покачал головой:

— На самом деле не так много…

— Вот что. Вчера ты круто играл, но это странная идея — играть джангл на флейтах и прочей фигне. Если сыграемся, придется как следует обработать.

Он кивнул с такой серьезностью, что смешно было смотреть. Наташе уже почти хотелось, чтобы он повторил свой потрясающий вчерашний концерт, хотелось, чтобы он так же внезапно понимающе улыбнулся. Но вместо этого увидела на его лице такое подобострастие, такое отчаянное желание угодить, что ее едва не стошнило. Если сегодня ничего не выйдет, решила она, с нее хватит.

Наташа вздохнула.

— Я ничего не буду с тобой записывать, пока ты не начнешь хоть немного разбираться в этой музыке. Только потому, что сингл этих долбанных General Levy попал в десятку, разные дрочилы из колледжей тут же бросились наперебой писать о джангле, и теперь любой бэк-бит называют джанглом. Даже этих Everything, блядь, Butthe Girl! — Она сложила руки на груди. — Everything Butthe Girl — это не джангл, понял?

Он кивнул. Ясно, что он никогда не слышал об Everything Butthe Girl.

Девушка закрыла глаза и улыбнулась.

— Ну, слушай. Джангл есть разный. Есть интеллиджент-джангл, есть хард-степ, тех-степ, джаз-джангл… Мне нравятся все. Но я, например, не делаю хард-степ. У всех свои пределы. Если тебе нужен хард-степ, иди к Эду Рангу, Скайскреперу или еще к кому-нибудь, о’кей? Я миксую скорее как Букем, как ди-джей Рэп, мне это ближе по стилю, и все такое.

Наташа была несказанно довольна своей лекцией, глядя, как он растерялся. Он понятия не имел, о чем она говорила.

— Диджеи стали брать музыкантов, у Голди живые ударные, и все такое. Кому-то это не нравится, говорят, что джангл должен быть или электронным, или вообще никаким. Я не упираюсь в это, но и не собираюсь тут же вытаскивать тебя на сцену. Что мне интересно, так это, может быть, поиграть с тобой немного, максимум — сделать несколько сэмплов с твоей флейты. Закольцевать ее, записать, и все такое.

Пит кивнул. Сгорбившись над чехлом, он собирал флейту.

Сол проснулся в тронном зале городских подземелий. Сжавшись от холода, он сидел у подножия трона, на котором неподвижно застыла фигура Крысиного короля. Едва Сол открыл глаза, король поднялся. Он ждал, когда тот проснется.

Они поели, выбрались из зала по кирпичной лестнице, примыкавшей к трону с обратной стороны, и, пройдя через другую потайную дверь, внезапно очутились в главном коллекторе канализации. Сол шел вслед за Крысиным королем по тоннелям, но на этот раз обращал внимание на то, где они находятся, запоминал маршрут и мысленно рисовал себе карту.

Вокруг было полно воды, в городе наверху накрапывал дождь, и вода лилась сюда по стокам. Она текла в кирпичном русле — и вдруг заблестела масляной пленкой. Стену здесь покрывал белый полупрозрачный налет жира.

— Рестораны, — прошипел Крысиный король, поскользнувшись, и Сол стал ступать осторожнее, стараясь не упасть в липкую гадость. Он почувствовал ее запах, это была вонь старой поджарки и прогорклого масла. Ему захотелось есть. Не останавливаясь, он провел пальцем по стене, облизал клейкую массу, которую удалось соскрести, и рассмеялся, все еще удивляясь и радуясь тому, что с такой легкостью может питаться отбросами.

Сол слышал, как с их пути в панике разбегаются местные обитатели. Подземелье кишело крысами — заслышав их приближение, те бросали объедать стены, обильно покрытые детритом, и кидались врассыпную. Крысиный король разгонял их громким шипением.

Вдвоем они вышли в город, вынырнув из-под земли на задворках Пиккадилли, возле огромной вонючей кучи пищевых отходов, гастрономических отбросов из здания лондонской полиции.

Они поели. Сол торопливо глотал развалившиеся куски холодной рыбы в каком-то соусе, а король жадно поедал раздавленное тирамису с кукурузной лепешкой.

Потом они пошли вверх по металлической лестнице в щербатой кирпичной стене. Встав на первую ступеньку, Сол сразу понял, зачем она здесь, и разглядел сквозь унылую реальность скрытые возможности. Изнанка архитектуры предлагала свои услуги. Он следовал за королем без колебаний, бежал по плоскости шифера не заметный людскому глазу.

Они почти не разговаривали. Время от времени король останавливался и глядел на Сола, наблюдая, как тот двигается, одобрительно кивал или показывал новый прием — как лучше взобраться на крышу, спрятаться или прыгнуть. Ловкие, невидимые, они скользили между банков и издательств.

По пути Крысиный король тихим шепотом давал пояснения. Он кивком показывал на дома, мимо которых они проходили, и рассказывал Солу о мрачных событиях, поведанных ему исцарапанными стенами, неровными рядами труб, где обитали разбегавшиеся при их приближении коты.

Они петляли по центральному Лондону, карабкаясь вверх и спускаясь вниз, пробираясь по задворкам и между домами, пробегая над офисами и проползая под улицами. Теперь Сол жил в волшебном мире. Теперь уже не имело значения, осознает он происходящее вокруг или нет.

Фальшивый мир дешевых фокусов остался в миллионах миль позади. В его жизни появилась иная магия, сила, проникшая сквозь стены его камеры и заявившая на него свои права, первобытная, темная колдовская сила, воняющая мочой. Урбанистическое вуду, где жертвоприношения свершаются на дорогах, забирая жизни погибших под колесами котов и людей, «И-Цзин» разбитых и обокраденных зеленных лавок, каббала дорожных знаков. Сол чувствовал, что Крысиный король наблюдает за ним. Голова кружилась от переполнявшей его грубой вековечной энергии.

Они поели. Миновали Кингс-Кросс и Айлингтон и двигались дальше на север; дневной свет уже угасал, начинало смеркаться. Пройдя Хэмпстед, Сол еще не устал, время от времени с жадностью поглощая все, что попадалось в мусорных баках. Ненадолго они вынырнули из путаницы улиц и двигались по краю Хэмпстед-Хит. Они шли прочь от центра через небольшие парки, не обращая внимания на улицы, по которым обратно в Сити, в мир денег, катились автобусы.

Сол и Крысиный король стояли на задворках кафе на углу Хай-Холборн и Кингсуэй. Далеко на востоке виднелся лес небоскребов — царство больших денег. Над ним возвышалось неуклюжее строение, финансовый Горменгаст,[2] громадина из бетона и стали, которая расползлась, как древесный гриб, и торчала над всем районом. И нельзя было определить, где она начинается и где заканчивается.

Далеко от них на Лэдброук-Гроув Пит в этот момент смотрел через плечо Наташи. Она показывала, как на маленьком сером экране над ее клавиатурой отображаются каскады ритмов, рвущихся из динамиков. Наташа играла со звуком, забавлялась с мелодической линией. Бесцветные глаза Пита перебегали от экрана к динамику и к флейте.

Фабиан выскочил из полицейского участка в Уилсдене, ругаясь на чем свет стоит, не веря услышанному. Сначала на местном сленге, потом по-американски, а потом уже как попало:

— Выродки, вашу мать, говноеды, бля, бледнорылые свиньи, жопы куриные, совсем охренели!

Пытаясь застегнуть куртку, он помчался к станции метро. Полицейские приехали за ним без предупреждения и не позволили взять велосипед.

В бешенстве он бормотал себе под нос ругательства. Бегом одолев подъем к станции, Фабиан ринулся к подземке.

Кей стоял под Наташиным окном, размышляя, что она сделала со своей музыкой и откуда появились звуки флейты.

— По-моему, он ничего не знает, сэр, — сказал Херрин.

Краули рассеянно кивнул. Он не слушал. «Где же ты, Сол?» — думал он.

«Кто такой Крысолов? — думал Сол. — Кто хочет меня убить?»

Крысиный король, заслышав это имя, тут же уходил в себя. У нас с тобой еще есть время, говорил он, не хочу тебя пугать.

Крысиный король и Сол смотрели, как над Темзой краснеет солнце. Сол с удивлением понял, что без страха лезет по широким балкам моста Чаринг-Кросс, глядя на реку с высоты. Он крепко вцепился в железо. Внизу, как светящиеся червяки, ползали поезда.

Они перебрались в Южный Лондон и, никем не замеченные, двинулись через Брикстон дальше на запад, в Уимблдон.

По дороге Крысиный король рассказывал истории о местах, по которым они проходили. Истории все как одна были странными, романтическими, порой невероятными. Король же сообщал их будничным голосом гида.

Экскурсия неожиданно подошла к концу, когда они повернули обратно к Баттерси. Сол почувствовал приятное возбуждение. В висках стучало от усталости и от сознания своей власти. «Это мой город», — подумал он. От этой мысли Сол словно опьянел, чувствуя свою силу.

На пустынной автостоянке они подошли к канализационному люку, и король отошел в сторону. Сол смахнул с металлического круга пыль. Походил вокруг, взялся за железку. Он ощущал в себе силу. За день сплошных тренировок мышцы окрепли, и он провел по ним рукой; со стороны могло показаться, будто он себя нежно оглаживает, хотя на самом деле Сол попросту проверял, не мерещится ли ему. Он повернул круг и почувствовал, как от пота раскрываются поры, как их тут же залепляет грязь, не давая силе уйти.

Раздался скрежет, крышка сдвинулась с места.

Сол торжествующе рявкнул и нырнул в темноту.

Из Наташиного окна доносилась музыка Hydro. Фабиан ее узнал. Добираясь до Лэдброук-Гроув, он успел немного прийти в себя. Небо пульсировало в ритме музыки.

Он заколотил в дверь. Наташа открыла и шагнула было к нему, но ее усмешка тут же погасла под его угрюмым взглядом.

— Таш, бля, ты не поверишь. Тут вообще хуй проссышь.

Она отступила, впуская его в дом. Поднимаясь по лестнице, он услышал лаконичную речь Кея.

— … оттопыриться там пару раз в месяц, знаешь, всякие там Голди и прочий кал тоже иногда заявляются… Здоров, Фабиан, че как?

Кей, сидя на краю кровати, быстро взглянул на Фабиана. Пит застыл на принесенном из кухни стуле, как изваяние.

На добродушном лице Кея царила безмятежность. Он не понял, в каком настроении Фабиан, и встретил его все той же рассеянной, открытой улыбкой. Пит определенно почувствовал себя здесь теперь совсем лишним, однако остался сидеть и не мигая смотрел на Фабиана, пока не вошла Наташа.

— Черт, эти гребаные свиньи промурыжили меня весь день. Затрахали на хрен: «Что вы можете рассказать о Соле?» Достали ублюдки, заколебался повторять: я ничего не знаю, дерьмо вы собачье.

Наташа села на матрас, скрестив ноги.

— Они до сих пор думают, что это он своего отца?..

Фабиан неестественно рассмеялся.

— Да нет, слышь, Таш, нет, нет, нет, не думают, это все фигня, это их меньше всего теперь колышет. — Он цыкнул зубом, вытащил из сумки смятую газету и помахал перед их физиономиями. Газета смялась, краска размазалась. — Тут не много, — сказал он, все неотрывно смотрели на газетный листок. — Так, одни факты. Ща введу вас в курс дела. Сол ушел. Он сбежал.

Фабиан рассмеялся неприятным смешком, глядя на ошеломленные лица Наташи и Кея. Он опередил их вопросы.

— Это не все, чуваки, есть еще кое-что. В квартире отца Сола замочили двоих фараонов, просто в лепешку раскатали. И похоже… они считают, это сделал Сол. Они уже затрахались его искать. К вам тоже придут, скоро ваша очередь. С этими, бля, вопросами.

Все молчали.

В комнате звучали только ритмы Hydro.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE