READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

гарнитура:  Arial  Verdana  Times new roman  Georgia
размер шрифта:  
цвет фона:  

Главная
Скинхеды

Лучшее в Британии

Полумертвый, к трем часам Терри вышел из «Такси «Дельта» и, потирая руки, постоял в свежем солнечном свете, небо очистилось наконец, воздух был сладок от запаха испаряющейся воды. Энджи позаботилась о ключах от его машины и договорилась с одним из парней, чтобы «мерс» доставили домой. Был конец недели, и он заслуживал выпивки, но не смог бы обойти такое препятствие, не намереваясь оставлять тачку стоимостью в двадцать тысяч стоять здесь целую ночь. Он направился к пабу, улочки успокаивали, оконные стекла ловили желтый свет солнца, он выбрал свой обычный короткий путь, подумал о Фрэнке и остановился в конце крошечного переулка, которым хаживал сотни раз. Это было то место, о котором говорил парень, он был в этом уверен, но здесь не было клуба. Вообще ничего. Справа - серая стена с облупившейся краской, заскорузлые кирпичи скреплены цементом; волны прогибающегося тротуара, переходящего в потрескавшееся дорожное покрытие. Слева от Терри стена была более белая, бледная и гладкая. Он потряс головой и зажмурился, заметив складки: три деревянные доски были окрашены под цвет штукатурки. Он взглянул наверх, обнаружил несколько дюймов стекла над панелями, а над всем этим вздымался флагшток. Это было невероятно. Он никогда не замечал ничего подобного, прогуливаясь по этим улочкам и не видя ничего вокруг себя, выбрасывая из головы все, кроме воспоминаний.

Терри двинулся вперед, чувствуя холодок в груди, солнце скрылось. Он подумал - нужно поспешить в паб; напомнил себе, что прошлое лучше оставить в покое, но другая его часть пришла в возбуждение. Терри прошел вдоль стены, добрался до большой калитки с замшелым замком и заржавленной цепью, которые можно было бы взломать без труда. Он толкнул дверцу калитки, и остановился перед началом узкого прохода; с желоба капало, скорее нахально, чем печально. Он закрыл за собой калитку. За высокой стеной обнаружилось здание, облицованное сверху битым стеклом. В воздухе стоял густой запах кориандра. Он прошел дальше по растрескавшемуся бетону, поскальзываясь на островках мха и с хрустом топча пустые жестянки, прежде чем пришел в себя. Он протиснулся мимо бойлера, паутина опутала лицо, он смахнул ее. Впереди под маленьким навесом были составлены деревянные ящики, края навеса пестрели плетенью, гора бутылок из-под спирта оползала, подбираясь к сотням пивных бутылок. Терри остановился и удивился тому, что он делает. Только слабый звук падающих капель раздавался в тишине. За калиткой скрывался весь остальной мир. Пожалуй, это было самое заброшенное место в Англии. Никому бы не пришло в голову врываться сюда. Вандалы и ушлые граффитисты и знать его не отели. Он вздрогнул. Запах кориандра усиливался.
Терри проследовал до конца коридора, остановился перед дверью и повернул ручку. Дверь была не заперта, н шагнул внутрь, здесь его поджидал запах аммиака, знаки «для леди» и «для джентльменов» на дверях с одной стороны и еще одна дверь в конце короткого коридора, выкрашенная в черный цвет. Он остановился и прислушался, вообразив, что забрался в склеп, и почувствовал желание развернуться и убежать, как испугавшийся ребенок. Он услышал шаги и двинулся назад, чувствуя, как они глохнут и затихают, затем раздался далекий кашель и шепот, он надеялся, что это кто-то проходит по улице, но не думал, что звук мог преодолеть такое расстояние. Теперь Терри не боялся. Это был не склеп, просто пустое здание, заброшенное и заколоченное, памятником ему был привкус перебродившей мочи и скопления тары. Он неожиданно загрустил и вспомнил о своих родителях, умерших и погребенных, об их неописанных судьбах. С ними происходили истории, более важные и особенные, чем у большинства ныне живущих, а Терри ничего не знал об этом, он был слишком молод и самонадеян, чтобы остановиться и расспросить их. Вообще, его старик не очень-то баловал его, мама была другой. Терри вспомнил, как она утихомиривала его, говорила ему постараться понять папу, как стучали ее туфли, когда она шла по виниловому полу, затем очнулся и быстро пошел вперед, открыл черную дверь, остановился в удивлении и прикрыл рукой глаза.
Полосы света пересекали комнату и слепили его, из-за яркого света он словно оказался вдруг в старом черно-белом фильме. Он взглянул налево, угадывая контуры барной стойки, свет резал глаза, отчего она казалась белой, и Терри часто заморгал, стараясь вернуть нормальное зрение, - белизна обернулась пылью. Он заметил лицо и подпрыгнул: щеки и лоб соединились, и он почувствовал неловкость, так как понял, что это было его отражение в длинном зеркале, попробовал посмеяться над собой, но не смог, у фигуры на зеркальной поверхности были волосы с начесом и черные, словно пулевые отверстия, глаза. Он почувствовал напряжение в груди и больше не смотрел в зеркало. Призраки как явление не существуют. Он знал, что это игра света и тени.
Он выждал немного, взгляд сфокусировался, и все пришло в порядок. Терри вернулся к действительности, остановившееся время снова пошло. Все это было в голове. Фрэнк считал, что отсюда все вымели, но это место было заколочено, и, судя по всему, его оставили нетронутым. Улица вне этого места чахла и разлагалась, а внутреннее пространство дремало, стены были увешаны фотографиями в рамках, напротив барной стойки два бильярдных стола ждали своего часа среди множества клубных столиков и стульев, верхний уровень бара на фут приподнимался над полом, перила отделяли его стойку от нижнего уровня, в угол был втиснут автомат для игры в пинбол. Передняя дверь располагалась за внутренней террасой с вмонтированными в нее витражами. Это была сокровищница, и Терри обходил ее, вглядываясь в фотографии, свет из верхней части окон расплывался по залу. Он смотрел, как Уинстон Черчилль проводит солдатский смотр; видел королеву в молодости и королеву средних лет; картину со Спитфайром*, рассекающим небо; здесь были и другие, незнакомые ему лица, несколько групповых картин, индийский полк из сикхов и другие, в которых, как он полагал, были поляки, а также жители Карибов, черные и мулаты. Здесь были английские солдаты, восседающие на немецком танке. Еще на одной — «Ирландская гвардия». Портрет офицера. Из подписи к нему Терри узнал, что это был генерал Сикорски**. Он отступил назад и взглянул на Сикорски. Терри задумался, отчего все эти необычные фотографии забыты здесь. В этом не было смысла.
Он провел пальцем по пыльной барной стойке, оценил качество полированной древесины, состояние ее было близко к отличному. Полки пусты, пивные насосы разливали когда-то «Дайректорс», «Харп», «Гиннесс». Терри взглянул на свое отражение в зеркале, наблюдая за источником света, который располагался у него за спиной, — этот хитрый спецэффект помог ему расслабиться и почувствовать себя как дома. В клубе была теплая атмосфера. Терри хотел бы уметь видеть сквозь годы, чтобы взглянуть на людей, которые встречались здесь, но, по крайней мере, картины на стене дали ему представление о них. Он нарисовал человечка в пыли и развернулся, двигаясь между столов, остановился перед одним, на котором осталась пустая чашка рядом с маленькой пепельницей и торчащим из нее сигарным окурком. Он долго глядел на все это. Последний человек выпил здесь чашку кофе и выкурил сигару, перед тем как уйти. Может быть, он думал, что может вернуться. Может быть, он знал, что все кончено, и честно завершил дело. Терри, наверное, никогда не узнает этого. Возможно, этот тип внезапно умер. Почему брошены все эти фото у него за спиной?

* Спитфайр (англ. Supermarine Spitfire) - англ. истребитель времен Второй мировой войны.
** Сикорски (польск. Wladyslaw Sikorski) - польский военоначальник и политик, генерал, глава правительства Польши в эмиграции.

Бильярдные столы были закрыты фанерой, их чистые поверхности хорошо сохранились, и это были добротные столы, сделанные из качественной древесины, шары лежали на своих местах. Терри пытался представить себе мужчин, которые играли здесь тридцать, сорок, пятьдесят лет назад. Он прошел к полке и взял кий, нашел неиспользованный мел, сложенный в аккуратном треугольнике - несколько стертых кусочков в ряд, - и взял один из них. Терри прошел к первому столу, который открыл. Кто бы ни заколотил это место, может быть, сбегая отсюда, он был аккуратным и опрятным и оставил все в полном порядке. Терри нравилось это. Этот человек был собранным и обладал чувством собственного достоинства. Терри поискал белый шар - не увидел сразу, - два шара рядом на полу, по соседству со столом, с чашкой и сигарным окурком. Прошелся и поднял их, вернулся и положил один на стол. Поднял кий, остановился, задумался, положил кий обратно на полку и снова накрыл стол фанерой. Терри положил белые шары рядом с мелом и удостоверился, что они никуда не укатятся.
Вдоль одной стены тянулась обитая скамья - сидя здесь, люди могли наблюдать за игроками. Терри присел на скамью, впитывая в себя весь этот клуб, чувствуя себя все лучше и лучше. Он пытался услышать голоса, запах сигарного дыма, вкус пива и спирта, но ничего не ощущал. Это место отдавало затхлостью, но в общем это было не так плохо.
На глаза попался сверток, Терри подошел к стулу, на котором сверток лежал, развязал веревку, стягивающую его, и развернул полноразмерный Юнион Джек* Должно быть, это был тот флаг, который висел на флагштоке снаружи. Терри растянул его поверх бильярдных столов, чтобы получше рассмотреть. Цвета поразили его, и он вспомнил, каким же красивым флагом был Юнион Джек. Он стоял так долгое время, заметил еще несколько игровых автоматов и картин у главного входа, матовое стекло перед столами, доходящее до середины окна, и простое стекло в его верхней части, через которое проникал свет. Терри думал о белых шарах, представил себе игрока, который оставил их на столе рядом со своей чашкой кофе, а потом однажды они покатились, упали со стола, подскочили и не двигались больше.

* Великобритания использует в качестве национального флага королевский штандарт (называемый Union Flag или Union Jack). Правильные пропорции - 1:2. Название «Юнион Джек» происходит от английского названия гюйса - флага военных кораблей.

Терри не хотелось начинать игру. Пока. Он знал, что у него счастливая рука. Он взглянул на часы и понял, что опоздал. Он пробыл здесь целую вечность. Зазвонил мобильник. Это был Хокинз. Терри не ответил на звонок, поднялся и прошел к выходу, аккуратно закрывая за собой все двери, и убедился, что замок на внешней калитке выглядит, как и прежде.
Терри поспешил к «Восходящему Солнцу», чувствуя себя живым и полным энергии, вошел в паб и за одним из первых столов увидел Хокинза, тот допивал свою пинту.
- Ты опоздал. Что не так с твоим телефоном? Хокинз не любил пить в одиночестве.
- Где ты был?
- Я задержался. Ну хватит стонать. Еще по одной? Терри направился к бару, заказал пинту «Лондон
Прайд», банку любимого у девушек «Кёрлинга» и приметил, что бильярдный стол пустует. Можно поиграть через минуту. Он взял напитки и присел. Хокинз потянулся к лагеру* а Терри сделал длинный, медленный глоток своего пива. Красота. Уик-энд начинался, и Терри снова был в форме, чувствуя себя так, словно только что выспался и видел сон, один из тех редких снов, которые заряжают на целый день, давая ощущение непобедимости.

* Лагер (от нем. Lagerbier, пиво, дозревающее при хранении) -тип пива, при приготовлении которого используется низовое брожение с последующей ферментацией при низкой температуре. В наст, время это наиболее распростр. тип пива, доля которого в мировом потреблении доходит до 80%.

- Эта погода чертовски сбивает меня с толку, — начал Хокинз. - Десять дней назад я разгуливал в шортах, и был озадачен только одной дилеммой: раздобыть себе пива или сперва дать отсосать - и то и другое практически по одной цене. В конце концов послал все к черту и занялся тем и другим одновременно. Солнце светит, я свободен на все сто и мог бы сидеть на стуле и держать на каждом колене по маленькой тайской пташке, а они бы наглаживали мои яйца, эти девочки готовы делать все за стоимость кебаба. Но нет, это слишком прекрасно. Вместо этого я торчу в этом баре для перестарков, напиваясь с толстым ублюдком.
Хокинз услышал о Паттайе от кого-то из ребят на футболе и все еще приходил в себя после своей первой поездки, божась, что вскоре вернется туда снова. Терри было скучно слушать об этом, но он не останавливал болтовню приятеля.
- Болванам нравится это, понимаешь. Все дело в размерах. Если ты приедешь к ним, черт меня дери, они сделают тебя богом. Построят тебе храм. Терри Инглиш, Господь Членов.
Терри грустно покачал головой.
- Тайки сношаются со своими собственными чуваками, — продолжил Хокинз, подавшись вперед; с серьезным видом. — Но тайцы маленькие, короткие и легковесные, поэтому и возбуждения им должно хватать ненадолго. Когда туда приезжает англичанин, они работают в двойном объеме. Это просто рай для их девушек. То же с вьетнамками, камбоджийками, всеми ними. Им не хватает белых мужчин, особенно англичан. Вот где можно оказать им услугу.
- Они бедные люди, - заметил Терри. - Они делают это за деньги. С чего бы молоденьким тайским девушкам хотеть возиться со старпером вроде тебя?
- Нет, им это нравится. Ты там не был. Ты не знаешь, на что это похоже. Это не то же самое, что здесь.
- Ну и почему бы тебе не отправиться туда жить?
- Иди к черту, - ругнулся Хокинз. - Здесь мой дом. Хокинз проследил за кем-то у входа в паб, Терри
обернулся посмотреть, кто это был, увидел юнца в бейсбольной кепке, натянутой на нос.
- Я вернусь через минуту, - сказал Хокинз и, пересев на барный стул у стойки, начал болтать с молодым человеком.
- Похоже, он вертит какие-то дела с виагрой, - засмеялся Сингер, выплыв из дальнего конца паба.
- Он пытается малость заработать.
- И повеселиться. Он рассказывал тебе о Поле?
Терри покачал головой. Он видел, как Пол подмигнул ему в офисе, когда Энджи склонилась над столом, оттопырив зад. Он хотел перекинуться парой слов с Полом по этому поводу, но что именно он мог ему сказать? Иногда лучше пустить все на самотек. Об этом стоит помнить. Начнешь суетиться - и сразу заморочишься.
- Он нашел новую пташку, да, и ей все нравится, но у него плохо стоит. И он услышал, что Хокинз такой знаток виагры, ты знаешь, ездит в Таиланд, и просаживает там все свои деньги, торча на этой штуке. Вот Пол оказался в пабе, и Хокинз слушает его нытье и дает ему пару таблеток, говорит, попробуешь одну в следующий раз, когда девка будет в настроении.
Сингер умолк.
— Продолжай, — сказал Терри.
— Ну, Пол забыл о них до следующего утра. Он не очень-то сообразительный, старина Пол. Отличный чувак, но слишком зеленый для своего возраста.
Сингер был прав, Пол подмигивал именно так. Знает ли он, кто платит ему зарплату? Что за человек кормит и поит его и держит на работе?
— Пол завтракает, до работы ему остается полчаса, и тут он вспоминает про виагру и решает проверить, правду ли пишут о ней на упаковке. И все было складно, пока он не отправился в путь, и вот он едет забирать своего первого пассажира, почти уже доезжает до места и тут понимает, что у него стояк, какого не было никогда в жизни.
Терри был в шоке. В таксоперевозках правила имеют большое значение. Нельзя держать работников, которые разъезжают по улицам с эрекцией. Так можно распугать всех клиентов. Это было нехорошо. Совсем нехорошо. Речь шла о репутации.
— Вот он уже рядом с домом нужной тетки, но не может пройти через сад с таким клином в джинсах и сигналит ей. Она выходит — просто уродина — и садится на переднее сиденье рядом с ним. Ну, и вот, он со своим стояком везет эту тетку и все время надеется, что она ничего не заметит, но она, конечно, замечает и хуже того — принимает это на свой счет. Начинает взглядывать на него, отпускать замечания и трогать его за руку. В конце концов ему удается охладить ее, но ненадолго. И вот он едет и думает, что она может наброситься на него в любую секунду.
Терри огорчился от такого непрофессионализма, но сумел натянуть улыбку.
— Это продолжалось целый день. Он цеплял бабулек, дедов, даже тугоумного садовника. Часы шли, а он ничего не мог с этим поделать и продолжал звонить своей киске, но никак не мог дозвониться. В конце концов он припарковался на придорожной стоянке и пустил вдело «пятипалую вдову», но даже это не помогло.
Терри был недоволен. Он представил первые страницы местных газет. ВОДИТЕЛЬ «ТАКСИ «ДЕЛЬТА» АРЕСТОВАН ЗА МАСТУРБАЦИЮ В АВТОМОБИЛЕ. Это конец. Никому бы не удалось поднять эту фирму снова. Ему станут задавать вопросы журналисты, его имя появилось бы под заголовками. Кошмар. «Такси «Дельта» стала бы предметом насмешек, а сам Терри вылетел бы из бизнеса. Может быть, он и сумел бы продержаться еще какое-то время, но его клиентами станут маньяки и психи, а в его автомобилях под ритм дорожной тряски будут совершаться извращения.
- Проверяй, что он за фрукт, — заключил Сингер, — и делай это точно перед началом работы.
Терри подпер голову руками. Повисла долгая пауза. Сингер цедил свою пинту, демонстративно склабясь и полагаясь на чувство юмора своего босса. Терри просидел так долгое время. Он не хотел ничего слышать о маньяках, которые на него работали, и чем они там взбодряются в свободное время. Он хотел легкой жизни.
- Тебе нравится бильярд? — спросил наконец Сингер, обеспокоенный тем, что пауза грозила тянуться вечно.
Терри был далеко, он скрывался от «Сан» и «Ньюз Оф Зэ Ворлд», от грязных журналистов, которые хотели увеличить рейтинг на таксистах-онанистах, и от угрозы, исходящей от злонамеренных водителей, которые развозят женщин по ночам. Терри бежал от них, уходя в тот тайный клуб, прячась в темноте, за запечатанными дверьми и исчезая в разреженном воздухе.
- Партию в бильярд?
Терри поднял голову. Ему потребовался миг, чтобы понять, о чем его спрашивают.
— Пойдем, что ж.
Они подошли к пустому столу. Терри вспомнил сикхов на фото.
— Ты когда-нибудь заходил в клуб на углу, рядом с офисом?
— Клуб «Юнион Джек»?
— Может быть. Фрэнк рассказывал мне об этом месте. Там все заколочено.
— Его закрыли около двадцати лет назад. Я ходил туда со своим дедом.
— Фрэнк говорил то же самое.
— Я был еще ребенком.
— Почему его закрыли?
— Не знаю. И не догадываюсь.
Это место врезалось в память Терри.
— Кто там собирался?
— Да все подряд. Это было просто место, куда мы ходили. Я был ребенком. Не очень-то задумывался об этом.
— И Фрэнк это говорил. Мы все одинаковы в таком возрасте, я думаю.
— Они всегда устраивали большую вечеринку на День победы, я это помню. Еще на Рождество. Мой дед любил День святого Георгия. Можно было купить пинту за шиллинг, потому что на нем была голова короля Георга.
— Во многих пабах это было.
Терри хотел добавить, что клуб все еще существует, но удержался. Он не знал почему.
Сингер выкладывал мячи, пока Терри заказывал еще одну пинту «Лондонский Прайд», бутылку «Магнерса» и светлое пиво с шапкой для Хокинза. Он смотрел, как Сингер пускает белый шар по столу, шагнул вперед, загнал в лузу три шара, пропустив четвертый, и отошел, чтобы завести музыкальный автомат, пока его противник примерялся к удару. Это был один из тех настенных CD-проигрывателей, но все же лучше чем ничего. Терри скормил ему фунт и вдавил лучшие кнопки. Молодой человек был хорошим игроком и мог нагнать его. Голос Дезмонда Деккера* заполнил паб, разбудив всех «Израильтянами», набирая силу красиво и звучно. Терри улыбался и пил свою третью пинту, Хокинз двигался вглубь паба, подпевая хору. Парни собирались для вечерней встречи. Это было всем тем, чем это было.

* Дезмонд Деккер (Desmond Dekker) - ямайский ска, рокстеди и реггей-исполнитель. Начинал свою карьеру на студии Лесли Конга в начале 60-х годов. Международной известности добился после остросоциальной песни «The Israelites* («Израильтяне»). Также известен как автор хитов «007» («Shanty Town») и «It Mek». До восхождения Боба Марли был одним из самых популярных музыкантов на Ямайке и одним из самых известных за ее пределами.


назад  вперед

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE