A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Only variable references should be returned by reference

Filename: core/Common.php

Line Number: 239

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: core/Common.php

Line Number: 409

Дневник налетчика — 19 - Бесценная паранойа скачать, читать, книги, бесплатно, fb2, epub, mobi, doc, pdf, txt — READFREE
READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Дневник налетчика

19 - Бесценная паранойа

Есть одна фраза, которая навечно застряла у меня в мозгу. “Если ты параноик, это еще не значит, что за тобой не охотятся”. Правильно, черт подери! Я всегда был параноиком, сколько себя помню, а может, даже и до того. Гевин постоянно насмехался надо мной, рассказывая всем, что, когда меня рожали, я сперва высунул голову, желая убедиться, не опасно ли вылезать. Все покатывались со смеху, но разве не я – единственный из них! – ем кашку по эту сторону решетки?

Так уж я устроен, и последние события совсем не помогли мне расслабиться. Двойной удар в деле с ограблением грузовика Джона Брода, провал Сида, обвинения в насилии и враждебность Хизер превратили меня в неврастеника. Особенно трудно было смириться с холодностью Хизер. Я пытался звонить ей, однако не мог пробиться через автоответчик. Она явно была дома и слушала меня, но что бы я ни говорил, мне не удавалось заставить ее снять трубку. Когда я превратился из света в окошке во тьме одиночества в нежелательный элемент? Меня это страшно огорчало, не в последнюю очередь потому, что роман у нас был тайный, и я даже поговорить ни с кем не мог. Обычно в подобной ситуации тебе каждый знакомый приведет кучу разных объяснений, почему ты такой дурак и недотепа. Увы! У меня была только куча вопросов без ответов да записанные на автоответчик сообщения.
Бывали дни, когда мне казалось, будто против меня ополчился весь мир. И не только земной шар, но и звезды тоже. Если Хизер, единственный человек в мире, которому я доверял, могла так легко от меня отвернуться, тогда... Не знаю, ей богу! Я перестал думать, поскольку совершенно запутался. Странно звучит, но я перестал думать почти совсем. Раньше я постоянно размышлял и прокручивал в мозгу разные варианты, но в последнее время мне не нравились выводы, к которым я приходил, и я бросил это дело. Я словно одеревенел. Нет, я все замечал и воспринимал – просто не ломал больше голову в поисках объяснений. Сосредоточился исключительно на “что, как, кто, когда и где”, а “почему” оставил на потом.
Именно такое умонастроение должно было спасти мне жизнь. А также рыба и чипсы.
Я с детства люблю рыбу и чипсы. Мы всегда ели их по праздникам или когда мой папаша получал зарплату, поэтому, уже став взрослым, я частенько пытался взбодриться в трудную минуту рыбой и чипсами. В последнее время, поскольку я то и дело попадал в передряги, а Дебби по вечерам вечно была в самовольной отлучке, я ел их так часто, что мне даже не приходилось делать заказ – девушка за стойкой, едва увидев меня выходящим из машины, заворачивала треску с картошкой и ждала, когда я открою дверь. Очень мило и приятно, в духе маленьких городков, но если тебе вдруг приспичило заказать ради разнообразия что нибудь другое, это начинает раздражать. В конце концов я поставил машину на автостоянке, за магазином, а потом уже пошел покупать рыбу с картошкой. И именно в тот день мне испортили ужин. К счастью, благодаря паранойе я держал ушки на макушке уже несколько недель подряд.
Была среда, теплый вечер, половина седьмого. Я вышел из двери с треской и чипсами под мышкой. Впервые в жизни я припарковался позади магазина, поэтому в силу привычки начал высматривать свою машину перед парадным входом. Из за внезапного шока от ее отсутствия у меня в голове зазвенели колокольчики, хотя уже через секунду я осознал свою ошибку. Тем не менее этой секунды хватило, чтобы в крови у меня произошел выброс адреналина, а все органы чувств насторожились до предела. Я нутром почуял что то неладное.
По улице слонялись человек пять – обычные зеваки, которые таращатся в витрины или бредут в пабы. Однако один из них привлек мое внимание. Не могу в точности сказать, что меня насторожило – то ли поза, то ли глаза, а может, деланная беспечность, но что то в нем было не так, причем очень даже не так. Это трудно объяснить, особенно фраерам, но когда ты в игре долгое время, тебе иногда удается различить волка в овечьей шкуре. Конечно, у меня и раньше появлялось такое чувство, зачастую совершенно на пустом месте, но лучше уж шарахаться от тени, чем попасть в западню.
Увидев, что я зашагал по улице, волчара посмотрел на меня, вежливо улыбнулся и быстрым движением левой руки вытащил удостоверение.
– Извините, сэр! Полиция. Могу я задать вам пару вопросов?
Ты можешь даже забрать мои рыбу и чипсы, если хочешь, подумал я про себя. Не успел он сделать еще шаг, как я швырнул свой ужин прямо ему в рожу и побежал в другую сторону. В свете последних событий я не собирался общаться с копами даже в течение секунды. На мне за последние месяцы висело достаточно дерьма, за которое грозила пожизненная отсидка, и если легавые вышли на мой след, ничего хорошего ожидать не приходилось. Мои размышления были прерваны первыми пулями, просвистевшими мимо и разбившими окно булочной.
Что ж, выходит, не зря я сидел последнее время и пялился в потолок. Это дало свои плоды. Будь я в тот миг человеком думающим, я мог бы замешкаться и задуматься о том, почему полицейский офицер в штатском стреляет в убегающего подозреваемого, и попытаться понять, а не поможет ли моему адвокату столь вопиющее нарушение законопорядка освободить меня под залог. Но поскольку действовал я чисто инстинктивно, то просто усек, что в меня стреляют, а это опасно. Мои мозги не стали размышлять над тем, почему стреляют, кто стреляет и законно ли это, – они просто велели мне рухнуть на асфальт и открыть ответный огонь. Ужин может подождать. Именно так я и сделал.
Я нырнул между двумя стоящими машинами, и в тот же миг быстрая очередь прошила тротуар и бордюр там, где я только что стоял. Протиснувшись на животе вперед, я наконец вытащил свой автоматический пистолет и сделал пару предупредительных выстрелов в сторону волчары.
Ответ его был незамедлительным и гораздо более серьезным, поскольку машины вокруг меня начали разваливаться на части под огнем автоматной очереди. Какой же я дурак! Я просто хочу, чтоб вы поняли, в какой отключке находились мои мозги, поскольку мне все еще казалось, будто я сражаюсь с копом. И лишь через полсекунды до меня дошло, что автомат у него снабжен глушителем, а потом я потерял еще целых полторы секунды, просто сидя и слушая выстрелы, вместо того чтобы ползти, спасая собственную шкуру. Я стрельнул раз шесть по ветровым стеклам машин в том направлении, где скрывался волчара, но поскольку голову я старался держать как можно ниже, то прицелиться нечего было и думать.
Терпеть не могу, когда в меня стреляют.
Со мной такое случалось несколько раз и всегда совсем не так, как по телику. Если ты Брюс Уиллис или Рэмбо, значение имеют только те пули, которые в тебя попадают (причем почему то непременно в плечо. Похоже, продюсеры в Голливуде уверены, что рана в плечевом суставе совсем не болит). Однако в реальной жизни ты слышишь, а иногда даже чувствуешь пули, свистящие вокруг, и это напрочь сбивает тебя с толку. В принципе специальные отряды полиции всегда используют подобный трюк – они палят как сумасшедшие над головой мишени, чтобы лишить человека всякой способности соображать и вывести из равновесия. Правда правда, я сам видел документальный фильм. Лично я никогда не мог понять, почему бы им не выстрелить прямо бедняге в лицо – и все дела? Однако в данный момент мне эти мысли мало помогали.
Я стрельнул еще четыре раза, после чего израсходовал два патрона зазря, разбив вдребезги витрину магазина с чипсами, и только тогда пришел к выводу, что мой единственный выход – бежать отсюда подобру поздорову. Автоматная очередь изрешетила еще одну тачку рядом со мной, и звуки пальбы в сочетании с пронзительным воем сигнального устройства совершенно оглушили меня.
– Боже правый! – вскрикнул я невольно, когда из за длинного ряда машин появилась фигура, выпустившая дюжину пуль у меня над головой.
Пальнув в ответ, я вскочил на ноги и метнулся в проулок за магазином. Я даже не оглянулся, когда стена сбоку начала взрываться фонтанчиками битого кирпича. Сунув пистолет под левую руку, я не глядя выстрелил пять раз в направлении обратном тому, в котором бежал.
Боль.
Ослепительная, нестерпимая боль пронзила мне спину с левой стороны. Я чуть было не перекувыркнулся, но как то сумел сделать еще два шага и рухнул в переулке – хоть и ненадежном, но все таки убежище. Умом я понимал, что нужно встать и бежать еще быстрее, но спина болела просто безумно. В общем то это был хороший признак – относительно, конечно. Если вам попали в спину и вы не чувствуете боли, дело дрянь. А так пуля просто пронзила мне мышцы, хотя кровища хлестала вовсю. Перевернувшись на другой бок, я выстрелил в сторону улицы снова, хотя у меня оставалось всего четыре пули, – просто чтобы показать киллеру, что у меня остался еще порох в пороховницах... Потом заставил себя подняться и помчался что было сил к короткому темному проулку. Меня несказанно удивило то, что я благополучно добежал до конца и свернул за угол. Я даже подумал, что, возможно, задел своего преследователя одной из выпущенных вслепую пуль. Однако приступ оптимизма длился недолго. Услышав, как что то катится по мостовой, я понял, что он все еще жаждет моей крови. Я глянул под ноги – и остолбенел на секунду.
Не каждый день вам доводится видеть настоящую гранату, да?
– Мать твою! – взвыл я, бросившись на асфальт подальше от железного ананаса.
Ба бах! Грохот, треск, вой автомобильных сирен... У меня зазвенело в ушах. Я и не думал, что эти штуковины взрываются так громко. И снова боль, но на сей раз не от гранаты, а от падения. Когда я поднял голову и проморгался, то увидел, что оставил на асфальте два передних зуба и аккуратную лужицу крови. Но думать об этом было некогда, поскольку в тот же миг в нескольких футах от первой гранаты приземлилась вторая. Забавно, правда, что полное отсутствие профессионализма может иногда стать вашим спасением? Увидав вторую гранату, я сделал самую большую глупость на свете. Я встал и побежал. Любой уважающий себя военный инструктор скажет вам: если граната взрывается, не причинив вам вреда, при виде второй оставайтесь на месте, поскольку есть шанс, что вы нашли безопасную позицию. Если вы вскочите и побежите, то станете для метальщика прекрасной мишенью, поскольку обогнать шрапнель способны очень немногие. Конечно, я сделал глупость. Однако в армии не учат, что некоторые хитроумные гады могут надуть вас, швырнув учебную гранату, так что, пока вы будете лежать, уткнувшись носом в асфальт и ожидая взрыва, эта сволочь подойдет и прикончит вас.
К сожалению, не могу описать вам разочарование моего волчары, когда он понял, что я слишком глуп, чтобы поддаться на его умные уловки. В тот момент я был слишком занят, протискиваясь между контейнерами с мусором. Но то, что произошло дальше, буквально спасло мне жизнь. Видите ли, я не знал, что за мусорниками кто то уже прячется. Когда началась пальба, все прохожие разбежались врассыпную, стараясь найти убежище. Тот бедолага, очевидно, считал себя умнее всех: он, как и я, рванул по переулку и нашел укромный уголок, где можно было пересидеть грозу в безопасности. Представляю, как он изумился, не в силах поверить своим ушам, когда звуки стрельбы стали все громче и громче, а потом настигли его прямо в убежище.
Волчара, должно быть, услышал, как я шебуршусь, поскольку выпустил в нашу сторону целую очередь, за пару секунд превратив солидный стальной контейнер в швейцарский сыр. Я не стал утруждаться ответными выстрелами. У меня осталось только три патрона, и чтобы сохранить хоть какую то надежду выжить, я должен был стрелять наверняка. Человек, прятавшийся за мусорниками, дал мне такую возможность. Когда киллер утих, перезаряжая автомат, этот идиот решил прорваться – и если у него в жизни была хоть капелька везения, то он оставил ее мне. Волчара отреагировал мгновенно. Сунув в автомат очередной магазин, он развернулся и начал обильно поливать огнем бегущую мишень. В сумерках, сгустившихся на автостоянке, и в пылу битвы он, очевидно, принял несчастного за меня. Но это не главное. Главное то, что теперь я видел цель – и не преминул воспользоваться своим преимуществом. Первая пуля попала ему в левую руку и развернула ко мне лицом. Второй раз я спустил курок слишком быстро и промазал. Мне ничего не оставалось, как сделать последнюю попытку.
Я прицелился киллеру в грудь, но в последний миг чуть приподнял ствол и смачно прострелил ему правое плечо. Он вздрогнул и рухнул на землю. Я рванул вперед, не давая ему опомниться – хотя что он мог сделать? Обе руки у него благополучно висели плетьми, а шок лишил последних сил к сопротивлению.
Подняв автомат, я глянул кругом в поисках свидетелей. Улица была пуста, но, естественно, ненадолго. Я быстренько обшарил его карманы и нашел целый арсенал: пистолеты, ножи, патроны. Мне даже польстило, что он так снарядился, собираясь выпустить мне кишки. Кроме того, я обнаружил мобильник, связку ключей и бумажник, в котором была только фотография женщины – и никаких денег или документов. Я сунул в карман два магазина для автомата и бумажник, после чего посмотрел на своего киллера.
– Прошу вас! – прохрипел волчара. – Мое портмоне!
Я вытащил бумажник из кармана и вынул фото графию.
– Тебе нужна она? – спросил я.
Он с трудом кивнул. Я сунул снимок ему в верхний карман и прицелился в лицо.
– Кто меня заказал? Джон Брод?
Волк почему то улыбнулся и покачал головой.
– Я уже покойник, – сказал он.
– Это верно. Но как ты покинешь этот мир – быстро и легко или же медленно и мучительно, зависит от тебя. Попробуем еще раз. Кто меня заказал?
Больше всего я боялся услышать имя своего брата, что было более чем возможно, если Гевин узнал обо мне и Хизер. Однако киллер просипел совсем другое:
– Твоя жена.
– Моя жена? Дебби? – воскликнул я, не веря собственным ушам, и тут услышал еще более невероятную вещь.
– И толстяк.
– Толстяк?
Я вспомнил всех знакомых толстяков, и лишь потом перед глазами у меня всплыл образ Алана, оседлавшего мою жену на столе.
– Не верю! – выдавил я. Снова глянув на волчару, который уставился в никуда, я потряс его и вернул на землю. – Ты уверен, что это моя жена?
– Твоя жена, – прошептал он и добавил угасающим голосом: – Аделаида...
– Мою жену зовут иначе! – сказал я, уверенный, что произошла какая то ошибка.
Он посмотрел на меня и покачал головой, словно не мог поверить, что я сумел его обставить.
– Не твою! – прохрипел он, и будь у него силы обозвать меня слабоумным маразматиком, я не сомневаюсь, он бы так и сделал. – Мою...
– А а! – протянул я и вырубил его навеки. Нужно было смываться – и как можно скорее. Я уже слышал вдалеке вой сирен и понимал, что секунд через сорок пять окажусь в теплой компании. Заводить машину не было смысла. Пока я достану ключи и тронусь с места, полиция будет здесь. Поэтому я решил бежать не вперед, а назад. За автостоянкой маячили коттеджи, а единственное препятствие в виде шестифутового забора я преодолел без труда. Через окна меня буравили тысячи глаз, но стоило мне выпустить очередь поверх труб, как глазеющих зевак словно ветром сдуло. Я побежал на улицу – и тут мне сразу напомнили о давешнем фейерверке. Все обыватели с женами высыпали из домов, слоняясь по округе и спрашивая друг друга, что это за шум. Бог ты мой! Неужели никто больше не сидит дома, заслышав пальбу? Стоило мне выбежать на улицу, как все они словно по команде уставились на меня.
– Глянь, у него пушка! – загалдели они, тыча друг в друга. – Я же говорил: стреляли!
Такого простого дела у десятичасовых новостей, наверное, в жизни не бывало. И у полиции тоже.
Я был у них как на ладони. “Может, Дебби и не удалось со мной покончить, – помнится, подумал я, пробегая мимо рядов взволнованных зевак, весь в крови и с автоматом в руках, – но с моей жизнью в этом городке она покончила точно!”


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE