A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Only variable references should be returned by reference

Filename: core/Common.php

Line Number: 239

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: core/Common.php

Line Number: 409

Токио не принимает — Сон миллиардера - Третья история Ч.2 скачать, читать, книги, бесплатно, fb2, epub, mobi, doc, pdf, txt — READFREE
READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Токио не принимает

Сон миллиардера - Третья история Ч.2

Раджив и Майра назвали дочь Сапна, и с первого же дня её жизни всякий, кто видел девочку, сразу же попадал под обаяние прекрасного ребенка. Она была так прекрасна, что у прожженных старых политиков и морщинистых бизнесменов замирало дыхание, когда они подходили к детской кроватке. После того как гнев Раджива поутих, а Майра простила ему резкий поступок, они окружили дочь трогательной любовью и заботой.

  Все сходились на том, что девочка выглядела изумительно во время сна. Люди заходили в дом Раджива лишь для того, чтобы взглянуть на спящего ребенка, ибо воздух, который она выдыхала, источал необыкновенный аромат. Он действовал как омолаживающее средство и вселял и человека жизненную энергию. Никто не говорил об этом вслух, но, любуясь Сапной, все испытывали желание заниматься любовью!
  Лишенный радости сна Раджив успокоился душой и окреп телом, созерцая сладкий сон дочери.
  Ей было всего четыре года, когда она впервые села за рояль и, неумело перебирая пальцами, начала наигрывать мелодию из индийского фильма, услышанную утром по радио. Раджи в тут же нанял учительницу музыки, англичанку, которой вскоре пришлось вести умные философские беседы с юной ученицей, желавшей знать, почему люди с такой готовностью эмоционально реагируют на определенные мелодии и сочетания гармоний.

  Однажды утром, войдя в комнату Сапны, чтобы поцеловать её перед уходом на работу, Раджив заметил нечто, невиданное ранее. На деревянной передней спинке кровати появился зеленый побег, который за одну ночь оброс листьями и расцвел маленькими белыми цветами. Он позвал жену.
  – Какая красота, – произнесла она, пораженная необыкновенным зрелищем.
  – Возможно. Однако как могло здесь появиться такое растение? Если побег вырос за одну ночь, то вскоре в комнате появятся заросли, которые задушат нашу дочь. Позови кого-нибудь и вели срезать деревце, а место залить лаком. Странно. Кровать стоит в спальне уже около десяти лет. Непонятно, как могло такое произойти.
  В тот же день привели плотника, который осторожно срезал побег, посыпал поверхность деревянной спинки песком и лакировал её до тех пор, пока не осталось ни малейшего намека на растение. Однако на следующее утро в том же месте проросли два новых побега, каждый из которых превосходил предыдущий размерами. Они цвели роскошными цветами, наполнившими комнату сладким, дурманящим ароматом.
  Раджив был вне себя от ярости.
  – Немедленно поменяйте кровать. Принесите сюда металлическую. Черт знает что такое!
  Вместо деревянной поставили железную кровать, и в течение долгого времени ничего необычного не происходило. Однако как-то утром, войдя к дочери, Раджив увидел множество белых семян, парящих в воздушных потоках и поднимающихся от пола до потолка. Споры выбрасывались геометрическими рядами вьющихся растений, проросших из роскошного персидского ковра. На этот раз Раджив по-настоящему испугался и призвал специалистов на предмет изучения растений и самой Сапны. Обследования не дали никаких результатов, а сама Сапна ничего толком не могла объяснить. Ей выделили другую спальню, где плетеная корзина для белья за одну ночь превратилась в бамбуковые заросли, которые пробили потолок и проникли в комнату наверху. Где бы ни ночевала Сапна, везде прорастали веши: простыни, одежда, газеты, антикварные шкафы способствовали бурному появлению растительной жизни.
  Каждая новая встреча с таинственными ночными явлениями бесила Раджива. Он с откровенной и нескрываемой ненавистью взирал на растения, захватывающие комнату дочери. Богач становился одержимым. Видения ползущих, скачущих, извивающихся побегов мешали ему сосредоточиться на работе. Радживу становилось плохо. Он приказал удалить из спальни Сапны всю органику. Теперь все было под контролем, и на время странное вторжение прекратилось. Однако у богача развился страх перед любой растительностью, и ему повсюду мерещились отвратительные зеленые побеги, которые прорастали из-под сидений автомобилей и из столов в гостиницах.
  Как-то утром, подойдя к комнате дочери, Раджив услышал, что она плачет. Опасаясь увидеть нечто страшное, он осторожно открыл дверь. В помещении было тихо и пусто. Сапна лежала на кровати, съежившись. её явно что-то тревожило.
  – У меня идет кровь между ног, папа.
  В животе у Раджива что-то кольнуло, и он стрелой вылетел из комнаты. Обливаясь потом в своем деловом костюме, богач тяжело опустился на кровать Майры.
  – Тебе надо пойти к Сапне.
  В ту ночь в спальне Сапны провели необходимую «зачистку», удалив все намеки на органическую жизнь, но, хотя никто в доме ничего не слышал, огромное дерево, персидская мелия, пустило корни в столовой, проросло через потолок в комнату где спала Сапна, пустило ветви, которые пробили четыре стены, и вышло на волю через крышу. Вьюны и ползучие растения оплели мелию, заключив её в чувственные объятия, и разразились красными вызывающими цветами, полными семян. Утром, когда обитатели дома проснулись, они увидели во дворе толпу зевак, привлеченных необычным зрелищем. А фотографы уже поспешно снимали новоявленное чудо для городских газет.
  Домочадцы Малхотры с недоумением взирали на диковинную невидаль. Они без конца трогали дерево и те места в стенах, через которые оно проросло. Раджив помрачнел.
  – Срубите его сегодня же. Заделайте стены. И пора, в конце концов, раз и навсегда покончить с подобным безобразием.
  Но дерево не стало единственным чудом, случившимся в ту ночь. Второе обнаружилось некоторое время спустя. Среди всей этой вакханалии плодородия Майра неожиданно забеременела.

  В тот день Радживу позвонил министр обороны.
  – Раджив, не мог бы ты прийти ко мне сегодня? Хотелось бы кое-что обсудить.
  В министерстве Раджива поджидали несколько высокопоставленных правительственных чиновников.
  – Раджив, ты знаешь, как мы восхищаемся тобой и ценим тот вклад, который ты внес в дело процветания нашей страны. Вот почему мы вызвали тебя неофициально, дабы избежать публичного скандала. До нас дошли слухи о том, что в твоем доме творится нечто в высшей степени неприличное и необычное. Нет, мы вовсе не желаем вмешиваться в твою личную жизнь, однако события сегодняшнего утра неизбежно будут преданы широкой огласке и станут достоянием общественности. В этой связи нам хотелось бы выслушать твое мнение о сути происходящего. А потом мы должны совместно с тобой принять какое-то решение, чтобы предотвратить возможную опасность, грозящую людям. Ну, ты понимаешь, о чем идет речь. Вчера побег, сегодня дерево, а завтра, глядишь, на месте нашей столицы возникнет дремучий лес.
  Слова чиновников застигли Раджива врасплох.
  – Да, разумеется. Я об этом как-то не задумывался.
  – Мы собрались здесь, чтобы услышать твои объяснения. Так скажи нам, что происходит на самом деле?
  – Откровенно говоря, я сам не улавливаю суть происходящего. Похоже, мне известно не больше, чем вам.
  – И что ты намерен предпринять?
  – Мне казалось, что я в силах справиться с создавшимися обстоятельствами. Однако после утренних событий у меня просто почва уходит из-под ног.
  – Раджив, позволь предложить тебе несколько идей. Мы посовещались по данному вопросу. Один из моих уважаемых гостей считает, что твоя дочь – её зовут Сапна, не так ли? – в состоянии оказать большую услугу нашей стране. Он полагает, что с её помощью можно бы возделать некоторые районы, лежащие в пустыне. Мысль хорошая, хотя и фантастическая. Насколько я понимаю, особенности сна твоей дочери не подчиняются никаким научным законам, и было бы весьма опасно позволить ей творить чудеса на воле. Мы склоняемся к мысли о том, что она должна содержаться в некоторой изоляции. Так, чтобы не смогла никому, включая и саму себя, причинить никакого вреда.
  Мы с самого начала единодушно отвергли мысль о том, что девочку следует посадить в тюрьму. Разве твоя дочь в чем-то виновна? И как может юная леди, получившая такое благородное воспитание, выжить рядом с потерянными душами, которые содержатся в наших тюрьмах? С другой стороны, боюсь, и в больнице для нее не найдется места. Находясь среди людей, она будет подвергаться большому риску.
  Однако существует место за пределами больниц и тюрем, которое может устроить все заинтересованные стороны. У нас есть отличные учреждения для, скажем так, не совсем обычных пациентов, не находящихся в здравом уме и твердой памяти. Там работают настоящие профессионалы. Доступ туда весьма ограничен, помещения очень хорошие – больные могут прогуливаться в саду и все такое прочее. Нам кажется, твоя дочь будет счастлива в таком месте. Она продолжит занятия музыкой, а специалисты станут наблюдать за ней, что в итоге может привести к полному выздоровлению. Мы заверяем, что там её удивительные способности никого не будут беспокоить. Что скажешь, Раджив?
  Никто из них не знал, как отреагирует магнат на такое предложение. Даже министра обороны второй по численности населения страны мира поразил вид стоящего на коленях и рыдающего человека, занимающего двадцать седьмое место в списке самых богатых людей в мире.
  – Господа, прошу вас, не отнимайте у меня дочь! Она все, что у меня есть, и я люблю её гораздо больше жизни. Я все, все на свете сделаю для вас, только оставьте её мне. Пусть она живет со мной, и я что-нибудь обязательно придумаю. Обещаю. Клянусь. У меня есть деньги, ресурсы, влиятельные друзья – мы найдем выход из положения. Не беспокойтесь, мы решим эту проблему в интересах всех вовлеченных сторон. Верьте мне, господа, я не разочарую вас. Об одном молю вас – оставьте мне дочь!
  Члены правительства молчали. Прошло несколько минут, прежде чем министр обороны вновь обрел дар речи.
  – Хорошо, Раджив. Возможно, мы отнеслись к тебе без должного внимания и сочувствия. Иди и хорошенько все обдумай, а потом дай нам знать, к какому решению ты пришел. Успеешь до среды?

  Через несколько дней неподалеку от Дели началось сооружение большой башни. Она возводилась с помощью техники, используемой при строительстве заводов по производству полупроводников: никаких органических материалов, ни пыли, ни грязи, дважды вдень дорогие машины осуществляли тщательную уборку помещений. После некоторых раздумий было решено отказаться от окон в здании, чтобы всякие посторонние влияния из внешнего мира не нарушали покой и спокойствие, царящие внутри. Раджив каждый день приходил смотреть, как идет строительство, заботясь о том, чтобы тюремный замок, который он готовил для дочери, создавался с любовью и заботой. Ведущему архитектору страны поручили спланировать абсолютно фантастический интерьер комнат Сапны, включающих в себя библиотеку, состоящую из трех тысяч томов, специально напечатанных на полиэфирной пленке, и зал для занятий музыкой, где стоял рояль, изготовленный на заказ и сделанный полностью из стали. В гостиной установили телевизор, принимающий лучшие каналы самых разных стран. Свет из внешнего мира не проникал в башню, а ключ от нее хранил один лишь Раджив. Внешние стены толщиной с голову человека были сделаны из железа. Вскоре сюда перевели Сапну.
  Первые дни она занималась тем, что писала стихи и играла на рояле. Девушка владела лишь западным классическим репертуаром, однако интерпретировала его на основе индийской классической музыки. В своей системе изучения композиторов Сапна полностью игнорировала биографические моменты и их влияние на творчество гениев. Ей было все равно, почему Лист оказался в Париже, и не интересовало то обстоятельство, что Бетховен оглох. Она обращала очень мало внимания на исторические обстоятельства, благодаря которым возникло то или иное произведение, а также практически не разделяла их по жанрам: барокко, классика, романтизм, модерн и т. д. Вместо этого Сапна разрабатывала правила для понимания связей между аранжировкой мелодий и музыкой вселенной, преломляющейся в эмоциональном восприятии отдельного индивидуума.
  Она использовала циферблат часов как карту, куда заносила результаты своих исследований. Каждое из 1440 градаций минуты должно было представлять определенную конфигурацию эмоций или природную истину (спустя какое-то время ей потребовалось анализировать все до уровня отдельных секунд), а те в свою очередь соответствовали различным комбинациям музыкальной «квинтэссенции», которая может быть найдена в отдельных композициях. Она изобрела набор диаграмм, похожих на астрологические карты, чтобы производить сложные суждения, необходимые для раскрытия сущности каждого музыкального произведения, и, таким образом, поместить его в требуемом временном отрезке того или иного дня.
  Проведя большую часть дня за устранением ошибок в своей системе и написанием трактатов, Сапна садилась к роялю и начинала играть весь репертуар. Она исполняла ту или иную композицию изо дня вдень чуть раньше или чуть позже, пока не удостоверялась, что попала в точку, а музыка звучит и резонирует как-то особенно созвучно темной комнате, находящейся в центре большого города и озаряемой солнцем в течение двух славных минут в день. Большинство сюит Баха (и вопреки названию два ноктюрна Шопена) игрались утром, а прелюдии и фуги исполнялись глубокой ночью. По мере совершенствования системы девушке все больше казалось, что время являет собой утраченную тайну европейской классической музыки. Когда Сапна садилась за рояль и закрывала глаза, ожидая определенного часа (шесть часов и две минуты вечера), для которого предназначались вступительные аккорды последней сонаты для фортепьяно Бетховена, когда она ударяла наконец пальцами по клавишам, тогда вся другая музыка, которую кому-либо приходилось слышать ранее, походила на неприятный шум, царящий в холле отеля. Появлялось ощущение, это возвращенная к исконным временным параметрам музыка воспарила к небесам, плыла от созвездия к созвездию и наполняла сердца люден неземной радостью, о которой они могли только догадываться. Толпы слушателей приходили к стенам башни, чтобы насладиться божественными звуками; они сидели, затаив дыхание, испытывая небывалый восторг.
  Отец Сапны ежедневно навешал дочь. Всякий раз она узнавала нечто новое из книг или телепередач и обсуждала с ним. А Раджив любил дочь все крепче, чувствуя себя обязанным ей после того, как жена родила здорового и крепкого мальчугана. «Именно Сапна вернула мне способность оплодотворять женщину, находясь в таком почтенном возрасте, – размышлял он. – Именно она подарила мне наконец сына, заказанного доктору Холлу много лет назад». То обстоятельство, что его жена избегала встречаться с Сапной, вообразив, будто её первая, незаконная беременность явилась проклятием, с последствиями которого она не хочет иметь ничего общего, и тот факт, что новый, идеальный сын Раджива ненавидел Сапну с того момента, когда начал понимать, что у него есть сестра, впадал в ярость при любом упоминании её имени и презирал отца за его заботу о «ненормальной в башне», – все это лишь усиливало для Раджива двусмысленность той ситуации, в коей оказалась его дочь. Он постоянно страдал из-за того, что приходится держать девушку в неволе. «Она вовсе не заслуживает такой ужасной участи», – думал он с горечью. Каждый вечер богач с разбитым сердцем покидал Сапну, запирая башню на ключ. Изо дня в день он задерживался все дольше, слушая музыку или обсуждая с дочерью прочитанные книги.
  Сапна никогда не говорила отцу о том, что влюбилась в звезду телеэкрана. В человека, чья голова напоминала голову быка.

  Тем временем уродливый мальчик по имени Имран подрастал, окруженный любовью и заботой приемных родителей. Жили они в ветхой книжной лавке на тихой улочке. Волны Аравийского моря ударяли в берег изобилующего минаретами острова, где находится гробница Хаджи Али. В маленьком магазинчике продавались не только всяческие книжки, начиная от путеводителей и кончая многочисленными изданиями Корана и поэзией на арабском, фарси и урду, но и духи, лекарства и брелоки с гравированными молитвами. Сюда часто приходили пилигримы из окрестных городков в поисках сувениров: пластиковых настенных часов с изображением на циферблате мраморной гробницы, чьи купола для пущей привлекательности покрасили в ярко-красный и желтый цвета (надпись гласила, что часы показывают точное время и будут служить хозяину целую вечность!); календарей с изображением Каабы в окружении чудесных проносящихся мимо планет и красно-зеленых полумесяцев; новых ковриков для молитв с великолепными золотыми минаретами и пальмами. Просыпаясь, маленький Имран видел перед собой мусульманские чудеса, сверкающие яркими красками на фоне ночного неба.
  Мальчик рос медленно и как-то неравномерно. У него развились широкие мускулистые плечи, а ноги оставались тонкими и короткими. Руки были слишком длинными для крохотного тела карлика, и с раннего возраста он ходил словно обезьяна, что вызывало презрение и насмешки у одноклассников. Более всего забавляли их форма и размер его огромной головы, которая с годами становилась все более массивной. Причем выступающие вперед нос и челюсть придавали ей явное сходство с головой быка. Повсюду в районе появились граффити, с восторгом иллюстрирующие тему противоестественных половых связей, приведших к рождению такого странного существа: веселые обезьянки, пристраивающиеся сзади к нарочито безразличным овцам, и яростные быки, преследующие соблазнительных прекрасных дев.
  Серия рисунков, которые школьные власти постарались поскорее стереть, повествовала об истории женщины, жаждущей родить ребенка, которая с этой целью поедает сырыми яйца быка. Однако в результате беременеет не она, а её корова. Нарисовавший последнюю сцену негодяй весьма талантливо изобразил женщину, тайком в ночную пору проникающую в хлев, чтобы извлечь из утробы коровы окровавленное дитя. После этого она несет младенца в дом и кладет его на кровать между собой и мужем. Причем история рассказывается занудной и постоянно морализирующей козой.
  Родители Имрана были крайне расстроены тем, что их сын должен терпеть несправедливые унижения, и в конце концов поддались его уговорам и позволили мальчику не ходить в школу. Теперь он все дни проводил в книжной лавке, поглощая один за другим поэтические сборники, а после читал стихи вслух, развлекая покупателей. Со временем слава о его незаурядных выступлениях распространилась по окрестностям, толпы заинтересованных слушателей стали стекаться к магазину. Те, кому не находилось места внутри, стояли на улице и завороженно слушали прекрасное чтение. При этом несуразность телосложения чтеца придавала еще больше выразительности декламации, которая захватывала любого слушателя. Из несоразмерной груди мальчика вырывались глубоко эмоциональные и торжественные звуки. С его помощью слушатели лучше понимали трудные стихи на фарси и архаизмы урду. До них доходило то, что хотел выразить тот или иной поэт. «Удивительно, – как-то заметил один из слушателей, – что такой маленький мальчик поражает нас глубиной абсолютно взрослых чувств: передаст тоску влюбленного юноши по своей возлюбленной или стремление верующего познать Всевышнего. Мы опытные мужи и многое пережили в жизни, однако никогда еще не внимали таким страстным и проникновенным речам». Другой слушатель утверждал следующее: «Когда он говорит о страдании, которое испытывает душа, пребывающая в бренном мире и тоскующая по бессмертию, мы наконец-то понимаем, какая мука быть странниками на земле и как прекрасна жизнь небесная, вечная!»
  Сам вид Имрана, его сутулые плечи и массивная голова на высохшем теле символизировали весьма поэтичную тему о возвышенном религиозном духе, запертом в жалкой человеческой оболочке. Все, кто слушал его, могли теперь воспринимать поэзию только из уст мальчика.
  Если Имран не находился в магазине отца, он отправлялся гулять. Внешний вид юноши вызывал страх и беспокойство у зажиточных и добропорядочных горожан, поэтому он предпочитал бродить по окрестностям, где людей не так легко запугать уродством. Он научился искусству казаться абсолютно незначительным человеком и совсем не привлекал к себе внимания в людных местах; незамеченным проскальзывал через оживленный центр города и внезапно появлялся в каком-нибудь магазинчике, где приветствовал и обменивался рукопожатиями со знакомыми. Он водил дружбу с маргинальными типами, сделавшими состояние, занимаясь незаконным бизнесом. Все они любили мальчика за его умение рассказывать смешные истории, строя при этом такие уморительные гримасы, что слушатели просто покатывались со смеху. Среди друзей Имрана было десять человек, способных решить любую проблему. Люди обращались к нему с вопросами, где найти самый лучший чай, кто продаст самые дешевые запасные части для автомобиля, какой врач хорошо сделает аборт, как легко и быстро реализовать пятьсот мобильных телефонов.
  Однажды днем Имран оказался в крошечном баре в районе Джуху, где его друзья частенько собирались, чтобы поиграть в карты и поговорить о делах. Электрическое освещение в заведении отсутствовало, слабый свет с улицы проникал сквозь зашторенные окна. Слышались приглушенные голоса уличных торговцев и слабый шум моторов проезжавших машин. Друзья выпивали, сидя под обширными томными опахалами, когда один из них вдруг заявил:
  – А теперь Имран прочитает нам стихотворение.
  Юноша хотел отказаться, однако ему аплодировали и всячески поощряли к выступлению, стуча пивными бокалами по столу. Наконец подошел сам бармен и стал настаивать на выступлении. Имран сдался и уступил уговорам. Он начал читать балладу так тихо, что присутствующие подались вперед, чтобы лучше его слышать.
  Баллада повествовала о принцессе, жившей в давние времена. Король-отец, королева-мать и брат, принц, души в ней не чаяли. Красавица пела песни, при звуках которых все в природе разом умолкало и с упоением внимало восхитительному голосу девушки с золотыми волосами.
  Но однажды принцессу похитило уродливое зловещее чудище, страстно желавшее заполучить золото её волос. Злодей обрил девушку наголо и запер в высокой башне отращивать новые волосы. Однако они росли так медленно, что монстр понял: пройдут долгие годы, прежде чем волосы станут такими же длинными и роскошными, как прежде. Тогда он принялся готовить всякие колдовские снадобья, дабы ускорить процесс роста. В этом месте Имран возвысил голос, подчеркивая коварство урода и смехотворность его усилий. Слушатели живо представляли себе злого монстра. Они зачарованно слушали рассказчика и хохотали до слез, когда мальчик строил страшные гримасы, перечисляя отвратительные мерзкие смеси, которыми негодяй растирал голову принцессы или подмешивал ей в чай.
  Брат девушки впал в отчаяние после исчезновения сестры и отправился на её поиски. Долго же он искал принцессу по всему свету: исцарапал все тело колючками, каждый день его нещадно кусали злые насекомые. Однако он не сдавался. Наконец юноша услышал чудесный голос, звучащий в отдалении, и, приблизившись, понял, что поет его сестра. Да, её лицо показалось в крошечном оконце на самом верху высокой башни. Она тоже увидела брата и страшно обрадовалась. Увы, принц не знал, как освободить красавицу из плена. Путь в башню лежал лишь через дверь, которую постоянно держали на замке, А окно находилось слишком высоко от земли.
  Тогда принц посадил дерево, которое должно было стать высоким и крепким, чтобы он смог влезть по нему наверх и спасти сестру. Каждую ночь юноша с любовью ухаживал за деревом, но оно росло очень медленно, поэтому днями он оплакивал судьбу принцессы, проводящей драгоценное время молодости в заточении. Его любовь была так сильна и бескорыстна, что грубые люди с затвердевшими душами, слушавшие рассказ Имрана, растрогались до слез и не могли произнести ни слова, ибо никогда никто не рассказывал им о столь сильной и чистой привязанности.
  А злой урод нашел все-таки рецепт, при помощи которого волосы принцессы должны вырасти в короткий срок. Как только он приложил мазь к голове девушки, у нее отросли длинные густые ослепительные волосы, достигающие колен. Монстр издал нечеловеческий крик восторга, немедленно обрезал чудные волосы и побежал продавать их.
  Не успел он уйти, как принцесса схватила чашу со зловонной смесью и вылила её за окно. И тотчас юное деревце начало быстро расти, устремляясь прямо в небеса. Через несколько минут оно уже доходило до середины башни, оплетая белокаменные стены ветвями, покрытыми зелеными листьями. Принц карабкался вверх по стволу и поднимался вместе с ним. Вскоре дерево достигло окна, и принцесса с радостными поцелуями прыгнула в объятия брата.
  Вот только дерево все росло и росло. Брат и сестра пытались спуститься вниз, а оно неизменно влекло их все выше и выше. Они делали отчаянные попытки сойти на землю, но теперь уже сама башня оказалась под ними, а молодые люди очутились прямо на небесах.
  Как раз в этот момент чудище возвращается домой и сразу же догадывается о случившемся. В гневе хватает он огромный топор и начинает рубить дерево. Мощными ударами урод врубается в ствол, который в итоге начинает качаться и с ужасным грохотом падает на башню. От строения остается одна пыль. Принц и принцесса погибают.
  Слушатели сидели в полном молчании.
  Наконец кто-то спросил:
  – Почему они должны были умереть?
  – А чего другого ты ждал? – отвечал Имран вопросом на вопрос, удивленный тем впечатлением, которое он произвел на своих друзей. – Они же были братом и сестрой, влюбленными друг в друга. Разве они могли пожениться и прожить счастливую жизнь?
  – Не думаю.
  Однако все пребывали в мрачном настроении.
  Вдруг из темного уголка бара раздались аплодисменты. Там сидел человек, на которого никто ранее не обратил никакого внимания.
  – Чудесно! Чудесно! Давненько я не видел такого выступления. У вас редкий талант, милостивый государь! Я бы желал взглянуть, на что еще вы способны. Вот вам визитная карточка, из нее явствует, что я являюсь старшим менеджером рекламной компании. Мне бы хотелось представить вас весьма влиятельным людям, с которыми мне посчастливилось познакомиться в Бомбее. Если вы, разумеется, не возражаете. Полагаю, они ищут именно такого человека, как вы. Вы изобразили абсолютно необычное чудовище. Устрашающий монстр показан с превосходным чувством юмора! Я предрекаю вам головокружительную карьеру! В наши дни осталось мало настоящих актеров.
  Итак, после нескольких волнующих встреч и прослушиваний Имран превратился в талисман зубной пасты «Колгейт» в ходе одной из самых успешных рекламных кампаний, когда-либо проходивших в Индии. Образ уродливого неудачника невообразимым образом ворвался в дома успешных и богатых людей, став культурным феноменом, о котором могли лишь мечтать самые прославленные фирмы. Дети подражали ему, играя во дворах школ, журналы распространяли бесплатные наклейки с его изображением, которые заняли место гнусных оскорбительных граффити на стенах ломов. Подростки находили в новом персонаже что-то бунтарское, а родители позволяли им обезьянничать, надеясь, что по крайней мере у чад будут здоровые зубы.
  А карьера Имрана только начиналась. Теперь все компании стремились заполучить его. Само уродство юноши являлось воплощением всякого рода опасностей, угрожающих среднему классу: бактерии, преступность, бедность, непродуманные покупки. В течение короткого времени его лицо стало одним из самых узнаваемых в Индии наравне со звездами Болливуда и лучшими игроками в крикет, чьи портреты красуются на коробках с овсянкой и баночках с безалкогольными напитками. Он был антигероем, зачисленным в пантеон прекрасных и совершенных кумиров средств массовой информации.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE