READ FREE — лучшая электронная библиотека
Писатели
АБВГДЕЁЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ

Главная
Мальчик А (Boy A)

image

звездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвездазвезда
Рейтинг книги:  0.0  Оценить книгу

Этот печальный, во многом глубоко прочувствованный роман прекрасно улавливает различные состояния героя. Он провел большую часть своей молодой жизни в исправительных колониях за совершенное убийство. В душе героя постоянно происходит некий судебный процесс: мог ли он действительно совершить то, что он совершил? Может ли он начать все с начала, забыть свое прошлое и стать кем-нибудь еще? Выйдя на свободу, он рассчитывает начать новую жизнь, меняет имя, и окружающие его люди до поры до времени не подозревают ничего необычного, пока не узнают, что он попытался скрыть от них свое прошлое.

Автор: Тригелл Джонатан

Скачать книгу Мальчик А: doc | fb2 | txt


А как в Apple

Гнилое яблоко

За такое у них бы убили: на тротуаре валялись окурки, небрежно брошенные бычки, в которых еще оставалось на пять затяжек.
Его зовут Джек. Имя он выбрал сам. Очень немногие выбирают себе имена. Пытались многие - там, у них. Но это были ненастоящие имена: так, кликухи. Которые упорно не приживались. Джек выбрал имя из книги. Из «Большой книги имен для мальчиков». Неплохо для начала. Имя простое, но классное. Этим оно ему и понравилось. Джек - на все руки мастер, Джек - чертик из табакерки, Джек - червовый валет, тыквенный Джек -фонарь, Джек - славный парень, «Юнион Джек», Джек -первый шарик в игре в шары, Джек - истребитель великанов, и еще - Джек-верхолаз, и противоугонная система кар-джек, и воздушная кукуруза «Крекер Джек». Детство не отпускает его ни на шаг: ребенка, лишенного детства - и лишившего детства другого ребенка. Да, еще Джек-Потрошитель, но об этом он вспомнил уже потом.

В как в Boy

Мальчик по имени В

Мальчик В был именно из тех мальчишек, с которыми запрещают водиться мамы. Может быть, и ему запретили бы тоже, если бы мать волновало, чем живет ее сын. Если бы ей было не все равно. Впрочем, мы отвлеклись. У него были длинные волосы до плеч, тугие ливерпульские куче-ряшкн; и светлый пушок над верхней губой - уже в девять лет. В свои девять он выглядел, как подросток, угрюмый, страшный, как черт, этакий Бобби Бол в миниатюре. Но слишком тупой для того, чтобы быть забавным. Причем эта непрошибаемая тупизна происходила не от недостатка ума или сообразительности. Это был сознательный выбор. Просто однажды он твердо решил для себя, что оставаться придурком гораздо удобнее. Невежество было его защитой. Он ходил с важным, задиристым видом, прямо-таки нарываясь на драку, что при его мелком росте было просто нелепо. Но, как бы там ни было, чуть что не так, он сразу же принимал боевую стойку. Ноги чуть шире плеч, носки врозь, руки сжимаются в кулаки. Этому он научился у старшего брата. О котором все в городе знали, что с ним лучше не связываться. И от которого В натерпелся такого, о чем никогда никому не расскажешь.

С как в Coast

Ты видишь море?

Джек постепенно осваивается, обретает уверенность. Он уже месяц, как на свободе. В тюрьме время шло медленно, как будто вообще и не шло. Каждый день - одно и то же. Дни сливались в один долгий день. А теперь все иначе. Каждый час - он совсем не такой, как другие. Джек, привыкший к строгому тюремному распорядку, немного растерян. Он придумывает для себя маленькие ежедневные ритуалы, пытается соблюдать хоть какое-то подобие режима. Это как плот посреди бурного моря. Ему очень нравится это море, этот невероятный простор; он вбирает его в себя, дышит пьянящей соленой свежестью и никак не может надышаться.

D как в Dungeon

Где темно и тоскливо

А ни на миг не покидало тревожное ощущение, что что-то не так. Дурное предчувствие: что-то случится, что-то очень плохое. Вроде бы он никого не обидел, ничего не сломал; но она никак не отпускала, эта удушливая убежденность, что грядет что-то страшное.

Е как в Elephant

Белый слон

Джек не может включить сушилку. Похоже, машина сломалась. Белье достиралось, но дверца не открывается. Все вещи Джека томятся внутри, как сломанные зубы во рту, переполненном вязкой слюной. На самом деле, белье даже и не отжалось. Вода слилась только наполовину. Надо было стирать все с вечера, еще вчера. Когда Келли была дома.

F как в Family

Отцы, привязанность

Было двенадцатое декабря, двенадцатый день двенадцатого месяца. А было двенадцать. На электронных часах на приемнике у него на столе светилось 12:01. А ждал, пока не высветится 12:12. Ему казалось, что в это мгновение он обязательно что-то почувствует, проникнется ощущением великого космического равновесия, когда все во Вселенной будет по-настоящему правильным.

G как в Garden

Вечеринка в саду

Джек выходит из туалета. Народ на танцполе по-прежнему отрывается по полной программе. Пробираясь в толпе, Джек закатывает рукава, чтобы спрятать мокрый манжет. Ему кажется, что он пробыл в сортире целую вечность. Но Крис со Стивом-механиком никуда не делись, они все еще там, за столиком. И они не одни. Теперь с ними Мишель. Такая большая, такая желанная. У нее за спиной светит красный прожектор, его сияющие лучи -словно солнечная корона.

H как в Home*

Как освоится на новом месте

Надзиратель, забравший А из лазарета, отвел его в новую камеру, на другом этаже, в другом крыле. Она была точно такая же, как старая, только дверь была выкрашена ярко-желтым. Надзиратель сказал, что теперь А будет сидеть в камере № 17, на третьем этаже, в крыле «Пустельга». Его нового сокамерника зовут Асендадо-563.
- Добрый вечер, сэр, - поприветствовал надзирателя Ассндадо, а потом увидел А. - Ну, спасибо. Привели ко мне какого-то Квазимодо.
В А знал, что он выглядит неважнецки. Все лицо - сплошной багровый синяк, разбитые губы распухли, один глаз заплыл и не открывается вообще, а тот, который открыт, -весь в полопавшихся сосудах.

I как в Insects

Что мухи для мальчишек*

Когда развлекаешься, время летит незаметно. Когда ты молод. Дни буквально летели, когда А и В были вместе. Не было никакой математики, никакого правописания: пятницы были такими же, как и вторники. И хотя разных игр было навалом, команда была лишь одна.

J как в Jonah*

Как будто сглазили

Крис кладет свой мобильник обратно на приборную доску, заваленную всяким барахлом. Говорить по мобильному за рулем - это не входит в число нарушений, за которые он регулярно материт других водителей. До того, как Джек угодил в колонию, он ни разу не видел мобильного телефона, разве что по телевизору. А теперь они есть у каждого. Даже у школьников из младших классов. У Джека тоже есть сотовый. «Подарок» Терри, вкупе с пейджером экстренного вызова. Чтобы они всегда были на связи. Из соображений безопасности. У Криса не телефон - а конфетка, тонкая «Nokia» последней модели, эталон качества и красоты. Но Джек уже знает достаточно о большом мире и понимает, что уже очень скоро на рынке появятся новые модели, меньше, тоньше, красивее, рядом с которыми эта богиня среди мобильных покажется уродливой старой каргой.

К как в Kangaroo*

Кенгуру*

В этих микроавтобусах не было окон. Никто не мог заглянуть внутрь или выглянуть наружу. Вместо окон были узкие прорези, забранные оргстеклом повышенной прочности. Скорее просвечивающим, чем прозрачным. И оно, может, и к лучшему. Когда одного из мальчишек привезли сюда в первый раз, люди, собравшиеся у здания суда, разбили лобовое стекло в водительской кабине. Закидали бутылками и кирпичами. Толпа прорвалась сквозь полицейский кордон. Искаженные яростью лица. Рты, перекошенные в возмущенном вопле. Толпа жаждала крови. Им было противно и горько, этим людям, которые пришли в тот день к зданию суда. То, что случилось, - это было немыслимо. Почему так случилось?! Почему никто не заметил, что рядом с ними живут эти гады, уроды, нелюди, эти звери в человеческом обличье?! Люди выли, вопили, люди ломились в микроавтобус, люди выкрикивали угрозы, совершенно безумные вещи насчет вырванных внутренностей и съеденных сердец, люди рычали на полицейских «свиней», пытавшихся их урезонить и не дать им свершить свое собственное правосудие, которое было вполне справедливым. Вполне естественным. Каким оно и должно быть, если «по-людски».

L как в Letters

Любовные письма

Во время утренних рейсов Джек с Крисом играют в игру «Стариковская обувь». Правила очень простые: смотри внимательно по сторонам и получай по одному очку за каждого замеченного пенсионера в кроссовках, и по два очка - за пенсионера в кроссовках с клетчатой сумкой на колесиках, что встречается гораздо чаще, чем можно было бы предположить. В усложненном варианте игры ты получаешь еще по два очка за каждого молодого человека или девушку, которые носят нарядные туфли со спортивным костюмом. Джек выигрывает со счетом 15:9, когда им приходится прервать игру, потому что они выезжают из зоны дорог категории А в зону дорог категории Б и выруливают на пригородное шоссе. Джек был лишь на нескольких из этих загородных автозаправок, но Крис знает дорогу. Сегодня они развозят освежители воздуха и знаки-наклейки «за рулем ученик».

М как в Mother

Материнское воскресенье*

Детям в школе, наверное, напомнили. Может быть, в пятницу они делали на уроке открытки с какими-нибудь аппликациями. Но А не было в школе, поэтому утро началось, как всегда по воскресеньям: с овсяных хлопьев и мультиков.
Мама встала необычно поздно, уже ближе к концу «Инспектора Гаджета». Она вышла на кухню в малиновом длинном халате и выжидающе посмотрела на А. На плечах, на халате, были потеки засохшей коричневой краски для волос. Не дождавшись от сына ничего, кроме «Доброго утра, мам», она принялась мыть посуду. Посуда осталась еще со вчера. Вечером папа сказал, чтобы мать отдыхала, типа он сам все помоет. После чего великодушный порыв иссяк, и отец, разумеется, даже и не притронулся к грязной посуде.

N как в Newspaper

Газета

Они едут в Алтоп-Тауэрс. Крис со Стивом-механиком обсуждают достоинства новой дороги А50, куда они свернули с шоссе М6. Джек сидит между ними и слушает. Он в первый раз едет в рабочем микроавтобусе в воскресенье. Ощущение странное. Окна открыты. Пахнет пылью и грязью. Недавно был дождь, и все запахи чувствуются особенно сильно. Крис едет медленно, он вообще не любит гонять по проселкам. Тем более, прошло всего несколько дней после той страшной аварии в овраге. Джек тоже все время о ней вспоминает. Но здесь, за городом, воздух чище. И небо ярче. Лучи солнца, проникающие сквозь листву, ложатся пятнами желтого света на асфальтовую дорогу. И они едут в Алтон-Тауэрс. В парк развлечений.

О как в Once

Жили-были...

Она все пыталась понять, узнала бы она его или нет, если бы не знала, что это он. Разумеется, он изменился. Теперь ему было почти восемнадцать. Лицо стало другим. Лучше, чем прежде. Может, страдания действительно облагораживают. Хотя зубы - такие же, да. Она вспомнила надпись под фотографией в газете, «Чудовище», что наводило на мысли о том, что главред не отважился написать прямо: «Да, скорее всего, он это сделал. Посмотрите, какой он урод». Может, все было бы по-другому, если бы девочка, Анджела, не была такой милой и славной? Может, тогда из него бы не сделали воплощение вселенского зла, если бы все это не так подходило под традиционную схему «Красавица и Чудовище»?
Она сделала вид, что что-то записывает у себя в блокноте, чтобы он не понял, что она отвлеклась и прослушала его последнюю фразу.

Р как в Pictures

Тогда и сейчас

Кот Мрамрик урчит у Джека на коленях. Они с Келли смотрят очередную серию «Саги о Форсайтах». Джек не любитель затянутых душещипательных сериалов. Они слишком занудные, и вообще, как любил говорить Асендадо, их снимают для пожилых теток в глубоком климаксе. Но ему хорошо и приятно сидеть вместе с Келли в гостиной, чесать кота за ухом и пить пиво. В будние дни, вечером после работы, он позволяет себе разве что пару банок. Он понимает: спиваться нельзя. Вчера он познакомил Ракушку с Келли. Похоже, они сразу же подружились. Все замечательно в этом прекрасном мире, пока по телику не начинаются новости.

Q как в Queen

Как угодно Ее Величеству*

Дорсет. Портлендская тюрьма для несовершеннолетних преступников. Корпус I, отделение предварительного заключения. Там его называли Смит-678. Смит - идиотский псевдоним. Слишком уж очевидный. В общем, полный отстой. С тем же успехом его могли бы обозвать просто В-678.
Камера тоже была отстойной. Унитаза там не было, а был горшок, такой же сурово-монументальный, как и вся викторианская тюряга. Горшок стоял в уголке и распространял малоприятные запахи. Вчера ему разрешили вынести горшок дважды. А сегодня дверь еще не открывали, вообще.

R как в Rocket

Вознаграждение и принятое решение

Раскрыли заговор пороховой, и Фокс поплатился за то головой.
Сегодня мы всячески это справляем, фейерверки пускаем, огни зажигаем.
Четвертого ноября, во вторник, Терри заезжает за Джеком. Попытки просмотра ретроспективной киноклассики как-то сами собой увяли, так что Терри и Джек снова стали встречаться по вторникам, как и прежде. Терри очень серьезен. Он даже не улыбнулся, увидев Джека. Его явно что-то гнетет. Когда выясняется, что Келли нет дома, он предлагает Джеку присесть на диван в гостиной.

S как в Sand

Замки из песка

Он повсюду, песок. Он везде. В ботинках, в тарелке с едой, в кровати, в ушах. Иногда ему кажется, что песок проникает в голову - через уши. Тогда он сует в ухо палец и пытается выковырять песчинки, но лишь пропихивает их глубже. Как их оттуда достать? Да никак. Скоро они доберутся до мозга, острые и царапучие. Стекло делают из песка. Со временем тебе начинает казаться, что ты сам - из песка. Хорошо хоть на время выбраться из Кувейта, думает он. Пусть не надолго, пусть только в отпуск. Сбежать от песка.

Т как в Time

Учитель жизни и кроссовки

Со временем выяснилось, что у А и Асендадо было немало общего: отцы у обоих работали за границей, матери - умерли.
Отец Асендадо был испанцем, отсюда - и странное имя. И еще у него были три старших сестры, которые часто приходили его навещать.
- Мне не хватает девчонок, - говорил Асендадо. - И дело не только в сексе. Мне не хватает их смеха, их мягкости. Картинки этого не дают.
Стены их камеры были сплошь покрыты картинками: вырезками из журналов, которые Асендадо приклеивал зубной пастой. В их отделении Асендадо был порно-бароном; у него было шесть порножурналов, которые он за определенную плату сдавал желающим на ночь, взимая солидные штрафы за испачканные или порванные страницы. Картинки из этих журналов он на стены не клеил, и не только из практических соображений, чтобы не портить товар. Фотки на стенах были не столь откровенны: они только дразнили, но не травили.

U как в Uncle

Дядя Терри

Терри просыпается с тяжким стоном. Алкоголь - это зло и проклятие, что-то такое из Дантова Ада. Чем больше пьешь, тем больше хочется пить - и все равно чувствуешь жажду. Это более изощренная пытка, чем тягать камни на гору. Он шарит рукой по столику у кровати в надежде найти там стакан с водой. Но ничего не находит и только потом вспоминает, что стакана там нет, потому что вчера он его не поставил. Забыл. Он чувствует, что уже рассвело, но пока не открывает глаза. Хочется отложить пробуждение хотя бы на пару секунд. Но будильник трезвонит, как сумасшедший. И какое, спрашивается, удовольствие лежать в постели, если этот противный пронзительный писк отдается в мозгах убийственным эхом? Он бы бросил в проклятую штуку тапком или чем-нибудь потяжелее, но будильник стоит на столе у компьютера. А в компьютере - важные файлы. Вся жизнь Джека в электронных документах. Так что с машиной следует обходиться бережно.

V как в Vanish

Найдите девушку

Все субботнее утро Джек пытается дозвониться Ракушке. Дома никто не берет трубку. Мобильный отключен. Джек уже бесится. После пятого раза ее жизнерадостный бодрый голос на автоответчике начинает его раздражать. Батарея в его телефоне уже умирает, так что он продолжает звонить, пока она окончательно не садится. Крис говорил, что для того, чтобы батарея работала дольше, ее нужно разрядить почти до конца перед следующей зарядкой.

W как в Worm

Червивое яблоко

План родился в метро. Он держался за верхнюю перекладину, которая, как всегда, была жирной и скользкой: желтый пластик в следах потных рук пассажиров. В вагоне было душно и жарко, его руки тоже вспотели. Его немного подташнивало из-за плотного запаха людского пота. Хотелось скорее на улицу. И еще - вымыть руки. Ему было противно держаться за грязный поручень. Но поезд дергался, и приходилось держаться. Страх упасть, потерять лицо был сильнее брезгливости. Другие пассажиры - счастливчики, которым удалось сесть, которым вообще удавалось многое, и жизнь у них была интересней и лучше, - легонько покачивались взад-вперед, словно сонные пациенты психушки. «Еще день - еще доллар», - подумал он, и его аж передернуло. Подсознание само выдавало эти избитые фразы, банальности, которые он постеснялся бы произносить вслух, слова, заставлявшие его морщиться всякий раз, когда он что-то такое слышал или даже когда они просто всплывали в мыслях. Так мог бы сказать его папа. Папа вообще любил всякую пафосную поебень, второсортные «перлы житейской мудрости» из второсортных же фильмов.

X как в Xmas.

X отмечено место, где раньше был Бог

Буквально недавно был день Гая Фокса, а на улицах уже развешивают рождественские гирлянды. Они уныло висят, незажженные, между фонарными столбами, наподобие обвисших флагов или пересушенного белья. Это не просто тоска в понедельник утром; сегодня мир объективно мрачнее. Крис всю дорогу молчит, даже когда начинается его любимый радиоопрос. Ракушки по-прежнему нет, и у Джека в душе поселилась гнетущая пустота. Но сегодня, похоже, пустота поселилась в душе у всех. Такая зияющая дыра, которую каждый пытается заполнить чем может: работой, хобби, семьей или выпивкой. Но пустота все равно остается, потому что те вещи, которые могут ее заполнить... их нет. Просто взяли и разом исчезли.
Когда они возвращаются на базу после первой поездки, Дейв вызывает Джека к себе в кабинет. Спрашивает, где Мишель. Джек отвечает, что она, наверное, еще не выздоровела. Поехала к маме, скорее всего. Он не хочет, чтобы она потеряла работу И еще он не хочет, чтобы ее стали искать. Пока что рано. Пока еще можно надеяться, что с ней все хорошо. Пока есть шанс на счастливый конец.

Y как в Why?

Почему?

День был просто чудесный. Первый день лета. Начало каникул - день, значительный даже для тех, кто почти и не ходит в школу. И еще это значило, что на улицах будут другие дети, но теперь А уже не боялся. Пацаны уже знали, что теперь с ним лучше не связываться. Теперь он был уже не Дэви Крокетом, не одиночкой. Теперь у него был напарник. Они вдвоем были как Буч и Санданс,* солнечный танец. А когда солнце светит так ярко, как оно светило в тот день, и вправду тянет танцевать. Пусть далее мысленно, про себя - чтобы друг не подумал, что у тебя едет крыша. Хотя А всегда думал, что Сандансом должен быть В. Санданс - безжалостный и опасный. А сам А хотел быть Бучем Кэссиди, статным красавцем, всеобщим любимцем. Уж если мечтать, то мечтать в полный рост. Стрелять - так стрелять.

Z как в Zero

Ноль

Джек лежит с закрытыми глазами. Он чувствует, как скользит, падает вниз. Снаружи слышится шум подъезжающих к дому машин. Каждый раз он говорит себе: Может быть, это полиция? Но в дверь никто не звонит. Просто гул голосов возбужденных газетчиков становится все плотнее и громче. Эти звуки он помнит еще по Ньюкаслу, где проходил суд. Похоже на лай стаи бродячих собак. Они знают: он там, внутри. Они знают, что ему никуда не деться. Они просто ждут. И никому даже в голову не приходит, что он убегает от них, просто лежа в кровати. Убегает туда, где его не достать. Но что-то все-таки заставляет его разлепить тяжелые веки. Сквозь открытую дверь спальни он видит пятно света на голубовато-зеленом, цвета морской волны ковре в коридоре. Плотный луч яркого света, бьющий из окна в потолке, - как будто Господь указует горящим перстом на Землю обетованную. В луче света искрятся и пляшут пылинки. Словно это тропинка, сотканная из переливчатого сияния. Его, Джека, дорога на небеса. И почти хочется верить, что так и есть. Вот только, удастся ли ему спастись? То есть по-настоящему? Ему представляется тело, накрытое простыней, недовольные лица, вспышки фотокамер. Они достанут его, даже мертвым. Его все равно достанут.

Наверх

О проекте Реклама на сайте Вконтакте Livejournal Twitter RSS

Система Orphus:  1. Нашли ошибку в тексте  2. Выделите её мышкой  3. Нажмите Ctrl + Enter
Система Orphus

© 2008–2015 READFREE