A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Only variable references should be returned by reference

Filename: core/Common.php

Line Number: 239

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: libraries/Functions.php

Line Number: 770

A PHP Error was encountered

Severity: Warning

Message: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/t/tva79y5w/readfree.ru/public_html/system/codeigniter/system/core/Exceptions.php:170)

Filename: core/Common.php

Line Number: 409

Скачать Дети из камеры хранения (Koin rokka beibiizu), читать книги, бесплатно, fb2, epub, mobi, doc, pdf, txt — READFREE
READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

Главная
Дети из камеры хранения (Koin rokka beibiizu)

image

звездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвезда
Рейтинг книги:  0.0  Оценить книгу

Роман о судьбах мальчиков-подкидышей. Один из них мог бы стать замечательным спортсменом, другой стал известным музыкантом, но предательство матерей в младенчестве всю жизнь напоминает о себе психологическими травмами.

Автор: Мураками Рю

Скачать книгу Дети из камеры хранения: doc | fb2 | txt


ГЛАВА 1

Женщина надавила на живот младенца, а затем зажала в зубах его крайнюю плоть. Запах, который исходил от него, напоминал американские ментоловые сигареты, которые она обычно курила, хотя был легче и чуть-чуть отдавал сырой рыбой. Ребенок не заплакал и даже не шевельнулся. Тогда она отлепила тонкую полиэтиленовую пленку, натянутую ему на лицо. На дно коробки из плотного картона она положила вдвое свернутое полотенце, уложила в нее младенца, залепила коробку скотчем и обмотала веревкой. На лицевой и боковой сторонах жирными буквами написала вымышленный адрес и имя. Затем накрасила губы. Натягивая через ноги платье в горошек, она сжала левой рукой набухшую грудь, чтобы сцедить молоко. Белесое молозиво закапало на ковер. Сунув ноги в сандалии, она взяла под мышку коробку, в которой лежал младенец, и вышла на улицу. Ожидая такси, вспомнила про кружевную скатерть, которую вязала крючком, — работы осталось совсем немного. Когда скатерть будет готова, она постелет ее на стол, а сверху поставит горшок с геранью. На улице была страшная жара, стоять на солнцепеке было невозможно, кружилась голова. По радио в такси передавали, что температура воздуха достигла рекордно высокой отметки и что шестеро человек — старики и пациенты госпиталей — скончались. Добравшись до вокзала, женщина направилась к камерам хранения, запихнула коробку с ребенком в одну из них, а ключ завернула в бумажную салфетку и выбросила. Покинув вокзал, набухший от жары и пыли, она направилась в универмаг и покурила там в туалете. Потом купила чулки, средство для отбеливания, лак для ногтей и выпила апельсинового сока, хотя пить не хотела. Вернувшись в туалет, аккуратно накрасила ногти.

ГЛАВА 2

Летом, за год до поступления Кику и Хаси в школу, их усыновили. Получив запрос на братьев-двойняшек, монахини порекомендовали Кику и Хаси.

Запрос пришел с маленького островка, расположенного к западу от Кюсю, через благотворительное общество Пресвятой Девы Марии. Сначала дети наотрез отказались покидать приют, но, взглянув на фотографию приемных отца и матери, дали согласие. Еще бы, ведь за спиной их будущих родителей мерцало море!

ГЛАВА 3

Через спортивную площадку брела бездомная старуха-нищенка. Обычно она ночевала в одном из заброшенных шахтерских домов, таскала рыбу, которую сушили рыбаки, побиралась по домам, клянчила еду, иногда воровала батат с полей. На острове старуха жила уже давно, детей у нее не было, а муж-шахтер погиб незадолго до закрытия шахт. Она сбежала из богадельни, в которую ее поместили, вернулась на остров и ни за что не хотела отсюда уезжать. Особого вреда старуха никому не причиняла, местные жители молча терпели ее присутствие, ожидая, когда она наконец умрет.

ГЛАВА 4

Когда мальчики перешли в школу средней ступени, Кадзуё увидела, что одежда стала им мала, и они втроем отправились в Сасэбо. Сюда они приезжали уже не раз, и почему-то здесь всегда было пасмурно. Кику и Хаси с удовольствием предвкушали прогулку, зная, что на последнем этаже универмага увидят клетку с морским котиком.

ГЛАВА 5

Анэмонэ проснулась после полудня и еще часа дна пролежала в постели. По привычке она взяла сигарету, но прикуривать не стала. Ночью ей не приснилось ни одного страшного сна, и она размышляла, почему так получилось. Возможно, потому, что стало тепло, или потому, что декоративное растение на подоконнике покрылось свежей листвой, а быть может, всему причиной — новый пуховый матрас, который она недавно купила. Скорее всего, это.

ГЛАВА 6

Гадзэру погиб. Его мотоцикл упал с обрыва. Это случилось летом позапрошлого года. Летом тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года. После его смерти Кику перестал думать о Гадзэру, когда тренировался в беге. По мере того как его мышцы крепли, Кику перестал отождествлять Отца Небесного с картины в приютской молельне с Гадзэру.

ГЛАВА 7

В синкансэне Кику читал книжку. Прошло полгода, как Хаси ушел из дома, и летом Кадзуё наконец-то решила отправиться в Токио на поиски. Кику поехал вместе с ней. Кадзуё со слезами на глазах жевала в поезде бэнто, купленный на станции, а Кику хотелось петь. За окном все такое новое! Ему казалось, что они приедут в Токио, а на платформе их с улыбкой встретит Хаси. Быть может, на него повлияла книжка старой писательницы «Яблоко и кипяток».

ГЛАВА 8

18 июля 1989 года — свой день рождения — Кику встретил в Токио. Как ни уговаривал его Куваяма, возвращаться на остров заброшенных шахт он не согласился. В крематории Куваяма со слезами передал ему кусочек кости Кадзуё.

— Если не хочешь возвращаться, возьми хотя бы это, — сказал Куваяма и передал ему обломок кости Кадзуё, размером с большой палец, завернутый в белый платок. — Если встретишь Хаси, покажи ему это.

ГЛАВА 9

— Это тебя, что ли, Кику зовут? Зачем такой шум поднял? Если бы мы не заметили и не подоспели вовремя, тебя бы сожгли. А правда, что ты спортсмен? Неужели? Плохо, очень плохо. Хаси, я ему скажу, а ты подтверди. Ненавижу спортсменов, на дух не переношу. Примитивные, не мозги в голове, а один пот. Fight, fight, fight, fight. Бегут, задыхаются, ненавижу такое.

ГЛАВА 10

— Неужели луч прожектора был таким тусклым? — прошептала Анэмонэ, разглядывая фотографию, которую она сделала поляроидом.

На фотографии ничего не было видно. С той ночи Кику снился ей несколько раз, но, проснувшись, она никак не могла вспомнить его лица. Образ появлялся, она видела волосы и лоб, но не могла вспомнить ни глаз, ни носа. Все оставалось не в фокусе, размытым, и вместо лица Кику она видела каких-то совершенно неинтересных мужчин или знаменитостей с обложек журналов и телеэкрана. Где-то в глубине ее головы хранится образ Кику, но не превращается в четкую картинку. Такое нередко случается. Поэтому Анэмонэ пришлось довольствоваться тем, что сохранилось в ее памяти. Она размышляла о том, почему вспоминает об этом парне. В ее снах он всегда летел по воздуху. Не так, как супермены, расставив руки и пролетая параллельно земле. Он опирался на шест и взлетал высоко-высоко над небоскребами. Воспоминания о Кику о чем-то ей говорили. Такой же шепот, как в ту ночь, когда они прятались в тени дерева от патрульных: «Когда я взлетаю в небо и смотрю вниз, вы кажетесь мне не больше бабочек, порхающих над болотами Амазонки». Когда она просыпалась после снов о Кику, на душе было очень хорошо.

ГЛАВА 11

Кику наблюдал за тем, как крокодил с хрустом разгрызает голову курицы и как кровь течет по его острым клыкам. В Уране поддерживалась температура плюс двадцать пять градусов. Увлажнители воздуха, размещенные в восьми местах, работали непрерывно. Комната была большой, татами в двадцать. Половину занимал бассейн, по его поверхности плавали водоросли, каких Хаси никогда не видел. Крохотные, словно пылинки, водоросли были покрыты прозрачным пушком, отражавшим свет. Казалось, эта зеленая жидкость кипит. Когда крокодил передвигался и поднимались волны, водоросли начинали светиться. Дно бассейна выложено глиной, под ней — плотная акриловая плита. В плите проделаны отверстия, а в них вставлены трубки, соединенные с очистительным устройством. Вокруг бассейна — не в кадках, а прямо на покрытом крупнозернистой землей полу — высажены каучуковое дерево, бугенвилия и мангровое дерево. На бетонных белых стенах неумело наляпаны картинки — якобы картинки древних людей с солнцем, птицами и леопардами. Под потолком горят двадцать инфракрасных ламп, очень яркие.

ГЛАВА 12

Пластинку Хаси записывали на студии господина Д. в Идзу Когэн. Эту студию прозвали «космическим кораблем». Здание в форме ковчега было построено из легкого серебристого сплава, а на крыше с прозрачным куполом устроена обсерватория. Господин Д. увлекался наблюдением за звездами.

ГЛАВА 13

Хаси не хотелось возвращаться в квартиру, которую снял для него господин Д. Он шел по мокрой дороге. Хмель проходил.

Нива было тридцать восемь лет. Из-за раковой опухоли ей удалили обе груди — только нижняя часть ее тела принадлежала женщине. Она стала первой женщиной Хаси. Он не переставал удивляться тому, что возбудился. Никогда прежде он не возбуждался при виде обнаженного женского тела. И вот это случилось — то ли потому, что у нее не было груди, то ли потому, что она своим твердым, горячим и острым языком лизала его задний проход, а может быть, потому, что он просто был пьян. Хаси шел по дороге и мечтал о том, чтобы пошел наконец дождь. Когда он был в квартире Нива, дождь начал было накрапывать, но тут же прекратился. В самом центре небосклона туча распалась на части, и ее обрывки на безумной скорости понеслись на восток. Хаси понял, что больше не упадет ни капли.

ГЛАВА 14

“Привидение из морской пещеры в заливе Уванэ.

Остров Караги в архипелаге Огасавара — вулканический остров площадью в сорок-шестьдесят квадратных километров, расположенный в сорока километрах к югу от острова Йогасима. Четыре года назад, в 1985 году, правительство США официально вернуло его Японии, на 17 лет позже, чем был возвращен архипелаг Огасавара. Все эти годы японцам разрешалось посещать на острове только могилы родственников. О причинах этого правительство США умалчивало, однако достоверно известно, что у американских военных там была небольшая передающая станция. Поговаривали о том, что это военная база, получающая со спутников секретную информацию, но, судя по отчетам сил самообороны, дислоцированных на острове Йогасима, это самая обычная радиостанция «Ролан».. Военно-морские силы США разместили станции «Ролан» во всех морях планеты. После возвращения острова Японии все устройства системы дальней радионавигации были вывезены американцами, а деревянное здание американской радиостанции приспособили под школу начальной И средней ступени, каковой она в настоящие время и является.

ГЛАВА 15

Офис господина Д. располагался в старом девятиэтажном здании между небоскребами западного Синдзюку. После того как в свое время господин Д. продвинул одного рок-певца и стал работать самостоятельно, он взял в аренду все помещения на семи этажах этого здания и открыл собственную звукозаписывающую студию. Когда вторая звезда, открытая им, выступила с заграничными гастролями и добилась крупного успеха, он купил здание целиком. Под землей располагались гаражи и склад, с первого по четвертый этаж — администрация, бухгалтерия, отдел рекламы и производственный отдел, на пятом и шестом — большие и малые студии, на седьмом — видеостудия для записи музыки к рекламным роликам и монтажная, на восьмом — офисы издательств, выпускающих журналы о музыке, а на последнем — конференц-зал и кабинет господина Д.

ГЛАВА 16

Хаси остановил такси и решил идти дальше пешком. Они договорились с Нива сходить поесть, до встречи еще час, а он забыл купить цветы. Нива любила орхидеи. Перед цветочным магазином стояла наряженная рождественская елка. В магазине было тепло и пахло влажной листвой. Продавец в расстегнутой на груди рубахе, из ворота которой торчали волосы на груди, и с бусами из слоновой кости приветствовал Хаси. Он подрезал стебель розы. Хаси выбрал пять белых орхидей, на зеленых листьях которых слегка проступал красный цвет.

ГЛАВА 17

Анэмонэ села за руль «форда бронко» восемьдесят седьмого года и вместе с Кику поехала в западный Синдзюку. Фитнес-центр с серебряной блестящей крышей, куда ходила Анэмонэ, располагался в одном из крыльев небоскреба Гайкоку Согин, со всех сторон его окружали высотные башни. Теперь они оба приходили сюда ежедневно — брали уроки подводного плавания. Анэмонэ припарковала «форд» на подземной стоянке.

ГЛАВА 18

Этот человек был агентом для различных поручений. Он играл в домино-мадзян с господином Д. Когда не занимался делами для господина Д., работал старьевщиком. На сей раз господин Д. поручил ему дело Хаси. «Есть подкидыш по имени Куваяма Хасиро, все зовут его просто Хаси. Нужно найти его мать, но так, чтобы об этом не знал ни Хаси, ни она сама. И чтоб к Рождеству я четко знал, где она и чем занимается».

ГЛАВА 19

Крокодил лежал в искусственном пруду. Над водой торчали одни глаза, которые следили за качавшимся перед ним мясом. Кику размахивал над головой Гарибы двумя кусками конины, привязанными веревкой к палке, каждый величиной с голову ребенка. Надо было махать мясом до тех пор, пока тот не почувствует запах и не вылезет из воды. Выманив крокодила из пруда, Кику должен был заставить его обойти вокруг Урана и только после этого покормить. Крокодил из-за дефицита движений набрал избыточный вес, он еле держался на ногах и заболел остеофиброзом — опасной болезнью костной системы, распространенной среди крокодилов.

ГЛАВА 20

Анэмонэ закончила паковать багаж и приготовила очередной омлет. Последний оставшийся кусочек она разделила вилкой и проглотила. Сколько уже омлетов она приготовила с той ночи, когда Кику просил ее не открывать подарок, пока он не вернется! Она не сдержала обещания и вскрыла упаковку рождественского подарка, полученного накануне, и с той поры ежедневно питалась одними омлетами. Полиция уже семь раз вызывала Анэмонэ на допрос. Ее спрашивали: «Он не говорил вам, где приобрел пистолеты? Он был вооружен, когда в рождественскую ночь пришел к вам домой? Когда он уходил, не намекал ли он, что собирается сделать? Не говорил ли, что хочет кого-то убить? Что он делал у вас перед тем, как уйти? Когда вы познакомились? Какие у вас были отношения? Вы с ним спали? Сколько вам лет? Как вас на самом деле зовут? Анэмонэ — ваше настоящее имя?» Она на все вопросы и рта не открывала, но допрос не был слишком назойливым. Она в ответ только печально улыбалась, и полицейские сразу же задавали следующий вопрос. В конечном счете Анэмонэ была не такой уж важной свидетельницей.

ГЛАВА 21

На крыше фургона, в котором ехали четверо новых заключенных и два охранника, лежал шест из фибергласса. Охранники обсуждали рыбалку в последний выходной, когда им удалось поймать с дюжину форелей.

— Послушай, вертухай, — вдруг заговорил один из арестантов с напомаженными волосами. Охранники прервали беседу и с недовольным видом уставились на парнишку. — Извини, что обозвал тебя вертухаем. Мы привыкли так называть наших воспитателей в колонии. Неужели и в тюрьме примешивают к рису ячмень? Дело в том, что я на дух не выношу запаха ячменя.

ГЛАВА 22

— Куваяма, ты быстро бегаешь? — как-то вечером спросил Фукуда у Кику, пока в бараках еще не погасили свет. Ему хотелось включить Кику в команду заключенных, приписанных к кухне, — тех, кто во время Праздника весны должны были доставлять пищу. — Ты, кажется, был мастером по прыжкам с шестом. — Кику склонил голову, но ничего не ответил. — Если ты и впрямь быстро бегаешь, это заметно усилит шансы нашей команды.

ГЛАВА 23

Пластинки с записями Хаси продавались как пирожки. Его пятый сингл и второй альбом побили все рекорды продаж. Владельцы магазинов пластинок буквально осаждали офис господина Д, требуя от него новых поставок.

Хаси пришлось покинуть Ядовитый остров и оформить официальный брак с Нива. По этому случаю господин Д. устроил роскошный прием и зарезервировал для новобрачных целый этаж. Господин Д. предложил разослать приглашения всем знакомым Хаси: монахиням из сиротского приюта, Куваяма, одноклассникам из школы на острове, старым приятелям-наркоманам, знакомым проституткам… Хаси решительно отверг это предложение и разорвал уже напечатанные приглашения.

ГЛАВА 24

Анэмонэ дожидалась автобуса. Был час пик, и не менее десяти человек выстроились в очередь. Перед Анэмонэ стояла старушка с повязкой на глазу, за ней — женщина с двумя детьми. Старушка поглядывала то на расписание автобусов, то на свои часы. Наконец обернулась к Анэмонэ.

— Он опаздывает!

ГЛАВА 25

В гримерную принесли еще один букет роз.

— От кого это? — крикнул Тору, обращаясь к посыльному.

— От пищевой фирмы, изготавливающей консервы из тунца и крабов… — начал объяснять мальчик, но Тору уже его не слушал.

Мацуяма Юдзи стоял посреди комнаты и в сотый раз проверял настройку гитары. Он раскрасил себя с головы до ног — волосы и тело — половину бледно-лиловым цветом, а половину розовым. Джон Спаркс Симода лежал на кожаном диване и размахивал барабанными палочками, словно стучал по подвешенным в пустоте колокольчикам. Кто-то принес в гримерную кремовый торт, и Мацуяма потребовал нож, чтобы его разрезать.

ГЛАВА 26

У Кику на рукаве тюремной робы появилась серебряная нашивка. Он, Яманэ, Накакура и Хаяси поступили в морское учебное подразделение и были переведены в другой тюремный блок. В день переезда у Яманэ с самого утра жутко болела голова, он покрылся гусиной кожей и холодным потом.

ГЛАВА 28

Судно «Юё-мару», стоявшее на якоре в гавани Хакодатэ, задержалось из-за неисправности двигателей. Чтобы компенсировать вынужденную задержку, шестерым курсантам, специализирующимся по инженерной части, велели изучать машинное отделение, а девятерым другим, собиравшимся стать членами палубной команды, — навигационные карты, систему «Лоран», радары и сдать устный экзамен по морскому праву. Их инструктором был капитан «Юё-мару» Эда. Эда, начавший свою карьеру с должности берегового охранника, был невысокого роста, невзрачный: встретишь такого на берегу — примешь за обычного пенсионера. Но стоило ему подняться на борт корабля — и с ним происходило чудесное преображение. У того Эда, что вел занятия в тюрьме, были тяжелые, набухшие веки, которые он время от времени приподнимал кончиком мизинца. Но у Эдда, который поднимался на корабль, веки взлетали, взгляд становился пронзительным, а голос — громоподобным. Судно с заглушенными двигателями покачивалось на воде. Кику с товарищами толпились в тесной рулевой рубке, изучали навигационные карты, снимали показания компаса, вычисляли скорость, расчетное и действительное положение, курс, время прилива и отлива, течения и т. д. Занятия в закрытом, покачивающемся помещении усиливали морскую болезнь, от которой страдали Кику и Яманэ. Однако когда Яманэ отложил в сторону линейку и угольник и направился к двери глотнуть свежего воздуха, капитан остановил его:

ГЛАВА 29

Нива начала ходить в центр йоги для беременных. В трехнедельный перерыв между гастролями и началом студийной записи следующего альбома Хаси впал в глубокую депрессию, и попытки Нива держать его под контролем довели ее до такого отчаяния, что она стала опасаться выкидыша. Занятия йогой помогали ей бороться со стрессом и бессонницей, не прибегая к снотворному.

ГЛАВА 30

Судно «Юё-мару» двигалось на юг вдоль тихоокеанского побережья острова Хонсю. На борту находилось двадцать два человека: пятнадцать курсантов и семь членов команды, включая капитана, старшего механика, первого помощника, радиста, инспектора из службы надзора и двух охранников. Девять заключенных, приписанных к палубной команде, по очереди занимали место у руля. В рубке постоянно находилось шесть человек: капитан Эда, радист, курсант-рулевой, курсант, следящий за показаниями радара и другими приборами, и еще двое читающих лоции. На второй день плавания очередь стоять за рулем выпала Кику, Яманэ следил за радаром, а Хаяси читал лоции.

ГЛАВА 31

Моя овечка, моя сестра,

Мой корабль, мой дивный сад.

Вынуты яблоки из моих глазниц.

Ищу вас всюду, ищу с тех пор,

Как крылья мухи разлучили нас.

Пусты глазницы теперь навек.

И то, что вижу, ускользает прочь,

Но не вижу то, что держу в руках.

Глазные мои яблоки

С высокой башни

Отныне зорко следят за мной.

ГЛАВА 32

«Наконец-то! — подумала Анэмонэ. — Царство крокодилов!» Они плыли уже много часов, и солнце внезапно стало чудовищно гигантским, жестоким. Две минуты на открытой палубе — и кожа приобретала цвет хорошо прожаренной крольчатины. На загорелом безымянном пальце Анэмонэ красовалась драгоценность: коралловая веточка, которую Кику купил ей на Огасавара. Накакура обвенчал их в маленькой часовенке, сохранившейся со времен американской оккупации. А потом все четверо плавали в тихой лагуне — их первое купание после многочасовой гонки по океану. Они воспользовались остановкой еще и для того, чтобы Накакура, вспомнив опыт своей работы на спасательном судне, преподал им несколько уроков ныряния с большой, выступающей над поверхностью воды коралловой плиты. Вдруг Хаяси издал громкий крик и под изумленными взглядами приятелей с феноменальной скоростью устремился за кем-то. Существо овальной формы, которое он преследовал, ненадолго выныривало на поверхность, а потом снова скрывалось в черной глубине. Когда оно оказалось рядом, все увидели красивый панцирь морской черепахи. Отчаянно работая ластами, Хаяси пытался приблизиться к черепахе, чтобы схватить ее, но всякий раз она резко меняла направление и ускользала. Выбившись из сил, Хаяси предпринял последнее усилие: он пропустил черепаху немного вперед, нырнул метров на десять под нее, а потом, оттолкнувшись ногами от дна, резко, как ракета, взмыл вверх, и не успела черепаха заметить его приближение, как уже обхватил ее обеими руками. Держа черепаху перед собой, он с такой скоростью устремился на поверхность, что выскочил из воды почти до колен и, как атакующий ватерполист, швырнул черепаху далеко на берег.

ГЛАВА 33

Если сравнить остров Караги с женской туфлей, то риф Уванэ ютился между ее пяткой и сводом. Дождавшись, когда стемнеет, яхта, приглушив мотор и отключив свет, вошла в маленькую бухту у рифа Уванэ. Отражая лунный свет, в бухте мягко плескались волны. Якорь бросили в нескольких метрах от рифа.

ГЛАВА 34

Хаси сидел на краю ванны. Разглядев, что его пальцы намылены и покрыты морщинками, он встал, сжимая в руке кухонный нож, и выключил душ. Кровь продолжала вытекать через отверстие слива, но Хаси, не вполне уверенный, что убийство Нива ему не приснилось, не вытираясь, мокрый прошел в спальню. Он звал Нива, ее нигде не было. Тогда он принялся ходить из одной комнаты в другую, пытаясь отыскать следы ее присутствия: окурки в пепельницах, обертки ее любимых леденцов, косметику на ночном столике, туфли в прихожей, грязные тарелки. Он положил нож на место, на кухонную полку. Никаких следов присутствия Нива! Он решил, что все ему приснилось.

Примечания

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE