READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

Главная
Укусы рассвета (Les morsures de l’aube)

image

звездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвезда
Рейтинг книги:  0.0  Оценить книгу

«Укусы рассвета» знакомят читателя с закрытой для посторонних глаз ночной жизнью Парижа. Социальная сатира с любопытными зарисовками нравов «по ту сторону дня» лихо закручена в криминальную авантюру с динамичным и непредсказуемым развитием сюжета, полную культурологических реминисценций — от Дракулы и Фрейда до американской мафии. Роман экранизирован в 2001 году, в главных ролях: Гийом Кане, Жерар Ланвен, Азиа Ардженто.

Автор: Бенаквиста Тонино

Скачать книгу Укусы рассвета: doc | fb2 | txt


Глава 1

— Где спать будем?

— Откуда я знаю.

— Мне есть хочется.

— Ты невыносим, Антуан!

Перегнувшись через парапет фонтана, я отыскал в зеркале воды свое лицо, украшенное мыльной пеной. Потом сполоснул бритву; вода замутилась, и отражение исчезло. Мистер Лоуренс, разлегшийся на скамье, явно предпочитал освежаться, обмахиваясь своей книжицей «Правила дипломатического протокола», нежели отвечать на мои вопросы.

Глава 2

Там, по другую сторону зеркала, человеческое пожарище напоминало старый черно-белый фильм; вспышки стробоскопа рассекали сцену на шестнадцать кадров в секунду, и все ее персонажи, даже не подозревавшие о том, что за ними наблюдают, двигались и жестикулировали только для одного зрителя — для меня. Вот надвинулось женское лицо, искаженное лихорадочным тиком; рука подправила тушь на ресницах и провела помадой по губам, скривившимся в удивленной гримасе животного, впервые увидевшего свое отражение. Бертран, распростертый на полу, застонал, приходя в себя. Вместо того чтобы приводить в чувство его бездвижное тело, как бывало в утра тяжкого похмелья, я оставил его без внимания, поглощенный тем, что происходило в бальном зале, по другую сторону зеркала без амальгамы. Это был великолепный стеклянный экран, метр на два, абсолютно фантастический — окно с видом на сцену поклонения золотому тельцу, пока еще не свергнутому; панорама действа с налетом непристойности, отравляющей, в конечном счете, все людские души. Это выглядело так, словно Господь бог одолжил мне специальные очки, позволяющие разделить с Ним его обеспокоенность моральной деградацией своих созданий. Я прямо-таки слышал, как Он говорит: «Ну ладно, о’кей, я придумал танец, а они сделали из него эту бешеную языческую пляску. Я придумал музыку, а они превратили ее в рок-н-ролл. Я придумал анчоусы, а они изготовили из них масло, которое мажут на хлеб, едят зачем-то по ночам да еще половину роняют при этом на пол». А я, жалкий паяц со стеклянными глазами, стремлюсь объяснить Ему, что каждый борется со скукой, как может, ибо чем заняться человеку с руками, скрученными за спиной?

Глава 3

Раннее утро. Безлюдные улицы. Я ступил на тротуар, едва волоча отяжелевшие ноги и зажав в кулаке смятые купюры. Когда я доставал деньги из кармана, ветер вырвал у меня несколько бумажек и унес на газон. Я проследил, куда они упали, и, не в силах побороть искушение, подобрал. Я чувствовал, что мне уже не хватает Бертрана, словно у меня отняли половину тела: даже сейчас я брел, привычно оставляя между собой и обочиной место для моего друга. У меня кружилась голова. Как правило, в этот час мы с Бертраном впадали в хандру. И изо всех сил старались молчать, по опыту зная, что первое же резкое слово вызовет лавину оскорблений. Каждый из нас, постанывая, точно больной зверь, становился козлом отпущения для другого и старался выместить на нем свой страх перед грядущим днем, свою усталость и бесприютность. С языка рвались горькие упреки, без них не обходился ни один день. Мы искоса следили друг за другом, злобно щерясь, готовые придраться к чему угодно. На исходе ночи Бертран был для меня существом, которое я ненавидел сильнее всего на свете, да и в его взгляде читалось страстное желание увидеть меня лежащим на тротуаре с разбитой башкой. Вот отчего мы искали прибежище в молчании, борясь с накатившей жутью.

Глава 4

Гнилой вкус во рту, в глотке, под языком. Все эти чудовищные видения, жуткие призраки, истлевшие мертвецы. Я начал стонать, пытаясь стряхнуть с себя этот назойливый кошмар. Моя рука ощутила влажное пятно на подушке, я хотел было повернуться, чтобы взглянуть, но мне помешала боль в затылке; я только и понял, что мои пальцы угодили в блевотину. Перед глазами чередой проплыли смутные образы — скалились какие-то маски, раздавались утробные смешки. Это потешались надо мной. И еще меня придавила невыносимая усталость, как будто я долгие недели работал в шахте без единой минуты отдыха. Боль в пояснице, в ногах, в груди. И в затылке. Я болен.

Глава 5

Сорок пять минут я торчал прямо посреди площади Шатле, созерцая круговерть машин, в ожидании той, что откроет передо мной дверцу. Сорок пять минут на этом адском пекле. Старый черт не оставил мне выбора. Я едва успел прийти в себя и снова научиться передвигать ноги. Наконец рядом посигналила синяя BMW. Внутри, в полумраке, находились четверо. Среди них я увидел Бертрана. Как только я сел, машина тронулась и покатила к набережной. На заднем сиденье я оказался рядом с охранником, который отделял меня от моего друга. Старик сидел впереди; он бросил короткие указания шоферу и обернулся ко мне со странной тревожной улыбкой, на которую я не отреагировал. Бертран протянул мне руку, и я молча крепко пожал ее. Он сказал:

Глава 6

Я вошел в «HardRockCafe» ровно в 21 час, так и не найдя ответа на вопрос: как обвести вокруг пальца бдительного сумиста, не выведя его из равновесия? А сумист — вот он, сидит в одиночестве, без обычных своих попутчиков, которыми любит себя окружать; перед ним только чашка капуччино и книга. Он возбуждает всеобщий интерес, клиенты за соседними столиками пялятся на него, перешептываясь между собой. Его тонкие черные волосы свободно ниспадают на плечи, придавая ему сходство с индейским вождем по имени Сидящий Бык, уставшим от ненормальных бледнолицых, которые только и мечтают, как бы запихнуть его в резервацию.

Глава 7

— Эй, Бомон…
Его рука мягко свалилась вниз, и мне почудилось, что он еще дышит. Это при том, что его лицо превратилось в кровавую кашу. А череп был разнесен вдребезги.
— Эй, Бомон… Ты дашь мне этот адрес, псих ненормальный? Ты расколешься или нет? Говори, куда ты девал моего дружка?
Я даже повысил голос, убежденный, что это приведет его в чувство.

Примечания

1 - Семь вечера (англ.). Здесь и далее прим. пер.
2 - Французская минеральная вода.
3 - после смерти (лат.).
4 - Гарольд Ллойд (1893-1971) — американский киноактер. Имеется в виду эпизод из фильма «Наконец в безопасности».

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE