READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

Главная
Закат Луизианы (Lousiana Breakdown)

image

звездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвезда
Рейтинг книги:  0.0  Оценить книгу

Впервые на русском — новый роман выдающегося американского магического реалиста Люциуса Шепарда, автора бестселлеров «Кольт полковника Резерфорда» и «Валентинка». Герой «Заката Луизианы» — калифорнийский гитарист на красном «БМВ» — застревает в луизианском городке под названием Грааль, который раз в год становится ареной загадочных ритуалов, и привлекает внимание местной «королевы» по имени Вайда...

Автор: Шепард Люциус

Скачать книгу Закат Луизианы: doc | fb2 | txt


1 22 июня

Вы когда-нибудь слыхали о таком прибрежном глухом местечке в Луизиане под названием Грааль? Здесь когда-то дымил сахарный заводик, да его закрыли; рыбу тоже всю перевели. Костлявые старики в подтяжках слушают трансляцию бейсбольного матча на заправочной станции, сплевывая табачной слюной, и поглядывают на номерные знаки автомобилей, которые проносятся мимо, даже скорости не сбавляя, лишь бы эту дыру побыстрее проехать, – хотя ни один старик в этом не признается. Центр городка – два квартала на Монро-стрит. Магазинчики в трехэтажных домах из крошащегося кирпича, которые неплохо смотрелись на фотографиях начала века. На фасадах – вывески со швейными машинками, холодильниками и обувью образца тридцатых годов; витрины такие пыльные, что одному богу известно, чем торгуют внутри. Тарахтящие легковушки и помятые грузовички припаркованы на обочине, с серыми пятнами заплаток на крыльях и лобовыми стеклами в наклейках. Белые пластиковые щиты на фасадах продуктовой лавки, булочной и ночной торговой точки; у дверей – реклама, набранная по трафарету с ошибками, да косо подклеенные ценники.

2 22 июня 6:66 вечера

Еще один душный вечер в конце еще одного бессмысленного дня. Стоя на крыльце своего домика, Вайда Дюмар смотрела на Великое Облако Бытия, плывущее со стороны Залива, чтобы накрыть тенью город. Она узнала его по Девяти Формам, которые вихрились, расплывались и рассеивались у краев. Когда оно появилось в прошлый раз, одиннадцать лет назад, восемнадцатилетняя Вайда убежала из Грааля, чтобы вести вольную жизнь в Новом Орлеане и жить с колдуном по имени Клиффорд Марш, а потому сейчас она увидела в Облаке предзнаменование скорых перемен в своей жизни. Вайда испугалась. Меньше всего на свете она хотела перемен, особенно если они сулили страдания, каких она натерпелась за время жизни с Маршем. Она хотела закрыть дверь и уверить себя, что Облако испарилось. Но так поступил бы человек несведущий, а Вайда, пусть очень даже помешанная, оставила в прошлом свое неведение, когда убежала из Нового Орлеана обратно в Грааль. Она напряженно всматривалась в Облако, пытаясь найти указание на характер грядущих перемен. Глухое ворчание над головой. Пятно желтоватого света, пробивающегося сквозь облачную пелену на западе. Но никаких знаков. Спустя почти час, снедаемая страхом и тоской, она устало вошла в дом, чтобы приготовить ужин.

3 22 июня, 9:11 вечера

Мустейн ждал прибытия машины техпомощи под придорожным щитом на окраине Грааля. Вот уж поистине странное сооружение, думал он, исполненное достоинства, никак не вязавшегося с сельским пейзажем Луизианы. Щит крепился на металлических стойках и возвышался над шуршащими зарослями кустов у дороги, футах в тридцати от обочины, где стоял красный «БМВ» Мустейна, размером с двуспальную кровать, освещенный потрескивающей неоновой трубкой, которая сверкала ярко, будто вспыхивал магний. Вокруг нее кружили мотыльки, похожие на тени листьев, гонимых потусторонним ветром. «Добро пожаловать в Грааль – сердце Луизианы!» – гласила надпись в верхней части щита; а все остальное пространство занимало нарисованное одной линией изображение чаши – вероятно, поначалу предположил Мустейн, здесь имелась в виду чаша Грааля. Однако при ближайшем рассмотрении он понял, что линии вполне могут изображать два человеческих профиля, обращенные друг к другу; все зависит от того, что вы хотите увидеть – чашу или профили, – как в старом психологическом тесте, призванном выявить особенности восприятия.

4 22 июня, 11:07

Музыкальный автомат в глубине зала «Верного шанса» походил на полуразрушенный неоновый собор в стиле рококо. Мустейн в жизни не видал ничего более яркого и безвкусного: высотой почти шесть футов, из сверкающей красной пластмассы, с золотыми резными драконьими ножкам, с мигающими лампочками, которые разбрызгивали в полумраке тонкие лучики рубинового и темно-синего света, и изогнутой в виде арки жемчужной неоновой трубкой, венчающей все это дело. Мустейн представил такой вот автоматический проигрыватель, величиной с семиэтажный дом, на огромном облаке, с уходящей вдаль бесконечной вереницей грешников, – Истинный Музыкальный Автомат, по образу и подобию которого созданы все прочие, наглядно подтверждающий викторианскую концепцию о Старом Добром Времени, о степенной, праведной жизни. Из динамиков гремела музыка. Пляшущие люди походили на святых с сияющими нимбами. Мустейн, уже здорово захмелевший, нашел здесь безопасное убежище, где можно собраться с мыслями и избежать дальнейших раз– говоров с Джо Диллом и Тайет – она изводила его насмешками с той самой минуты, как он не подыграл ей в «корвете», и он потихоньку начинал раздражаться. Эти двое бросали кости у стойки с владелицей клуба, мисс Сидель, стройной рыжеволосой женщиной лет сорока, в зеленом коротком платье, а один из барменов, мертвенно-бледный мужчина с зачесанными от лба черными волосами, комментировал происходящее.

5 23 июня, 12 часов ночи

На мгновение задержавшись у порога «Верного шанса», Вайда, по обыкновению, прочитала объявление, наклеенное на окне рядом с входной дверью. Прочитала несколько раз, как ревностная католичка «Аве Марию», прежде чем войти в нечестивый дом. «Данное заведение находится под защитой Охранного предприятия Дилла» – гласило объявление, а ниже было приписано: «Что посеешь, то и пожнешь…» Дверная ручка показалась горячей, словно внутри здания полыхал пожар. Вайда заколебалась и подумала, не лучше ли вернуться домой. Позади нее несколько пареньков, лениво прислонившихся к двум припаркованным рядом машинам, переругивались с двумя чернокожими женщинами, торопливо проходившими мимо по тротуару. Мальчишки сразу обратили на Вайду внимание, когда она появилась, но ничего не сказали. Просто провожали ее взглядами, пока она шла через площадку низко опустив голову, в своем лучшем летнем платье – белом, с низким вырезом, с узором из зеленых полумесяцев.

6 23 июня, после полуночи

Пока пикап с грохотом прыгал по изрытой колеями дороге к Заливу, Мустейн сидел вполоборота к Вайде. Ее лицо сияло в слабом свете от приборной доски, и покрытая легкой испариной грудь тоже. Он и прежде не раз западал на женщин с первого взгляда, но никогда еще не испытывал ничего подобного. Полное отсутствие всякого лукавства, всякого кокетства, – казалось, Вайда прозрела в нем нечто такое, чего даже сам он не сознавал, и потому сочла достойным своего внимания. Конечно, она красива, но не красота заставила Мустейна пойти за ней. Вайда производила впечатление человека несчастливого, и поэтому он поверил в ее проницательность, почти поверил, что в нем есть нечто, заслуживающее интереса. Похоже, все в «Верном шансе» держались о ней такого же мнения. Иначе почему все так пялились на нее? Почему Джо Дилл, Тайет и Сидель так отзывались о ней? Их почтительное отношение к Вайде, исполненное зависти и скрытой опаски, служило своего рода признанием в ней необычных достоинств и таким образом, в глазах Мустейна, оправдывало ее прозрения и чувства – еще не выраженные вслух, но уже понятные.

7 Перед рассветом

Обычно Вайда занималась любовью, чтобы защититься от разъедающего душу чувства неуверенности. Она умела пользоваться своим телом, получая наслаждение от близости. В обычных обстоятельствах, с обычными партнерами – с мужчинами, к которым она обращалась за утешением, – занятия сексом превратились в исполненное животной силы упражнение, призванное сгладить острые углы действительности. Но в ту ночь она имела дело с Джеком, с Формой, которая жила в нем и вдохнула истинную страсть в любовный акт. Она по-кошачьи прогибала спину, одержимая желанием отдаться целиком и не столько получить, сколько доставить наслаждение. Она стискивала обеими руками поперечину медной спинки кровати, покуда та не начала жалобно скрипеть.

8 Завтрак

С утра пораньше в ресторанчике «Лунный свет» обычно завтракали пять постоянных клиентов: четыре старика, которые сидели в конце стойки, жуя овсянку и заглядывая Вайде в вырез платья, когда она их обслуживала, и толстый, лысый, краснолицый Джон Гино, главный редактор «Граальского Следопыта», который каждое утро приходил в пятнадцать минут восьмого, садился в ближайшую к двери кабинку – хотя еле туда протискивался, наваливаясь брюхом на покрытый скатертью столик, – и читал свою собственную газету, рискуя получить разрыв сердца от переедания, ибо уминал четыре сосиски с большой порцией картофеля-фри и выпивал три чашки кофе с цикорием. Все они знали Вайду еще с тех пор, как она находилась в материнской утробе, но редко заговаривали с ней.

9 Магическое время

Половину здания с застекленным фасадом на Восточной Монро-стрит занимала лавка с набранными из золотых букв словами «Целебные средства» в единственном незакрашенном овале на витрине, задутой черной краской и украшенной серебряными египетскими крестами, золотыми полумесяцами, звездами и разнообразными загадочными символами, неизвестными Мустейну. Надпись на двери, составленная из букв поменьше, поясняла: «Недра Хоус. Гадание и Общение с Духами».

10 Час молитвы

За ресторанчиком «Лунный свет», в тени навеса, развернутый к зарослям черемухи, стоял ржавый металлический шезлонг со следами облупившейся бирюзовой краски. Здесь Вайда всегда отдыхала после того, как толпа утренних посетителей редела. Обычно она читала книжку или курила – она урезала недельную норму сигарет до одной пачки. Но сегодня она молилась о том, чтобы освободиться от власти Клиффорда Марша. Вайда молилась всем подряд: Иисусу Христу и Деве Марии; Шанго и Эрцули; богам и богиням, вдохнувшим страсть в тела родителей в ночь, когда она была зачата. Она молилась также Метабалону, богу, представленному ей уличным проповедником в Новом Орлеане; Котай Зайзул, многоликой богине, которой поклоняются члены одной религиозной общины в Алжире; и дюжине других божеств, с которыми она познакомилась в период своего проживания в пентхаусе Марша. Но главным образом она молилась Великому Облаку Бытия, по-прежнему кружившему над городом. Ее молитвы были беззвучны, исполнены надежд и страстной тоски.

11 Момент истины

Заросшая папоротником тропа, к которой Арлис направила Мустейна, уводила в темно-зеленый сумрак леса. Косые лучи бледного солнца, насыщенные золотистой пылью, касались верхушек кустов. Над головой, в кронах дубов, пели дрозды и щебетали сойки; стрекотали цикады, и лягушки издавали гортанные булькающие звуки, которые все вместе напоминали электронную аранжировку дождя. Влажный воздух был напоен запахом болотных трав. Всякий раз, когда Мустейн отводил в сторону ветку, рукав насквозь промокал от росы, стекающей с листьев. Через несколько минут он разглядел впереди лачугу на узком мысе, далеко выступающем в черную воду болота, окруженного высокими стройными кипарисами, похожими на колонны разрушенного дворца, крыша которого некогда простиралась на многие мили. Со стороны Залива медленно ползли серые облака, и к тому времени, когда Мустейн продрался сквозь густые заросли, преграждавшие путь к мысу, все небо заволокло облачной пеленой и ветер морщинил воду и шевелил бороды мха на ветвях кипарисов. Ледяные капли дождя кололи кожу. Температура воздуха падала.

12 Счастливый час

В четверть четвертого в погруженном в полумрак зале «Верного шанса» было тихо и почти пусто. Два фермера в джинсах и бейсболках играли в карты за угловым столом, а неподалеку женщина в зеленом комбинезоне лениво возила шваброй по полу, вытирая пятно, похожее на кровь. Старик в полосатом летнем костюме потягивал пиво на одном конце стойки, а на другом конце Сидель, Недра и Арлис пили «криптоверд». Бармен по имени Эрл, тощий угрюмый двойник Элвиса, ополаскивал стаканы. При виде Мустейна он вопросительно вскинул брови и поднял стакан для «криптоверда».

13 Время сумерек

Вайда закрыла ресторан ровно в шесть. Работать допоздна не имело смысла: в Иоаннову Ночь люди начинали пить рано. Она предоставила Ансону запереть двери, а сама быстро зашагала по обочине дороги к «Верному шансу». Марш отстал от нее, или его колдовские чары постепенно слабели, шли на убыль, встречая ожесточенное сопротивление, подумала Вайда. Сейчас она чувствовала себя спокойнее, чем в продолжении дня. Мысль о предстоящих часах близости с Джеком кружила голову и наполняла сердце предвкушением счастья. Она представила, как лежит на постели с поднятыми коленями, а он нависает над ней. Образ вызвал мгновенное возбуждение, которое, в свою очередь, отдалось в расслабленном покачивании бедер. О, она готова! Она должна уловить Джека в свои сети, втащить в свою лодку, не особо задаваясь вопросом о своих чувствах, хотя она чувствовала, да, чувствовала. Небесное блаженство и жар страсти, объятья Иисуса. Щеки у нее горели; капелька пота сбежала в ложбинку между грудей. Вайда пересекла парковочную площадку, заметила покрытый пятнами ржавчины пикап у дальнего угла здания. В следующее мгновение она увидела свои руки, сжимающие молочно-белые груди; лицо с острыми, словно осколки стекла, чертами; и сверкающие зеленые глаза, манящие, завораживающие, требующие от нее поцелуя. Приведенная в замешательство внезапным видением, она резко остановилась, чтобы разобраться в происходящем. Эта сука Сидель иногда выступала покруче Марша. Хотя ее телепатические посылы никогда не доставляли Вайде постыдного наслаждения. Вайда не позволила Сидель отравить свою радость. Она глубоко вздохнула и пошла дальше.

14 Иоаннова Ночь

От грунтовой дороги, приведшей Мустейна в лачугу Мадлен Леклоз, извилистое асфальтированное шоссе вело к району новостроек, где жили состоятельные горожане, и к расположенному дальше земельному участку Джо Дилла на Заливе. Коронация Владычицы Ночи, пояснила Вайда, всегда проводилась в доме самого счастливого человека в Граале, а раз Джо Дилл был самым богатым, он и считался таким счастливцем. Вайда сомневалась в критерии оценки, но признавала, что Джо Дилл устраивает вечера с небывалым размахом. По дороге она рассказывала Мустейну о прошлых празднествах, проводившихся в канун Иоанна. Она надела туфли на каблуках и элегантное зеленое шелковое платье в тонкую полоску, с низким вырезом и узкой юбкой, облегающей бедра. Если бы сейчас он увидел Вайду впервые, подумал Мустейн, у него бы глаза полезли на лоб. Сам он был в черной кожаной куртке, джинсах и белой рубашке. Слегка небрит. По мнению Вайды, он выглядел потрясающе; Форма полностью проявилась в его теле, мужчина стал воплощением Формы.

15 Закат Луизианы

Сегодня, после празднования Иоанновой Ночи, в Граале тихо. Люди до утра гадали по картам, чайным листьям, ракушкам, и предсказания оказались неблагоприятными. В ночь, когда изувеченное тело отца новой Владычицы нашли на краю болота, нельзя ожидать хороших предсказаний, но с другой стороны, зачастую трудно понять, и насколько они неблагоприятны.
Одни отворачиваются, отступают назад, прежде чем заглянуть в бездну. Они не хотят видеть черную приливную волну, мутную и бурлящую. То, что знаешь, и то, что можно узнать, – совершенно разные вещи.

Примечание

1 - Норман Рокуэлл (1894—1978) – американский художник, сентиментальный традиционалист; автор идиллических картин, часто украшавших обложки журналов.
2 - Леди Круэлла – главный отрицательный персонаж диснеевского мультфильма «101 далматинец».
3 - Marsh (англ.) – болото.

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE