READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

Главная
Книга правды (Book of Truth)

image

звездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвезда
Рейтинг книги:  0.0  Оценить книгу

Алекс Керви возник в аккуратно стриженом парке наших переводчиков этаким неизвестным науке наркотическим растением, пиратской радиостанцией в FM. Хантер Томпсон, Берроуз, Кроули в его версиях возвращают себе первоначальный гностический мотив. Вы держите в руках психофизиологический очерк в лучших традициях Гонзо. А Керви тем временем продолжает свой серфинг снаружи и внутри темной волны.

Керви Алекс

Скачать книгу Книга правды: fb2 | epub | mobi | txt


KERVEY IS BONKERS OR, SCHIZOPHRENIA AS A TRANSLATION AID. 1

«Да, пора кончать с рок-н-ролльным разпиздяйством и переквалифицироваться в упра..: И тут в голову цинично ворвалась мыслишка. Я не буду обивать пороги. Перенесем разпиз-дяйство на более высокий уровень. Посмеемся над всей журналистской лабудой одним фактом своего существования. Амба, баста, инфузория-туфелька… Табань! Главный Редактор) Главный Редактор пока неизвестно чего… Но какая мечта, какая идиллия! Ведь это значит: орангутаны, шимпанзе, бродячие висельники, алчные кредиторы, приверженцы психоанализа, самовлюбленные бритые фотографы и скучающие девицы кончают в мелодии пронсящихся мимо рейсовых автобусов… Полицейские сирены, исходя в судорогах, обволакивают тело в фосфорецирующем блеске своих внутренностей. На улице царит полная порнография».

II

«Ты знаешь ли заклад Фокса? Он приятелю велел на себя насрать и приходит в собрание: все от вонючего убегают и говорят, что он обо-срался, заводят споры, бьются об заклад, Фокса раздевают, и противники хватаются за выложенные гвннеи. Извините, возражает Фокс, вот, кто меня обосрал, указывая на приятеля, и есть свидетели».

ПОГНАЛИ: ШАМАНСКОЕ КАМЛАНИЕ НА КОСМИЧЕСКОЙ СТАНЦИИ

«Керви своей Болезнью опередил все остальное Русское общество лет на десять. Шизофрения со всеми своими густо вытекающими последствиями — это современность… Поэтому в России Керви ненавидит плохо образованная интеллигенция, над ним издеваются продажные журналисты, его боятся книготорговцы, политически ангажированные быстро в нем разочаровываются, и его любят всякие подонки (…) Керви — это человек, от которого нужно прятать ножи, мечи и огнестрельное оружие (которых у него целый арсенал, абсолютно легальный!), которого долгие годы мучают ежедневные разговоры с давно усопшим Уйллом Роджерсом, который по утрам и вечерам жрет веселые розовые и белые психоделические, стимулирующие и опускающие мозг в полную жопу колесики, на халяву предоставляемые государством, который бесплатно ездит на метро (тоже по закону!!!), который носит удостоверение ГРУ в кармане (и охотно показывает его теткам, работающим в аптеке и мос. гор. транспорте, а также ментам, которые со сконфуженным видом отдают ему честь)… И который является одним из наихудших, самых наивных, а вместе с тем, самых оригинальных лгунов нашей эры».

WSB NOTES

1986-й год. Я только что успел закончить музыкальную школу» и перешел в джазовое училище» переключившись с фортепиано на бас-гитару. Через несколько месяцев мне, тринадцатилетнему подростку, предложили играть с бэндом от джазки (джазового училища) в ресторанах и на всяких официальных культмассовых вечерах. Каждый вечер после нормальной (хотя и специальной школы, с углубленным изучением английского) был для меня циничным откровением, и я чувствовал себя, как в террариуме. Приходилось играть для кавказцев, офицеров и их блядей, пьяных интеллигентов в запотевших очках, мутных комсомольцев, предпочитавших самое худшее в советской эстраде, и самое худшее из советского блатняка. Хорошим джазом там и не пахло. Нечто подобное, наверное, испытывал Рауль Дьюк в казино Лас-Вегаса. Официально в СССР не было наркомании а гомосексуализм попадал под статью в уголовном кодексе. Все музыканты бэнда приторговывали западными пластинками и еще кое-чем — коробок (пять грамм) превосходной чуйской марихуаны тогда стоил три рубля, а доллар на черном рынке пять. О ЛСД знали все, но пробовать тогда, в 86-м, не доводилось никому из тех, кого я знал. Поиск новых горизонтов восприятия и сознания принимал подчас самые дикие и нелепые формы. Мы чувствовали себя, как археологи на раскопе — вечно нетерпеливые, вечно в поисках свежей информации и контактов. Место бензедрина, амфетаминов занял перевитин и эфедрин. Место ЛСД — жидкий калипсол или кетамин (широкая публика о существовании этого вещества вообще ничего не знала, узнала через восемь лет; я о нем вычитал в книге Джона Лилли, где тот характеризовал калипсол («Колю» и «Калипсо» на русском «джайве») как «общение с богами и демонами Вселенной», насколько я помню. Читал эту книгу, естественно, не только я один — в медицинских клиниках под контролем КГБ еще гораздо раньше происходило изучение этого «продукта», и мне об этом рассказал знакомый врач). И, конечно, сырой опий — так называемая «черная» или «черняха», но с этим я познакомился несколько позднее. Нетрадиционные эстетики, назовем это так, пришли на «чистяке», и это было самое ценное для «нашего закрытого клуба циников и пошляков, «узких специалистов» в пластической реконструкции», — по словам Георгия Осипова.

ОТ ГЛАСТОНБЕРИ К РЕДИНГУ

— РЕДИНГ — ЭТО КАК ХОРОШАЯ КИСЛОТА. Попро-бовав, можешь быть уверен, и в голову не придет вернуться и чой-то эдакого добавить… Как будто ты по жизни такой… обдолбанный… Take out some insurance on me, Baby.

ЧЕТВЕРГ 25 АВГУСТА

Перед таким культпоходом не мешало бы хорошенько выспаться под Tutti Frutti в исполнении Soul Band Алекса Харви. Особенно, если весь день нарезал круги, топя время в проруби надежд, сомнений и прочего гимора будущей полной неизвестности, от которой становилось сухо во рту, пусто в сердце, щекотно в мошонке… И лишь изнывающий ID бил огнедышащим копытом в волосатую грудь тлеющего ЭГО на пепелище лукавого графоманства заговоров, сдобренного легким похмельем инопланетян.

Light Aircraft on Fire

— He огорчайтесь, высокий принц— сказал Де Зон Конти. — Рифмы в песне Child Brides — это сущая ерунда, В любое время дня и ночи я могу говорить стихами Land Lovers, которые длиною будут, как отсюда, из Парижа, до… Ньюфаундленда!

Дэвид Гэдж, выражаясь грязно и образно, пожелал народу бурной ночи. «А хуй-ли нам, кабанам», — отозвался народ. Секыорити вжало в ограждения. Селевой поток распаренных человеческих тел грозным пчелиным роем несся к пивным палаткам. Просто Штурм Зимнего, вернее Светлого, Карлсберга Редингского, маркиза На Утро Де Аспирина, чтобы башка не трещала.

ИНФО-ЕХНО ВЗЛЕТ ЕХНО В?ОПЕ ЗРАЗАМИ ЧАСТНИКА

6.35 утра. Гондон. Гетто. Фиолетовые сучья освещают сирого Будду и других священных лохов, насованных иа Генах упитанного табачным дымом Полосмешения. Тысяча переполненных химией елд двигаются в плевом рытыме. Эту тину ложно блюдеть каждое воскрешенное утро, когда в четыре часа утра попы молодых злюдей сбираются перед зверями клумбы «Врейд» чтобы до посудни пощупать на себе Марию Рыгма. Здесь можно встретить С. М. Кого-Угодно: квачей, адвокатов, моченых студентов консерватории (дурят, что бренный I.Q. во «Врейде» — самый высокий в Роликобритании) — все лоснятся к одному догу, имя которому — ЕХНО.

ВЕЛИКАЯ АКУЛА ХАНТ

Октябрь-Ноябрь 1971-го, «омерзительного года Господа Нашего». На страницах журнала «Роллинг Стоун» в двух номерах появляются главы из решала некоего Рауля Дьюка «Страх и Отвращение в Лас-Вегасе» с иллюстрациями Ральфа Стэдмэ-на. После всей шумихи, вызванной публикацией, псевдоним был вскоре раскрыт: так в американскую литературу, журналистику и политическую жизнь вломился доктор Хантер Стоктон Томпсон — Великая Акула Хант, враг номер один американских политиков, представителей закона и «молчаливого большинства». После Уильяма С. Берроуза в американскую жизнь ворвался новый, действительно социально опасный, но от этого не менее талантливый писатель. Уильям С. Берроуз сломал классической американской литературе хребет. Хантер Томпсон выбросил труп Американской Мечты на помойку. Дядя Билл и Доктор Томпсон — они создали свою Мечту.

СТРАННАЯ САГА ОТЧАЯННОГО _ДЖЕНТЛЬМЕНА

Мы раздавим их как ничтожных тараканов СЕГОДНЯШНЯЯ СВИНЬЯ — ЗАВТРАШНИЙ БЕКОН!… Мы убьем тех, кто жрет нас, и сожрем тех, кого убиваем.

Хантер С. Томпсон Песни Обреченного».

Самая большая радость для мужчины — это побеждать врагов, гнать их перед собой, отнимать у них имущество, видеть, как плачут их близкие, ездить на их лошадях, сжимать в своих объятиях их дочерей и жен.

ТРАНСМУТАЦИЯ OUT OF TIME

Все еще сражаешься, не имея никаких средств к атому.

Брошенный всеми. Отрезанный от всего…

Каждый человек сам за себя — если только у него осталась эта

самость. Таких немного.

Уильям С. Берроуз.

БРАЙОН ГАЙСИН ЗДЕСЬ, ЧТОБЫ УЙТИ…

В 1958 году на площади Сен-Мишель в Париже случайно сталкиваются художник и поэт Брайон Гайсин н Уильям С, Берроуз. По совету последнего Гайсин переезжает в богемный «Разбитый» Отель, дом номер девять по Git lе Coeur, что в Латинском Квартале. Там он посвящает Берроуза в свои художественные разработки — «Разрезки» и Метатезы — так начинается важнейшее сотрудничество в современной литературе.

ВСЕ, КАЖЕТСЯ, ГОТОВО. ТЫ ГОТОВ? ГОТОВ?

Издание «Страха и Отвращения» для меня лично было частью Большой Игры, начатой пять лет назад, когда я вкалывал чернорабочим на английской ферме, и вскоре был с позором оттуда изгнан за примерные достижения в области «химического издевательства» над английским сельским хозяйством, и без меня достаточно «охимизденного» — стоит только взять за вымя последующий Mad Cow Disease.

ГОДЫ ОДНОГО ОТСОСА

Churchbells ringing. Thunder beating time Survivors ofthe government naming for the line Shadow freaks, dixie geeks, they come in all sizes Break die wheel offortune and carry off die prizes Suture queens, slash teens, rocket boys too God’s worst nightmare is coming after you…

Уэйн Крэмер, e God’s Worst Nightmare».

Размечая свои территории на издательской карте Империи Shits от Фриско и Нью-Йорка до Лондона, Берлина и Москвы, раскидывая щупальцы между литературным андеграундом и оккультной прозой «беспокойного присутствия», молодежным pulp-fiction и популярной беллетристикой «химического поколения», я и мои партнеры не ставили перед собой суперглобальных задач, типа «просвещения, ведущего к необратимым изменениям в сознании». Избранная эксплуатация политкорректным медиа-мейнстримом и издательским истеблишментом этики «Обратного кода» неизбежно должна была привести к образованию черных дыр, зияющих пустот в потребительском контексте того, что им настойчиво предлагалось плохо осведомленными энтузиастами. Горькие сетования по поводу «заговора молчания вокруг современной контркультуры» вызывают у меня только смех… Это фикция, чушь, как и все разговоры об очередных страданиях «непризнанных гениев». Они даже не знают таких вещей, как «максимально злоупотребить своим кредитом», не говоря уже об искусстве ювелирной обработки информации, позволяющей тебе наносить на этом уровне удары, наподобие фехтовального прим из двойной финты, парады и рипоста… когда твой противник видит шпагу уже в своем горле или груди и стоит, как подрубленный дуб, не знающий в какую сторону ему падать. Вместо того, чтобы плакаться об удушающей зловонной атмосфере салонов «высокой культуры и вкуса», попробовали бы завалить один на один кабана в лесном массиве где-нибудь в районе Завидово у дачи «Поколения П-отца нации» или осуществить жертвоприношение у древнего каменного алтаря на Шетландских островах, жертвоприношение царству свежего воздуха. Дезинформация, обман, провокация, порча и даже убийство — часть нашей постоянной работы (отнюдь не в контексте «цивилизованного бизнеса» или «нормальных, человеческих отношений»), и вид мальчика, поедающего свои собственные экскременты, в надежде найти съеденный им накануне чернослив (он, конечно, не видел в Марокко магов, делающих тоже самое по другим «нечерносливным» причинам), мне гораздо приятнее, чем вид издателя, так и не выросшего из своего вечного студенчества на кухне с десятью Кастанедами, двадцатью Кортасарами и сорока Борхесами, поставленного перед дилеммой принятия решения — послать в Буераку сразу или немного погодя.

FIRE! (СКАЗ ОБ АРТУРЕ БРАУНЕ, КОРОЛЕ АДСКОГО ПЛАМЕНИ)

Артур Браун, как и многие герои того времени, появился как бы из ниоткуда, во многом благодаря его Величеству Случайному Полезному Знакомству, травящему бал в мире Информ-Шоу-Экспо. «Князь Адского Пламени», «вне всяких сомнений, предназначенный для великих дел» (Обзервер, 1967), временно оправдывал высокое доверие продюсерско-менеджерского корпуса. Неожиданно какой-то винтик в матине музыкального бизнес-конвейера вылетел, доверие и восторг сменились недоумением, разочарованием и, в конце концов, озлоблением. Музыкальная пресса справила в 1982году официальные поминки по Брауну (после выхода как нельзя кстати подходящей по названию пластинки «Реквием»). Публичный вынос тем состоялся. Имя Брауна обросло легендами и застыло: в оскале бумажных судеб рок-справочных настольных гроссбухов, на виниловых «яблоках творения» (Spontaneous Apple of Creation — р. 1968), в шкафах коллекционеров-гроссбауэрое.

ПЕСНИ СМЕРТИ

Песнь радости

В полночный час вернулся я домой,
Полиции сказав по телефону,
Что четверо безвинных жизни лишены.
Убийцу так и не поймали,
Он до сих пор гуляет на свободе И руки кровью обагряет вновь и вновь.
Вымазывая красным на стене цитаты Джона Мильтона.

…И ОАЗИС НЕ ЗАНЕСЛО ПЕСКАМИ

Манчестерские гопники-миллионеры, хулиганы-акробаты британской пластиночной промышленности братья Ноэл и Лайм Галлахеры, помешавшиеся на покорении мира своей Oasis-музой, в минувший год не только не вылезали из чарте, но и свели с ума и без того выжившую из оного британскую (и не только) прессу. Осенью 1996-го пронесся ловко закрученный Кем-То слух о распаде группы, что едва не привело к массовому молодежному суициду на Британских островах и в их окрестностях. Алан Макги, глава студии звукозаписи Creation и крестный отец «Оазиса», отвечая на вопрос журналиста: «Какого вы мнения об уровне интеллекта британских студентов?», высказался несколько неопределенно: «Они ведь покупают пластинки Oasis…» И вот наступил момент, когда отношения между братьями Галлахерами достигли такой критической точки, что дальнейшее существование группы «Оазис» оказалось под вопросом. Если учитывать, что авторство почти всех песен принадлежит Ноэлу (не считая, конечно, кавер-версий), то совсем нетрудно догадаться, что с его уходом группа неминуемо распадется. Поведение же солиста Oasis Лайма Галлахера ставит иногда в тупик даже самых страстных поклонников и почитателей творчества группы. Романтики, любители перемывать кости влюбленным и не очень, со смаком обсасывали перипетии взаимоотношений между Лаймом и его подружкой, актрисой Латси Кенсит. При этом невероятно трудно было удержаться от сравнений «Оазис» с «Битлз» и попыток возведения Патси в сан, ни много ни мало, новой Йо-ко Оно…

ВЫБЕРИ ЖИЗНЬ. ВЫБЕРИ РАБОТУ. ДЕЛАЙ КАК ИЭН МАКГРЕГОР

Выбери жизнь. Выбери работу. Выбери карьеру. Выбери семью. Выбери классный телевизор. Выбери стиральные машины» тачки» компакт-диск плейеры и микроволновые печи… Выбери домашнюю Рутину и удивляйся сам себе воскресным утром: «В кого ты превратился?»

Так режиссер Данни Бойл начинает сагу о жестокой и полной злоключений жизни эдинбургских джанки Trainspotting (в переводе, близком оригиналу — «Бессмыслица»), где властителем лучших умов города и единственной мерой купли-продажи является героин. Иэн Макгрегор ныне стал велик — он вышиб стул из-под постных голливудских поделок на наркотическую тему и одним махом сделал Великобританию законодательницей моды в атом скользком вопросе. Журнал «Rolling Stone» так охарактеризовал Макгрегора: «Молодой, привлекательный актер, наделенный острым умом, обаянием и удивительной глубиной». После главной роли в фильме «Бессмыслица» (который в русском пиратском видеопрокате известен под названием «На Игле») Макгрегор — официальный наследник культового поколения английских черных комедийных актеров. Последним из них примерял на себе мантию Мельпомены Хью Грант Рентон (главный герой фильма) в исполнении Макгрегора стал таким же общекультурным английским явлением как и Джон Леннон, Мик Джаггер, Джонни Роттен, Ноэл Галлахер — он превратился в клише.

ЧИНГИЗХАН, ХАССАН-ИБН-САББАХ И ЯРИЛО (ЛЮЧИФЕР) ОБЪЕДИНЯЮТСЯ В ОБЩЕЙ БОРЬБЕ

Я есмъ звезда утренняя, — И восстанет в то время Михаил, князь великий, стоящий за сынов народа своего, и наступит время тяжкое, какого не бывало…
И многие из спящих в прахе земли пробудятся — Одни для жизни венной, Другие на вечное посрамление.
(Даниил 12:1–2)

«СИБАРИТ МЕЖ ТЕНЕЙ»

БЕРЛИН 1938 год

THE SABBATH OF THE GOAT

О! the heart of N.O.X. the Night of Pan.
ПAN: Duality: Energy: Death.
Death: Begetting: the supporters of O!
To beget is to die; to die is to beget.
Cast the Seed into the Field of Night.
Life A Death are two names of A.
Kill thyself.
Neither of this alone is enough.
(Aleister Crowley. #The Book of Lies#. 1913)

РЕЗЕНЗИИ НА КОНЦЕРТЫ ПРОХОДИВШИЕ В ЛОНДОНЕ В 1995-1996-м годах

DIRTY THREE

Garage
December, 1995

Если вам когда-нибудь посчастливится увидеть их афишу, идите не раздумывая и не жалея денег. Неофициально, в музыкальных кругах Лондона, их знают и любят. Играют они крайне редко, так что ждут с нетерпением, приезжают специально, бросая работу, репетиции. В такой день в зале нет лишних — все свои. Борзописцам ни до кого нет дела, хотя здесь — избранное общество с берегов Темзы. Первый на кого натыкаюсь — Бобби Гиллеспи. «Я чуть не сдох, слушая эту группу, чуть руки на себя потом не наложил. Их скрипач ведь играл с Ником Кейвом, так? Лучшая группа, которую я видел в прошлом году. Как они сейчас?» Бликса Барджелд, Мик Харви застыли у стойки в напряженном ожидании. Наш фотограф Даниэль давно торчит у сцены с камерой. Располневший кинокритик Фальк, только что закончивший съемки учебного фильма 4 Косяки в разных городах Европы» (Париж-Гренобль-Эдинбург-Лондон), и юная классическая музыкантша, широко известная своим…впрочем, чего там! — заняты тем, что ублажают фишку в себе. Мне нет дела до разогрева — я пришел слушать только их, Уоррена Эллиса, «Джимми Хендрикса скрипки». Фальк, впервые попавший на такое мероприятие, вертелся, как корова на льду. Отойдя к стойке, примчался с вытаращеннными глазами.

ПРОЕКТ «TV, ИЛИ НА ЗАРЕ ПОСЛЕДНЕГО СРАЖЕНИЯ

(Независимая Газета «Книжное Обозрение» — Ex Libris 27.05.98) — текст интервью Ильи Фальковского и Алекса Керви приводится без купюр; по публикации часть интервью была вырезана редактором; на следующий день, 28 мая, Ex Libris, как обычно, должен был выйти вместе с НГ как приложение (сначала выходит как отдельная газета небольшим тиражом). Вместо этого абсолютно нейтрального интервью там появился совсем другой материал. Илья Фаль-ковский в результате был из Независимой Газеты уволен. Ex Libris с этим интервью теперь существует как раритет. В августовском номере журнала «Птюч» была напечатана статья Ильи Фальковского по следам этого скандала. Алекс Керви в ней был упомянут, как некий «интервьюируемый переводчик романов Берроуза «Джанни» и Уэлша «Трэйнспоттинг». В конце материала Ильи Фальковского в «Птюче» был приведен отрывок из старой повести Алекса Керви «От Гластонбери к Редингу» (1994) без указания имени автора.

«Я НЕ ЗНАЮ, КАК ОТНОСИТЬСЯ К СВОИМ ПЕРЕВОДАМ»

Алекс Керви (1973) — переводчик, издатель. Среди его переводов «Джонки» и «Письма яхе» У. С. Берроуза, «Страх и отвращение в Лас-Вегасе» и Ангелы ада» X. Томпсона, «Эйсид хаус» И. Уэлша, «Процесс» Б. Гайсина, «Вирт» Д. Нуна.

RECOMMENDED LISTENING

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ПУТЕВОДИТЕЛЬ ОТ ГЛАСТОНБЕРИ К РЕДИНГУ (В ПОРЯДКЕ ПОЯВЛЕНИЯ АЛЬБОМОВ В ТЕКСТЕ)

CURRENT 93 ALBUMS + BONUS ALBUM

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE